Постановление Европейского Суда по правам человека от 14 декабря 2006 г. Дело "Щеглюк (Shcheglyuk) против Российской Федерации" (жалоба N 7649/02) (Пятая секция)

Европейский Суд по правам человека
(Пятая секция)

Дело "Щеглюк (Shcheglyuk) против Российской Федерации"
(Жалоба N 7649/02)

Постановление Суда

Страсбург, 14 декабря 2006 г.

По делу "Щеглюк против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Пятая Секция), заседая Палатой в составе:

П. Лоренсена, Председателя Палаты,

С. Ботучаровой,

К. Юнгвирта,

Р. Марусте,

А. Ковлера,

Х. Боррего Боррего,

Р. Йегер, судей,

а также при участии К. Вестердийк, Секретаря Секции Суда,

заседая 20 ноября 2006 г. за закрытыми дверями,

вынес следующее Постановление:

Процедура

1. Дело было инициировано жалобой N 7649/02, поданной в Европейский Суд по правам человека против Российской Федерации гражданином Российской Федерации Щеглюком Виталием Викторовичем (далее - заявитель) 16 ноября 2001 г. в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

2. Интересы заявителя представлял Иевлев Е.С., адвокат, практикующий в г. Санкт-Петербурге. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека П.А. Лаптевым.

3. 5 июня 2005 г. Европейский Суд принял решение коммуницировать властям Российской Федерации жалобу на длительность содержания заявителя под стражей. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд принял решение рассмотреть жалобу по существу одновременно с разрешением вопроса о ее приемлемости.

4. Власти Российской Федерации просили Европейский Суд отменить применение пункта 3 статьи 29 Конвенции к данному делу. Европейский Суд отклонил указанное ходатайство.

Факты

I. Обстоятельства дела

5. Заявитель родился в 1970 году и проживает в г. Санкт-Петербурге.

6. 5 июля 1993 г. следственным отделом следственной части при ГУВД г. Санкт-Петербурга было возбуждено уголовное дело по факту вымогательства, совершенного организованной преступной группой.

7. 5 июля 2000 г. было вынесено постановление о применении к заявителю меры пресечения в виде заключения под стражу. 12 июля 2000 г. заявитель был объявлен в розыск.

8. 12 декабря 2000 г. заявитель был задержан и помещен под стражу. Ему было предъявлено обвинение в создании организованного преступного сообщества и в участии в нем, а также в незаконном владении огнестрельным оружием (статьи 209, 210 и 222 Уголовного кодекса Российской Федерации).

9. 9 февраля 2001 г. прокурор Приморского района г. Санкт-Петербурга продлил срок содержания заявителя под стражей до 12 марта 2001 г. 

10. 12 февраля 2001 г. адвокат заявителя обратился в Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга с ходатайством об освобождении заявителя под залог. Он утверждал, что заявитель имел постоянное местожительство и работу в г. Санкт-Петербурге, что он имел на иждивении жену и малолетнего ребенка, что у него не было намерений скрыться от суда и следствия, а также что полученные доказательства не могут считаться достаточными для вынесения постановления о заключении его под стражу.

11. 19 февраля 2001 г. Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга отказал в удовлетворении указанного ходатайства. Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга постановил, что следственные органы* (* Так в тексте.) имели основания (которые не были указаны) заключить заявителя под стражу и что мера пресечения была избрана в соответствии с законом, так как заявитель обвинялся в совершении особо тяжких преступлений и, в соответствии со статьей 96 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, опасность инкриминируемых преступлений могла быть достаточным основанием для применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Заявитель не обжаловал данное постановление.

12. 13 марта и 11 апреля 2001 г. прокурор Приморского района г. Санкт-Петербурга санкционировал продление срока содержания заявителя под стражей до 12 и 27 апреля 2001 г.

13. 11 апреля 2001 г. адвокат заявителя подал новое ходатайство об освобождении его (заявителя) из-под стражи, ссылаясь на отсутствие достаточных доказательств вины заявителя.

14. 26 апреля 2001 г. Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга постановил оставить жалобу адвоката заявителя на незаконность и необоснованность продления срока содержания заявителя под стражей без удовлетворения. Указанный суд отметил, что продление срока содержания заявителя под стражей было законным и обоснованным, так как постановление о продлении срока содержания под стражей было вынесено в соответствии с установленными сроками, а заявитель обвинялся в совершении особо тяжких преступлений, и в этом случае тяжесть вменяемого ему в вину преступления являлась достаточным основанием для избрания в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу. Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга учел положительные характеристики с места работы заявителя, а также наличие у него на иждивении жены и больного ребенка и заявил, что эти обстоятельства будут приняты во внимание как смягчающие в ходе рассмотрения уголовного дела по существу.

15. 22 мая 2001 г., рассмотрев жалобу адвоката заявителя, судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда оставила постановление от 26 апреля 2001 г. без изменения. Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда обосновала свое определение следующим образом:

"Как при избрании Щеглюку меры пресечения в виде заключения под стражу, так и при продлении ему сроков содержания под стражей, нарушений норм Уголовно-процессуального кодекса РСФСР допущено не было, что и было правильно констатировано судом в постановлении, обратное не утверждается и в жалобе. Щеглюк обвиняется в совершении особо тяжких преступлений.

Избрание Щеглюку такой меры пресечения обосновано, так же как обоснованы и последующие продления сроков содержания его под стражей".

16. 3 мая 2001 г. дело заявителя было передано в Санкт-Петербургский городской суд для рассмотрения по существу.

17. 9 июня 2001 г. Санкт-Петербургский городской суд провел судебное заседание. Санкт-Петербургский городской суд вынес постановление о соединении производства по делу заявителя с производством по делу о создании преступной организации, возбужденному в отношении 20 других лиц. Указанный суд отклонил новое ходатайство адвоката заявителя об освобождении заявителя под залог на том основании, что заявитель обвинялся в совершении "преступлений, представляющих особую общественную опасность".

18. 28 декабря 2001 г. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации рассмотрела кассационные жалобы на постановление от 9 июня 2001 г., поданные восемью подсудимыми, включая заявителя. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации определила следующее:

"Меры пресечения всем подсудимым, в том числе Щеглюку В.В., поскольку они обжалуют постановление и в этой части, избраны в соответствии с требованиями закона.

Судом не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь за собой отмену постановления".

19. 4 марта 2002 г. заявитель подал ходатайство об изменении ему меры пресечения. Он сослался на финансовые трудности, которые испытывают его жена и больной ребенок в его отсутствие, на ухудшение состояния своего здоровья и на недостаточные доказательства его вины.

20. 13 марта 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд рассмотрел ходатайство заявителя и ходатайства еще трех подсудимых по делу и оставил их без удовлетворения, указав следующее:

"[Заявитель и трое других подсудимых] обвиняются в совершении ряда особо тяжких преступлений, и в обоснование такого обвинения прокурором приведены доказательства... Применение к ним заключения под стражу напрямую связано с тяжестью предъявленного обвинения и до разрешения дела по существу ни тяжелые условия содержания в следственном изоляторе, ни состояние здоровья подсудимых, даже и страдающих рядом заболеваний... ни условия жизни их семей не могут рассматриваться как преимущественные и достаточные основания для решения вопроса об изменении меры пресечения".

Заявитель не обжаловал соответствующее постановление.

21. 1 июля 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд своим постановлением продлил срок содержания заявителя и 16 других подсудимых под стражей до 30 сентября 2002 г. на основании того, что они обвинялись в совершении особо тяжких преступлений. Ни подсудимые, ни их защитники не присутствовали в судебном заседании.

22. 16 сентября 2002 г. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановление от 1 июля 2002 г., поскольку подсудимые не участвовали в судебном разбирательстве при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей, а также поскольку отсутствовал протокол судебного заседания. Вопрос был передан на новое судебное рассмотрение. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила без удовлетворения ходатайства заявителя и других подсудимых об освобождении их из-под стражи, так как их доводы должны были быть приняты во внимание в ходе нового судебного рассмотрения данного вопроса.

23. 25 сентября 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд вынес два постановления в отношении продления сроков содержания заявителя под стражей. В первом решении указанный суд продлил срок содержания заявителя и 16 других подсудимых под стражей до 30 сентября 2002 г., а во втором - до 30 декабря 2002 г. Указанные продления были обоснованы следующим образом:

Тяжесть инкриминируемых преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, столь существенна, что до разрешения дела по существу ни тяжелые условия содержания в следственном изоляторе, ни состояние здоровья подсудимых, даже имеющих инвалидность, ни условия жизни их семей не могут рассматриваться как преимущественные и достаточные основания для решения вопроса об изменении меры пресечения.

...

Суд не может принять во внимание довод защиты о длительном рассмотрении дела, так как в течение этого времени основным поводом к отложению судебных заседаний явились по тем или иным причинам случаи неявки адвоката".

24. 23 декабря 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд освободил заявителя из-под стражи под подписку о невыезде.

25. 15 июля 2004 г. Санкт-Петербургский городской суд постановил приговор по уголовному делу в отношении заявителя и других подсудимых. Заявитель был оправдан по всем предъявленным ему пунктам обвинения. Многие другие подсудимые были приговорены к различным срокам лишения свободы.

26. 17 марта 2005 г. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев кассационные жалобы других подсудимых (но не заявителя), оставила приговор от 15 июля 2004 г. без изменения.

II. Применимое национальное законодательство

27. До 1 июля 2002 г. уголовно-правовые вопросы регулировались Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР (Закон от 27 октября 1960 г., "старый" УПК). С 1 июля 2002 г. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР заменен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ, "новый" УПК).

28. До 14 марта 2001 г. мера пресечения в виде содержания под стражей применялась, если лицо обвинялось в совершении преступления, за которое предусматривалось наказание свыше одного года лишения свободы (статья 96 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР). Поправки от 14 июня 2001 г. отменили положение, которое позволяло помещать лицо под стражу на основании одной только общественной опасности преступления, в совершении которого лицо обвинялось. В Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации были воспроизведены измененные положения (часть первая статьи 97 и часть первая статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) и добавлено положение о том, что лицо не должно помещаться под стражу, если возможно применить более мягкую меру пресечения.

29. После ареста подозреваемый помещается под стражу на время предварительного следствия. Срок содержания лица под стражей во время предварительного следствия может продлеваться более чем на шесть месяцев только в том случае, если содержащееся под стражей лицо обвиняется в совершении тяжких или особо тяжких преступлений. Продление указанного срока более чем до 18 месяцев не допускается (статья 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, статья 109 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

30. До 14 марта 2001 г. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР не устанавливал сроков содержания подсудимых под стражей. 14 марта 2001 г. вступила в силу статья 2391 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, в которой устанавливалось, что срок содержания под стражей подсудимого не мог превышать шести месяцев с даты получения дела судом. Это ограничение не применялось к подсудимым, обвиняемым в совершении особо тяжких преступлений. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет, что содержание подсудимого под стражей по общему правилу не может превышать шесть месяцев, но по делам о тяжких или особо тяжких преступлениях суд мог продлить этот срок каждый раз не более чем на три месяца (статья 255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Право

I. Предполагаемое нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции

31. Заявитель утверждал, что длительность содержания его под стражей не была обоснована в нарушение требований пункта 3 статьи 5 Конвенции, который звучит следующим образом:

"Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом "c" пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд".

А. Приемлемость

32. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не исчерпал внутригосударственные средства правовой защиты. После освобождения из-под стражи он мог бы подать гражданский иск о компенсации материального ущерба и морального вреда, причиненных незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным содержанием под стражей. Кроме того, заявитель не обжаловал постановление Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2001 г. и постановление Санкт-Петербургского городского суда от 25 сентября 2002 г.

33. Заявитель ответил, что в рассматриваемое время он безуспешно обращался во все* (* Так в тексте.) органы государственной власти с ходатайствами об освобождении из-под стражи.

34. Что касается имеющейся у заявителя возможности подать гражданский иск о компенсации материального ущерба и морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным содержанием под стражей, Европейский Суд повторяет, что право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда не является тем же самым, что и право на получение компенсации за незаконное содержание под стражей. Пункт 3 статьи 5 Конвенции относится к первому вопросу, а пункт 5 статьи 5 Конвенции - ко второму. Суд, рассматривающий иск о компенсации за незаконное содержание под стражей, исследует обстоятельства дела после имевших место событий и поэтому не полномочен постановить освободить лицо из-под стражи, если содержание под стражей признано незаконными или превышающим "разумный срок". Следовательно, гражданский иск о компенсации ущерба не имеет никакого отношения к вопросу об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты в связи с жалобой заявителя на нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции (см. из последних примеров Решение Европейского Суда по делу "Нахманович против Российской Федерации" от 28 октября 2004 г., жалоба N 55669/00, а также Постановление Европейского Суда по делу "Томази против Франции" (Tomasi v. France) от 27 августа 1992 г., Series A N 241-А, §79).

35. Европейский Суд рассмотрит теперь довод властей Российской Федерации о том, что заявитель не обжаловал три постановления, в которых разрешался вопрос о содержании его под стражей. Европейский Суд повторяет, что целью положения об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты является предоставление Договаривающемуся Государству возможности предот-вратить или исправить предполагаемое нарушение до подачи соответствующей жалобы в Европейский Суд (см. среди других примеров Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Сельмуни против Франции" (Selmouni v. France), жалоба N 25803/94, ECHR 1999-V, §74). В контексте предполагаемого нарушения пункта 3 статьи 5 Конвенции это положение требует, чтобы заявитель предоставил национальным властям возможность рассмотреть, было ли соблюдено его право на судебное разбирательство в течение разумного срока и имеются ли существенные и достаточные основания, продолжающие оправдывать содержание заявителя под стражей.

36. После задержания 12 декабря 2000 г. заявитель постоянно содержался под стражей до освобождения 23 декабря 2002 г. Не оспаривается, что он не обжаловал постановление Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2001 г., которым была подтверждена законность содержания его под стражей и отклонялось его ходатайство об освобождении из-под стражи. Однако заявитель обжаловал более позднее постановление Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга в Санкт-Петербургский городской суд, который 22 мая 2001 г. определил, что задержание заявителя и содержание его под стражей были законными и обоснованными (см. выше §15). При таких обстоятельствах возражение властей государства-ответчика о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты должно быть отклонено в части, касающейся отсутствия обжалования постановления Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2001 г.

37. Самой поздней датой, когда кассационный суд рассматривал вопросы содержания заявителя под стражей, было 16 сентября 2002 г., когда судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановление Санкт-Петербургского городского суда о продлении срока содержания заявителя под стражей от 1 июля 2002 г., вынесенное в отсутствие заявителя и его защитников. 25 сентября 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд вынес два новых постановления о продлении срока содержания заявителя под стражей. Поскольку заявитель не обжаловал их, он не предоставил суду кассационной инстанции возможность рассмотреть, соответствовал ли этот продленный срок содержания его под стражей его конвенционному праву на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Поэтому Европейский Суд принимает возражение властей Российской Федерации о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты в части, касающейся необжалования заявителем постановлений Санкт-Петербургского городского суда от 25 сентября 2002 г.

38. Следовательно, Европейский Суд признает неприемлемой жалобу заявителя на нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в части, касающейся периода после 25 сентября 2002 г. и до его освобождения из-под стражи 23 декабря 2002 г. Европейский Суд также отмечает, что в части, касающейся содержания заявителя под стражей до 25 сентября 2002 г., жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Не было установлено и других оснований для признания жалобы неприемлемой. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

В. Суть жалобы

39. Власти Российской Федерации утверждали, что содержание заявителя под стражей на стадии предварительного следствия соответствовало требованиям Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, которые позволяли содержать под стражей до 18 месяцев лицо, обвиняемое в совершении особо тяжких преступлений. После начала судебного разбирательства срок содержания заявителя под стражей продлевался несколько раз на основании тяжести предъявленного ему обвинения. Длительность судебного разбирательства была обусловлена "объективными причинами", такими как неявка потерпевших и адвокатов, болезнь подсудимого, участие председательствовавшего судьи в рассмотрении другого дела и необходимость рассмотрения ходатайств и заявлений подсудимых.

40. Европейский Суд отмечает, что власти Российской Федерации неоднократно ссылались на тяжесть предъявленного заявителю обвинения как на единственное обоснование лишения его свободы. Даже если и имелись [иные] обстоятельства, оправдывавшие содержание заявителя под стражей, они не упоминались в судебных актах, а в задачи Европейского Суда не входит устанавливать эти основания и занимать место национальных властей, выносивших решение о помещении заявителя под стражу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Панченко против Российской Федерации" от 8 февраля 2005 г., жалоба N 45100/98, §§99 и 105, и Постановление Европейского Суда по делу "Илийков против Болгарии" (Ilijkov v. Bulgaria) от 26 июля 2001 г., жалоба N 33977/96, §86).

41. В связи со ссылкой властей Российской Федерации на тяжесть предъявленного заявителю обвинения как на единственное и решающее основание содержания заявителя под стражей Европейский Суд уже неоднократно указывал, что хотя тяжесть предъявленного обвинения и является существенным элементом при оценке риска того, что лицо скроется или продолжит преступную деятельность, необходимость продления срока лишения свободы не может оцениваться исключительно с абстрактной точки зрения с учетом одной только тяжести обвинения. Также содержание под стражей не может применяться "в счет" возможно назначаемого в будущем наказания в виде лишения свободы (см. приведенные выше постановления Европейского Суда по делу Панченко против Российской Федерации", §102, "Илийков против Болгарии" (Ilijkov v. Bulgaria), §81, и Постановление Европейского Суда по делу "Летелье против Франции" (Letellier) от 26 июня 1991 г., Series A, N 207, §51). Это положение приобретает особое значение в российской правовой системе, в которой правовая квалификация фактов - и, таким образом, наказание, которому может подвергнуться заявитель, - определяются стороной обвинения без судебного рассмотрения вопроса о том, подкрепляют ли собранные доказательства обоснованное подозрение в том, что заявитель совершил вменяемое ему в вину деяние (см. Постановление Европейского Суда по делу "Худоеров против Российской Федерации" от 8 ноября 2005 г., жалоба N 6847/02, §180). Адвокат заявителя неоднократно подавал ходатайства об освобождении его из-под стражи, указывая, что доказательственная база по делу заявителя являлась неполной и неубедительной. Однако этот довод никогда не рассматривался судами Российской Федерации. Как показало развитие событий, в итоге заявитель был оправдан по всем пунктам предъявленного обвинения за недостаточностью доказательств его вины.

42. Европейский Суд с особой озабоченностью отмечает тот факт, что в данном деле суды Российской Федерации отказались принимать во внимание какие-либо особые обстоятельства, на которые ссылались заявитель и его адвокат в ходатайствах об освобождении заявителя из-под стражи. Суды явно указали, что тяжесть предъявленного заявителю обвинения по своему значению носила настолько преобладающий характер, что никакие иные обстоятельства не могли обосновать необходимость освобождения заявителя из-под стражи (см., например, постан