Конституционный Суд Российской Федерации в составе заместителя Председателя О.С. Хохряковой, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев по требованию гражданина В.И. Грищенко вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:
1. В своей жалобе гражданин В.И. Грищенко оспаривает конституционность статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей, в частности, что днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с данным Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность) (часть третья), а также положения пункта 2 статьи 278 данного Кодекса, согласно которому трудовой договор с руководителем организации может быть расторгнут в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 15 (часть 4) и 37 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают оформление приказа (распоряжения) работодателя о прекращении трудового договора без указания конкретной даты его расторжения и позволяют досрочно прекращать трудовой договор с руководителем организации без фактической выплаты компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные В.И. Грищенко материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.
2.1. Согласно статьям 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом и такая жалоба признается допустимой, если оспариваемым законом, примененным или подлежащим применению в деле заявителя, затрагиваются его конституционные права и свободы.
Часть третья статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливая правила определения дня прекращения трудового договора, имеет целью создание правового механизма, обеспечивающего совпадение прекращения трудовой деятельности работника с юридическим оформлением расторжения трудового договора, что направлено на защиту интересов работников и не может рассматриваться как нарушение их конституционных прав.
Вопреки утверждению заявителя, это законоположение в системной связи с постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 5 января 2004 года N 1 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты" не допускает оформление приказа (распоряжения) работодателя о прекращении трудового договора без указания даты увольнения работника. В соответствии с унифицированной формой N Т-8, утвержденной названным постановлением, в приказе (распоряжении) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) должна быть указана дата увольнения работника.
Проверка же соблюдения работодателем требований действующего законодательства при прекращении трудового договора с работником не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.
2.2. Поставленный заявителем вопрос о конституционности пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации уже был разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 15 марта 2005 года N 3-П.
Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу о том, что положение пункта 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, допускающее возможность расторжения трудового договора с руководителем организации по решению уполномоченного органа юридического лица, либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица (органа) без указания мотивов принятия такого решения, не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по своему кон
