Судебная коллегия по административным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Сорокина М.С, судей Батялова В.А, Рогачёвой Ю.А, при секретаре Ш, рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Газизовой ФИО17 к Министерству земельных и имущественных отношений Республики Татарстан о признании недействующим в части Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых в 2021 году налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, по апелляционной жалобе Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан на решение Верховного Суда Республики Татарстан от 27 августа 2024 года, которым административное исковое заявление удовлетворено.
Заслушав доклад судьи Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции Рогачёвой Ю.А, объяснения представителя административного истца - ФИО19, заключение прокурора отдела Генеральной прокуратуры Российской Федерации Куренкова Е.А, судебная коллегия,
УСТАНОВИЛА:
распоряжением Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан от 16 ноября 2020 года N 3495-р утвержден перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых в 2021 году налоговая база определяется как их кадастровая стоимость.
В пункт "данные изъяты" Перечня в качестве объекта недвижимого имущества, в отношении которого налоговая база определяется как его кадастровая стоимость на 2021 год, включено нежилое здание с кадастровым номером "данные изъяты", общей площадью 3 664, 1 кв.м, расположенное по адресу: "адрес".
Газизова Н.Х, являясь собственником нежилого помещения с кадастровым номером "данные изъяты", расположенного в спорном здании, обратилась в суд с административным исковым заявлением о признании недействующим указанного пункта Перечня, полагая, что спорный объект недвижимости не соответствуют требованиям статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ).
В обоснование требований указала, что спорное здание не является административно-деловым центром и не используется для ведения административной, торговой деятельности. Включение здания в Перечень на 2021 год нарушает права истца, так как незаконно возлагает обязанность по уплате налога на имущество в повышенном размере.
Решением Верховного Суда Республики Татарстан от 27 августа 2024 года административное исковое заявление удовлетворено. Признан недействующим пункт 128 Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых в 2021 году налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, утвержденного распоряжением Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан от 16 ноября 2020 года N 3495-р.
В апелляционной жалобе Министерством земельных и имущественных отношений Республики Татарстан ставится вопрос об отмене судебного акта и принятии решения об отказе в удовлетворении заявленных административным истцом требований.
В обосновании доводов жалобы указано, что судом первой инстанции не дана оценка сведениям о виде деятельности административного истца, а также не исследованы договоры аренды нежилых помещений в здании. Спорный объект недвижимости имеет наименование "административное здание", расположен на земельном участке с видом разрешенного использования "под строительство административно-торговых зданий". Таким образом, спорное здание соответствует критериям торгового центра и правомерно включен в Перечень на 2021 год.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель административного истца - ФИО19 просила решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Относительно доводов апелляционной жалобы административным истцом представлен отзыв.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом.
В соответствии с требованиями статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся по делу лиц.
Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией с учетом положений ч. 1 ст.308 КАС РФ.
Проверив материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства, выслушав заключение прокурора отдела Генеральной прокуратуры Российской Федерации Куренкова Е.А, полагавшего решение суда первой инстанции законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, судебная коллегия приходит к следующему.
Федеральным законом от 6 октября 1999 года N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, отнесено решение вопросов установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов (подпункт 33 пункта 2 статьи 26.3).
Налоговая база в отношении отдельных объектов недвижимого имущества определяется как их кадастровая стоимость по состоянию на 1 января года налогового периода в соответствии со статьей 378.2 НК РФ.
Согласно подпункту 1 пункта 7 статьи 378.2 НК РФ уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1-го числа очередного налогового периода по налогу определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.
Субъекту Российской Федерации предоставлено право устанавливать особенности определения налоговой базы отдельных объектов недвижимого имущества в соответствии со статьей 378.2 НК РФ (пункт 3 статьи 12, пункт 2 статьи 372 НК РФ).
Законом Республики Татарстан от 30 октября 2014 года N 82-ЗРТ "Об установлении единой даты начала применения на территории Республики Татарстан порядка определения налоговой базы по налогу на имущество физических лиц исходя из кадастровой стоимости объектов налогообложения" установлена единая дата начала применения на территории Республики Татарстан порядка определения налоговой базы по налогу на имущество физических лиц исходя из кадастровой стоимости объектов налогообложения с 1 января 2015 года.
Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 21 ноября 2014 года N 896 утвержден Порядок формирования, ведения, утверждения и опубликования Перечня, согласно которому в Перечень включаются объекты недвижимого имущества, указанные в части 1 статьи 1.1 Закона Республики Татарстан от 28 ноября 2003 года N 49-ЗРТ (пункт 2).
В соответствии с пунктом 3 названного Порядка Перечень утверждается распоряжением Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.
Оспариваемый Перечень опубликован на официальном портале правовой информации Республики Татарстан http://pravo.tatarstan.ru до начала наступления налогового периода.
Проанализировав вышеприведенные положения законов и подзаконных актов, суд пришел к правильному выводу, что оспариваемый нормативный правовой акт принят уполномоченным органом, в пределах своей компетенции с соблюдением требований к форме, порядку его принятия и введения в действие.
В указанной части решение суда не обжалуется.
Статьей 378.2 НК РФ предусмотрены особенности определения налоговой базы, исчисления и уплаты налога в отношении отдельных объектов недвижимого имущества.
Условия отнесения зданий к объектам налогообложения, налоговая база которых определяется как кадастровая стоимость, определены в пункте 1 статьи 378.2 НК РФ.
Как следует из содержания подпункта 1 пункта 1 статьи 378.2 НК РФ, налоговая база определяется как кадастровая стоимость имущества в отношении административно-деловых центров и торговых центров (комплексов) и помещений в них.
По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 378.2 НК РФ административно-деловым и торговым центром признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий:
- здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания (подпункты 1 названных пунктов);
- здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях делового, административного или коммерческого назначения или в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом: здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях делового, административного или коммерческого назначения или в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания;
фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, делового, административного или коммерческого назначения, признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки).
Особенности определения налоговой базы в отношении отдельных объектов недвижимого имущества установлены статьей 1.1 Закона Республики Татарстан от 28 ноября 2003 года N 49-ЗРТ "О налоге на имущество организаций", согласно которой налоговая база в отношении торговых центров (комплексов) общей площадью свыше 2 000 квадратных метров и помещений в них, расположенных на территориях населенных пунктов с численностью населения более 145 тысяч человек, определяется как их кадастровая стоимость, утвержденная в установленном порядке (часть 1).
Из приведенных предписаний федерального и регионального законодательства в Перечень подлежит включению такое отдельно стоящее нежилое здание соответствующей площади, которое отвечает одному из критериев, установленных названными выше правовыми нормами.
Между тем, как правильно установилсуд первой инстанции, спорное здание ни одному из перечисленных выше критериев не соответствует.
Судом установлено и следует из материалов дела, что Газизова Н.Х. является собственником нежилого помещения с кадастровым номером "данные изъяты" в нежилом здании с кадастровым номером "данные изъяты", расположенном по адресу: "адрес"
Спорный объект недвижимости с кадастровым номером "данные изъяты" площадью 3 664, 1 кв.м имеет назначение - нежилое, наименование - административное здание.
Из материалов дела следует, что указанное нежилое здание расположено на земельном участке с кадастровым номером "данные изъяты" с видом разрешенного использования "под строительство административно-торговых зданий".
К основным принципам налогообложения в Российской Федерации относятся, в частности: обязанность каждого лица уплачивать законно установленные налоги и сборы; налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными (статья 3 НК РФ).
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость исследования судами фактических обстоятельств конкретного дела по существу и недопустимость установления одних лишь формальных условий применения нормы, иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказалось бы серьезно ущемленным (постановления от 12 июля 2007 года N 10-П, от 13 декабря 2016 года N28-П, от 10 марта 2017 года N 6-П, от 11 февраля 2019 года N 9-П).
В Постановлении от 12 ноября 2020 года N 46-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой открытого акционерного общества "Московская шерстопрядильная фабрика" Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в целях соблюдения принципа равенства и справедливости налогообложения, недопущения возложения повышенной налоговой нагрузки на налогоплательщика без экономических на то оснований, в случае взимания налога на имущество организаций исходя из налоговой базы, определяемой по кадастровой стоимости зданий (строений, сооружений) исходя из расположения объекта на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, необходимо также учитывать назначение и (или) фактическую эксплуатацию объекта недвижимости.
В Определении от 30 января 2024 года N 8-О-Р Конституционный Суд Российской Федерации так же указал, что включение объектов недвижимости в перечни без учёта предназначения и фактического использования здания (строения, сооружения) не допускается.
Анализируя данный вид разрешенного использования земельного участка, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что он, безусловно, не предполагает размещения офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания.
Вопреки позиции административного ответчика данный вид разрешенного использования земельного участка не позволяет отнести его к виду разрешенного использования, предполагающего размещение торговых объектов, объектов общественного питания или бытового обслуживания, поскольку не соответствует кодам 3.3 "бытовое обслуживание", 4.2 "объекты торговли", 4.4 "магазины", 4.6 "общественное питание" Классификатора видов разрешенного использования земельных участков, утвержденного приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 10 ноября 2020 года N П/0412, действовавшего на момент принятия оспариваемого нормативного правового акта.
Указанные доводы аналогичны доводам административного ответчика, заявленным в суде первой инстанции, которым в решении суда первой инстанции дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает.
Следовательно, спорное нежилое здание только лишь по указанному основанию в Перечень включено быть не могло.
В связи с указанным, для решения вопроса об отнесении спорного объекта недвижимости, размещенного на вышеназванном земельном участке, к объектам, перечисленным в статье 378.2 НК РФ, требуется установление иных предусмотренных для этого законом оснований с учетом фактического использования такого объекта недвижимости, или сведений, содержащихся в документах технического учета, указывающих на размещение в здании офисных, торговых объектов, объектов общественного питания или объектов бытового обслуживания не менее 20 процентов общей площади здания.
Согласно сведениям технического паспорта на спорное нежилое здание, составленного по состоянию на 25 июня 2008 года АО "Бюро технической инвентаризации и кадастровых работ Республики Татарстан", расположенные в здании помещения имеют следующее назначение: лестничная клетка, тамбур, зал, коридор, кабинет, комната приема пищи, сан.узел, офис (201, 7 кв.м, 39 кв.м, 125, 4 кв.м, 71, 4 кв.м, 139, 2 кв.м, 90, 9 кв.м), кладовая, гардероб, кладовая уборки инвентаря, комната охраны, мужской сан.узел для инвалидов, женский сан.узел для инвалидов, женский сан.узел, конференц зал, подсобное помещение ксероксная, серверная, вент.камера.
Поскольку термин "кабинет" не является тождественным термину "офис", помещения с назначением "кабинет" правомерно не учтены судом первой инстанции в качестве офисных помещений.
Общая площадь помещений с назначением "офис", согласно техническому паспорту на нежилое здание, составляет 667, 6 кв.м (18, 2%).
Данные обстоятельства так же подтверждаются представленными в материалы дела техническими паспортами на отдельные нежилые помещения в составе данного здания.
Таким образом, общая площадь помещений с назначением офис не превышает 20%.
Также судом первой инстанции установлено, что согласно документам технического учета (инвентаризации) помещений, сведения о которых в ЕГРН на момент принятия оспариваемого Перечня значились как актуальные, подтверждается наличие площади торгового назначения (магазин, швейный цех) в помещении с кадастровым номером "данные изъяты" (76, 9 и 151, 6 квадратного метра соответственно), составляющей 6, 2% от общей площади здания, а также площади с назначением "офис" в помещениях с кадастровыми номерами "данные изъяты" и "данные изъяты" (90, 9 и 125, 4 квадратного метра соответственно), составляющей 5, 9% об общей площади здания.
Иных помещений, предусматривающих размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, в здании не имеется.
Таким образом, исходя из имеющихся в технической документации экспликации к поэтажному плану не следует, что не менее 20 процентов общей площади спорного здания предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания.
Решениями Верховного Суда Республики Татарстан от 29 сентября 2023 года (N 3а-302/2023), 31 января 2023 года (N 3а-110/2023), оставленными без изменения апелляционными определениями Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 28 апреля 2023 года (66а-742/2023), 19 декабря 2023 года (66а-2459/2023), спорное здание исключено из Перечней на 2022 год, 2023 год.
При принятии указанных судебных актов суды первой и апелляционной инстанции также пришли к выводу о том, что документы технического учета (инвентаризации), а также сведения ЕГРН не содержат доказательств наличия в здании помещений общей площадью не менее 20 процентов его общей площади, назначение, разрешенное использование или наименование которых предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры.
Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что здание по указанному основанию включению в Перечень на 2021 год не подлежит.
Порядок определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения утвержден Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 23 декабря 2016 год N 977.
Вместе с тем, бесспорно установлено, что до принятия оспариваемого нормативного правового акта никакие мероприятия по обследованию спорного здания с целью определения вида его фактического использования административным ответчиком не проводились, в связи с чем исходя из критерия фактического использования спорное здание в Перечень на 2021 год включено также быть не могло, а потому доводы апелляционной жалобы относительно фактического использования помещений в спорном здании по договорам аренды, являются несостоятельными.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, имеющиеся в деле договоры аренды помещения (70 кв.м) от 1 июля 2020 года между ФИО21 и ФИО22, а также между ФИО23 и ФИО24 (90 кв.м), от 22 авгусста 2020 года ФИО25 и ФИО26 (136, 9 кв.м), не свидетельствуют о наличии и использовании в здании помещений, площадью не менее 20 процентов от его общей площади, в целях размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания.
Более того, в целях установления фактического использования спорного здания в юридически значимый период судебной коллегией истребованы ряд документов.
Так, в ответ на запрос суда в материалы дела поступили сведения ГКУ "Республиканский центр материальной помощи (компенсационных выплат)", согласно которому по указанному адресу с 2013 года размещены сотрудники Центра, предоставляющие гражданам государственные услуги в части назначения мер социальной поддержки. Согласно сведениям ЕГРН, общая площадь принадлежащих ГКУ помещений составляет 713, 3 кв.м (менее 20% от общей площади спорного здания).
Вместе с тем, деятельность казенного учреждения по предоставлению гражданам государственных услуг по оказанию мер социальной поддержки не подпадают под действия статьи 378.2 НК РФ.
Государственной инспекцией Республики Татарстан по обеспечению государственного контроля за производством, оборотом и качеством этилового спирта, алкогольной продукции и защите прав потребителя в материалы дела представлена информация, согласно которой лицензии на розничную продажу алкогольной продукции в помещениях здания с кадастровым номером "данные изъяты" не выдавались.
Также из ответа Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия населения по Республике Татарстан следует, что по адресу: "адрес", Роспотребнадзором в базу Реестра хозяйствующих субъектов включена стоматологическая клиника ООО "Стомекс". В 2020 году плановые и внеплановые контрольные (надзорные) мероприятия по указанному адресу не проводились, уведомления о начале осуществления отдельных видов предпринимательской деятельности, как и сведения о заключенных договорах аренды (субаренды) в адрес Управления не поступали.
В материалы дела Управлением Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан представлен договор аренды нежилого помещения общей площадью 136, 9 кв.м, заключенный между ФИО27 и "данные изъяты" от 19 января 2009 года, заключенный сроком на 11 месяцев. Сведения о пролонгации указанного договора в материалах дела отсутстуют.
К указанному ответу приложен договор аренды нежилого помещения общей площадью 104, 5 кв.м, заключенный между ФИО29 и "данные изъяты" от 21 апреля 2014 года. Однако срок действия указанного договора - 21 марта 2015 года, сведений о возобновлении договора после указанной даты не предоставлено.
Также представлено гарантийное письмо от 2 марта 2011 года "данные изъяты", согласно которому юридическое лицо гарантирует "данные изъяты" предоставление площади под офис.
По состоянию на 16 ноября 2020 года (дата принятия оспариваемого Перечня) Управление имело сведения о следующих действующих юридических лицах по спорному адресу: "данные изъяты", "данные изъяты", "данные изъяты", "данные изъяты", "данные изъяты", "данные изъяты".
Между тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что регистрация юридического лица по конкретному адресу бесспорно не означает осуществлением им по данному адресу деятельности, подпадающей под критерии статьи 387.2 НК РФ.
Из ответа на судебный запрос "данные изъяты" следует, что по состоянию на 16 ноября 2020 году банк арендовал в спорном здании помещение площадью 111, 8 кв.м (договор аренды от 27 августа 2020 года), в котором располагался дополнительный офис Банка. Указанный договор аренды расторгнут 8 апреля 2021 года. Площадь занимаемых банком помещений составляет менее 20 % от общей площади здания.
Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции верно указано, что вид деятельности административного истца правового значения в рассматриваемом споре не имеет. При этом, являясь собственником лишь одного помещения в спорном здании, административный истец не может обладать всей полнотой информации о фактическом использовании помещений в спорном здании на момент принятия оспариваемого Перечня.
Таким образом, поскольку все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (пункт 7 статьи 3 НК РФ), исходя из критерия фактического использования, помещение в Перечень на 2021 год также включено быть не могло.
Доводы ответчика о том, что судом первой инстанции не изучены обстоятельства направления проекта Перечня в органы местного самоуправления и организации, являются несостоятельными, не влекут признание законным оспариваемого в части Перечня.
В силу прямого предписания, содержащегося в части 9 статьи 213 КАС РФ, именно административный ответчик обязан доказать законность включения здания в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость.
Между тем административным ответчиком относимых и допустимы и достаточных доказательств, с достоверностью подтверждающих соответствие здания критериям, установленным НК РФ и необходимым для включения названного объекта в Перечень на 2021 год, в том числе исходя из сведений, содержащихся в ЕГРН, документов технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости, фактического использования здания, не представлено. Не содержится ссылки на такие доказательства и в апелляционной жалобе.
Не исполняя данную свою обязанность, административный ответчик фактически возлагает ее, а также необходимость сбора доказательств, на административного истца и суд.
При рассмотрении дела судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства, выводы суда подтверждены материалами дела, каких-либо нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к неправильному разрешению дела, не допущено.
С учетом изложенного принятое по делу решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Руководствуясь статьями 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Верховного Суда Республики Татарстан от 27 августа 2024 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства земельных и имущественных отношений Республики Татарстан - без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение шести месяцев в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в соответствии с главой 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации через Верховный Суд Республики Татарстан.
Мотивированное апелляционное определение составлено 13 декабря 2024 года.
Председательствующий
Судьи
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.
Судебная коллегия оставила в силе решение первого суда, признав недействительным пункт перечня объектов, налоговая база которых определяется по кадастровой стоимости. Истец утверждал, что здание не соответствует критериям административно-делового центра. Суд согласился с тем, что фактическое использование здания не позволяет отнести его к объектам, подлежащим налогообложению по данной схеме. Апелляционная жалоба не была удовлетворена.