|
11 октября 2018 г.
|
Дело N А34-12307/2017
|
Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2018 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2018 г.
Арбитражный суд Уральского округа в составе:
председательствующего Краснобаевой И.А.,
судей Плетневой В.В., Шавейниковой О.Э.
рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Лошкарева Владимира Николаевича на определение Арбитражного суда Курганской области от 09.04.2018 по делу N А34-12307/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2018 по тому же делу о признании общества с ограниченной ответственностью "Далматовский комбикормовый завод" (ИНН 4506000820, ОГРН 1024501455791, далее - общество "Далматовский комбикормовый завод", должник) несостоятельным (банкротом).
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.
В судебном заседании приняли участие Лошкарев В.Н., а также представитель временного управляющего общества "Далматовский комбикормовый завод" Бобрышева Евгения Валерьевича - Максимова Е.С. (доверенность от 28.11.2017).
Определением Арбитражного суда Курганской области от 01.12.2017 в отношении общества "Далматовский комбикормовый завод" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Бобрышев Е.В.
Лошкарев В.Н. обратился в Арбитражный суд Курганской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 12 433 022 руб. 87 коп.
Определением суда от 09.04.2018 (судья Шамраева С.В.) в удовлетворении требования Лошкарева В.Н. отказано.
Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2018 (судьи Матвеева С.В., Бабкина С.А., Забутырина Л.В.) определение суда от 09.04.2018 оставлено без изменения.
В кассационной жалобе Лошкарев В.Н. просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт о включении требования Лашкарева В.Н. в реестр требований кредиторов должника. По мнению заявителя, суды не учли, что должник является сельскохозяйственным предприятием и его деятельность является сезонной. Заявитель отмечает, что оплата задолженности третьим лицам за должника не носила искусственный характер, спорные платежи были необходимы для осуществления хозяйственной деятельности общества "Далматовский комбикормовый завод". Также заявитель указывает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что лица, которым была произведена оплата задолженности заявителем за должника, являются аффилированными по отношению к должнику.
Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.
Как следует из материалов, заявитель в период 26.02.2015 по 15.12.2017 произвел оплату задолженности должника перед третьими лицами платежными поручениями, копии которых представлены в материалы спора.
Ссылаясь на наличие задолженности в общей сумме 12 433 022 руб. 87 коп., возникшей в связи с исполнением обязательств должника перед третьими лицами, Лошкарев В.Н. обратился в суд с соответствующим заявлением.
Отказывая в удовлетворении заявления Лошкарева В.Н., суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.
В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Согласно положениям абзаца первого пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом. Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.
Согласно правовым разъяснениям пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.
Суды установили, что перечисление Лошкаревым В.Н. денежных средств в общей сумме 12 433 022 руб. 87 коп. в счет исполнения обязательств должника третьим лицам подтверждается платежными поручениями, договорами.
Вместе с тем, установив, что Лошкарев В.Н. является единственным участником и руководителем общества "Далматовский комбикормовый завод", суды правильно заключили, что Лошкарев В.Н. и общество "Далматовский комбикормовый завод" являются аффилированными лицами.
Согласно сложившейся судебной практике, при предъявлении требования к должнику аффилированным кредитором, совокупности доказательств в отношении обычной хозяйственной операции, лежащей в основе спора, недостаточно; с целью обеспечения прав и имущественных интересов иных, неаффилированных с должником, кредиторов к доказыванию обстоятельств наличия долга предъявляются повышенные требования.
В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.
По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданскоправовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).
При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).
Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.
В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.
В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.
Пунктом 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса.
По смыслу статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними, а не правилами о суброгации (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении"). Упомянутое соглашение может являться сделкой, опосредующей заемные отношения между третьим лицом и должником, договором, предусматривающим дарение третьим лицом должнику исполненного в пользу кредитора, соглашением о погашении существующего обязательства третьего лица перед должником посредством платежа третьего лица в пользу кредитора должника и т.д.
Поэтому, в ситуации, когда бенефициар группы компаний систематически производит платежи за зависимое лицо его кредитору, предполагается, что в ос
