Инсайдерская информация
Специалисты рынка ценных бумаг могут привести много примеров заключения сделок на фондовом рынке, совершенных с использованием инсайда: это и скупка региональных энергетических компаний, и сделки с акциями ТНК накануне покупки British Petroleum 50% акций компании, и ажиотаж вокруг государственных облигаций за полчаса до присвоения агентством Standart & Poors инвестиционного рейтинга РФ. Эта проблема не могла остаться незамеченной отечественным законодателем. Тому, как она разрешается, посвящена статья юриста компании "Брокеркредитсервис" (ООО "Компания БКС") А. Петровичева.
Вот уже на протяжении более четырех лет - начиная с 2000 г. инициативная группа депутатов во главе с Владимиром Тарачевым пытается вынести на обсуждение в Государственную Думу проект закона "Об инсайдерской информации". Однако все их попытки тщетны: законопроект пока не удалось рассмотреть даже в первом чтении.
Несмотря на то, что актуальная версия закона получила одобрение Правительства РФ, законопроект так и не был включен в план работы на весеннюю сессию нижней палаты парламента. Как сообщает Интерфакс, "это связано с разногласиями, возникшими у профучастников рынка по содержанию законопроекта, который, по их мнению, нуждается в доработке".
В чем же причины такой "нерешительности" законодателя? Может быть, на самом деле данный закон вовсе не является желанным и востребованным для участников фондового рынка, каким он преподносится его авторами? Попробуем разобраться в объективных причинах сложившейся ситуации.
Появление подобного закона, безусловно, увеличит прозрачность российского рынка ценных бумаг, а также приведет к росту доверия инвесторов к рынку. Пример западных стран подтверждает тот факт, что принятие нормативного акта, регламентирующего вопросы распространения инсайдерской информации, влечет стабильный рост фондового рынка.
Рассматриваемый проект закона "Об инсайдерской информации" вводит ранее не известные российскому законодательству понятия, такие как инсайдерская информация и инсайдер, устанавливает ограничения на распоряжение и использование инсайдерской информации, а также на операции инсайдеров с ценными бумагами, по которым у них имеется инсайдерская информация.
Данный законопроект устанавливает обязанность инсайдеров раскрывать информацию о своих сделках с ценными бумагами и определяет порядок ее раскрытия. В нем предусмотрен и ряд мер (в том числе гражданская и административная ответственность), направленных на защиту инвесторов от злоупотреблений со стороны инсайдеров. Следует отметить, что от депутатов Государственной Думы поступали предложения ввести уголовные санкции за незаконное распоряжение инсайдерской информацией и использование, как это сделано во многих европейских странах, где нарушение законодательства об инсайдерской информации влечет до 7-10 лет лишения свободы (у нас предлагалось до пяти лет). Однако и эта инициатива не возымела успеха.
Теперь от плюсов законопроекта перейдем к его минусам. Законопроект определяет инсайдерскую информацию как любую информацию об эмиссионных ценных бумагах и сделках с ними, а также об эмитенте этих ценных бумаг и осуществляемой им деятельности, не известную третьим лицам, раскрытие которой может оказать существенное влияние на рыночную цену этих ценных бумаг. В то же время в ст. 2 законопроекта указано, что его положения применяются к отношениям, связанным с совершением сделок с ценными бумагами, обращение которых осуществляется с участием организаторов торговли на рынке ценных бумаг, а также с теми ценными бумагами, в отношении которых эмитентом принято решение об организации их обращения с участием организатора торговли на рынке ценных бумаг. На организованном рынке обращаются ценные бумаги, не относящиеся к эмиссионным, например паи паевых инвестиционных фондов. Поэтому непонятно, информация о каких видах ценных бумаг является инсайдерской: налицо явное противоречие норм законопроекта.
Несмотря на все достоинства, законопроект не устанавливает четких правовых критериев при определении такой дефиниции, как "инсайдерская информация", а лишь отсылает нас к гражданскому законодательству и законодательству о рынке ценных бумаг (ст. 4 законопроекта). Также не разграничиваются понятие "инсайдерская информация" и другие виды информации. В Гражданском кодексе РФ, Федеральном законе от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" и ряде других законов используются понятия "информация, составляющая служебную или коммерческую тайну", "конфиденциальная информация", "служебная информация", "государственная тайна", "банковская тайна", "тайна предварительного следствия".
Наиболее интересным представляется соотношение понятий "инсайдерская информация" и "служебная информация", которая определена в ст. 31 Закона о рынке ценных бумаг как любая, не являющаяся общедоступной, информация об эмитенте и выпущенных им эмиссионных ценных бумагах, которая ставит лиц, обладающих в силу своего служебного положения, трудовых обязанностей или договора, заключенного с эмитентом, такой информацией, в преимущественное положение по сравнению с другими субъектами рынка ценных бумаг. Неискушенный человек не сразу найдет отличие служебной информации от инсайда.
При этом перечень инсайдеров в законопроекте и перечень лиц, располагающих служебной информацией, в ст. 32 Закона о рынке ценных бумаг практически идентичен: это менеджмент эмитента или его аффилированных лиц, а также служащие государственных органов, имеющие в силу контрольных, надзорных и иных полномочий доступ к указанной информации.
Однако законопроект "Об инсайдерской информации" разделяет инсайдеров на первичных и вторичных. Вторичные инсайдеры - лица, не являющиеся инсайдерами и ставшие обладателями инсайдерской информации в силу каких-либо обстоятельств. Соответственно, меры воздействия на тех и других отличаются. Законопроектом для "вторичных" инсайдеров предусматриваются ограничения, касающиеся совершения сделок с использованием инсайдерской информации и распространения данной информации.
И все же найти кардинальные различия между служебной и инсайдерской информацией весьма затруднительно. Следовательно, необходимо определить четкое место инсайдерской информации как в структуре разных видов информации, так и в системе разного рода "тайн", существующих в российском законодательстве.
В соответствии с законопроектом инсайдеры обязаны уведомлять федеральный орган исполнительной власти по рынку ценных бумаг о совершаемых ими сделках с ценными бумагами, к инсайдерской информации о которых (или информации об эмитенте) они имеют доступ, а также опубликовывать информацию о таких сделках не позднее пяти дней с момента их совершения. Эффективность данной нормы на практике представляется крайне сомнительной: кто же будет добровольно сообщать о том, что зарабатывает на рынке с использованием инсайда?
В целях предотвращения возникновения конфликтов личных интересов инсайдеров-физических лиц при совершении операций с ценными бумагами они должны воздерживаться от участия в сделке, в которую вовлечены лица или организации, с которыми этот инсайдер или член его семьи имеют личные связи или финансовые интересы. При этом такие категории, как личные связи и финансовые интересы, ни в самом законопроекте, ни в других нормативно-правовых актах не конкретизируются. Таким образом, потенциальному инсайдеру предоставляется альтернатива: либо стать отшельником, отказаться от всяких контактов с внешним миром, закрыть счета во всех банках, либо просто забыть про рынок ценных бумаг, так как иначе вся его личная жизнь может стать объектом пристального внимания чиновников. При этом не стоит забывать о том, что на российском фондовом рынке сложился такой менталитет, когда профессионализм трейдера измеряется количеством имеющегося в его распоряжении инсайда.
Законопроект наделяет регулятора фондового рынка полномочиями по проведению расследования в отношении инсайдеров с целью проверки сведений о совершении сделок с использованием инсайдерской информации. Однако основания для проведения проверки в законопроекте (в отличие от, например, уголовно-процессуального законодательства) не конкретизированы. Поэтому следует уточнить и детализировать основания, по которым федеральный орган исполнительной власти вправе проводить проверки и совершать иные предусмотренные законом действия. Также представляется разумным, чтобы в расследовании принимали участие независимые представители, например профессиональные участники, саморегулируемые организации и т.п. Нет полной уверенности в том, что этот орган сможет адекватно и эффективно применять закон об инсайдерской информации при отсутствии опыта применения подобного рода правовых норм.
Привлечение инсайдеров к ответственности также представляется несколько проблематичным.
Отследить всю цепочку и найти источник инсайда довольно сложно: большинство биржевых сделок совершаются биржевыми посредниками от собственного имени, но в интересах третьих лиц, которые зачастую и выступают в качестве инса
