Определение Верховного Суда РФ от 10 октября 2016 г. N 304-ЭС16-9975
Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А.,
изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу публичного акционерного общества "Сбербанк России" (далее - банк)
на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 02.11.2015, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2016 и постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.04.2016
по делу N А27-584/2015 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества "Новокузнецкий вагоностроительный завод" (далее - завод, должник),
установил:
в рамках дела о банкротстве должника публичное акционерное общество "ТрансФин-М" (далее - общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов завода требования в размере 2 630 248 857 руб. по заключенным с акционерным обществом "Логистик" договорам финансовой аренды (лизинга), исполнение обязательств по которым обеспечено поручительством завода.
Определением суда первой инстанции от 02.11.2015, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 29.01.2016 и округа от 28.04.2016, заявленные требования удовлетворены.
В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, банк просит обжалуемые судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.
По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Между тем, таких оснований по результатам изучения материалов дела, состоявшихся по обособленному спору судебных актов и доводов кассационной жалобы не установлено.
Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам статей 65, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями статей 16, 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", а также статей 363 и 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о доказанности обществом наличия и размера задолженности завода по договорам поручительства, обеспечивающим исполнение лизинговых обязательств АО "Логистик" перед обществом.
При этом суды исходили из того, что правоотношения как по лизингу, так и по поручительству возникли между сторонами, начиная с 2010 года. Продавцом по лизингу выступал завод, он же являлся и поручителем за АО "Логистик". Таким образом, суды приняли во внимание, что фактически имело место кредитование обществом завода через покупку продукции последнего (вагонов, являющихся предметом лизинга), на основании чего судами также был отвергнут довод об отсутствии целесообразности в выдаче поручительства.
Определяя сальдо встречных обязательств сторон расторгнутых договоров лизинга по правилам, изложенным в пунктах 3-3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление N 17), суды установили, что завершающая обязанность по договору лежит на лизингополучателе, в связи с чем включили соответствующую сумму в реестр требований кредиторов поручителя.
С выводами нижестоящих инстанций согласился суд округа.
Приведенный банком в кассационной жалобе довод о том, что при расчете платы за финансирование (в процентах годовых) суды необоснованно включили в переменную "общий размер платежей по договору лизинга" сумму выкупной стоимости, подлежит отклонению как основанный на ошибочном понимании кредитной природы лизинговых отношений. То обстоятельство, что имущество по договорам возвращено лизингодателю, зафиксировано при расчете размера завершающей обязанности в том, что из суммы размера финансирования и платы за финансирование вычтены не только осуществленные авансовый и лизинговые платежи, но также и стоимость возвращенного имущества. Вопреки доводам банка по смыслу пункта 3.5 Постановления N 17 общий размер по договору лизинга вкл
