Квалификация злостных нарушений
порядка отбывания уголовного наказания
В принятом в декабре 1996 г. Уголовно-исполнительном кодексе РФ перечислены нарушения порядка отбывания наказания (режима), относящиеся к категории злостных. В соответствии с ч. 1 ст. 116 УИК к ним относятся: употребление наркотиков, мелкое хулиганство, угроза, неповиновение представителям администрации исправительного учреждения или их оскорбление, мужеложство, лесбиянство, организация забастовок или иных групповых неповиновений, а равно активное участие в них, организация группировок осужденных, направленных на совершение указанных нарушений или активное участие в них.
Употребление осужденным наркотиков является нарушением только в том случае, если данный факт имел место без назначения врача.
Следует обратить внимание практических работников на необходимость медицинского освидетельствования осужденного, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии наркотического опьянения. К обследованию целесообразно привлекать специалиста-нарколога. В случае невозможности провести освидетельствование при доставлении (обнаружении) нарушителя (например, ночное время) его необходимо провести в самое ближайшее время. Полученные результаты приобщаются к материалам проверки по факту нарушения.
Если действия осужденного содержат признаки мелкого хулиганства, необходимо иметь в виду диспозицию ст. 158 КоАП РСФСР, определяющую указанное правонарушение как нецензурную брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан. На первый взгляд складывается впечатление об отсутствии в исправительных учреждениях такого объекта посягательства мелкого хулиганства, как общественный порядок. Однако его анализ как системы общественных отношений, урегулированных правовыми и моральными нормами, позволяет сделать вывод о наличии указанного объекта правонарушения в учреждениях, исполняющих уголовные наказания. По общему правилу, каждая из указанных форм объективной стороны мелкого хулиганства образует самостоятельный состав правонарушения. Если вопрос, связанный с квалификацией нецензурной брани, представляется ясным, то квалификация иных форм мелкого хулиганства нуждается в пояснениях.
Принимая во внимание специфику взаимоотношений между осужденными (деление на "касты" и т.п.), отмечу, что оскорбительное приставание может, например, выражаться в требовании одного осужденного к другому совершить акт мужеложства, лесбиянства, оказать различного рода услуги (как правило, незаконные) вопреки желанию осужденного, к которому обращено требование, совершить те или иные действия в пользу другого осужденного. Внешними проявлениями "других подобных действий" являются азартные игры в камерах во время отдыха других осужденных, просмотра телепередач и т.д.
При квалификации указанных действий как хулиганства следует иметь в виду, что отдых может иметь место не только в ночное, но и в дневное время, если бригада работала в ночную смену. Здесь необходимо принять во внимание требования распорядка дня, который составляется в каждом исправительном учреждении исходя из местных условий, продолжительности светового дня, времени года.
Игра в карты и другие азартные игры образуют самостоятельное нарушение. Картежная игра во время, отведенное для отдыха, должна квалифицироваться, во-первых, как самостоятельное нарушение, не относящееся к категории злостных, во-вторых, как мелкое хулиганство, т.е. злостное нарушение режима. Соответственно, за каждое нарушение на осужденного налагается отдельное дисциплинарное взыскание (например, выговор за картежную игру и штраф за мелкое хулиганство); принцип поглощения или сложения здесь не применяется.
Анализ нарушения, связанного с угрозой представителям администрации учреждения, позволяет вести речь о конкуренции ч. 1 ст. 116 УИК со ст. 321 УК, устанавливающей уголовную ответственность за дезорганизацию нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.
Данный вывод основан, во-первых, на грамматическом толковании ч. 1 ст. 321 УК, предусматривающей ответственность за угрозу применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы, во-вторых, на изучении судебной практики. Так, из определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ по делам о преступлениях, связанных с угрозами по поводу осуществления правосудия, усматривается, что целью угрозы является месть за правоприменительную деятельность или оказание психологического давления с целью воздействия на принятие решений, "...в которых заинтересовано данное лицо". При этом необходимо, чтобы должностное лицо, в отношении которого имела место угроза, воспринимало ее как реальную (см.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 12. С. 4-5).
Возникает вопрос отграничения угрозы, наказуемой в дисциплинарном порядке, от уголовно наказуемой. Вновь обратимся к материалам судебной практики. В определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 сентября 1998 г. отмечается: "...высказывание осужденного во время совершения хулиганства, что он всех порежет, в том числе и себя, не свидетельствует о прямом умысле на убийство, поскольку кому-либо убийством он не угрожал" (Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 6. С. 15). Приведенная выдержка из судебного решения дает основание для вывода о том, что если угроза представителям администрации исправительного учреждения носила абстрактный характер, то за ее высказывание наступает дисциплинарная ответственность в соответствии с положениями уголовно-исполнительного законодательства. Угроза, высказанная в адрес конкретного сотрудника уголовно-исправительной системы, подлежит квалификации по ст. 321. УК.
Аналогично, на мой взгляд, должен решаться вопрос и об ответственности за оскорбление представителя администрации. Умышленное унижение чести и достоинства, выраженное публично в отношении конкретного представителя администрации, подпадает под признаки преступления, предусмотренного ст. 319 УК. Отсутствие конкретики при оскорблении расценивается как дисциплинарный проступок и наказывается в соответствии со ст. 116 УИК.
Под неповиновением представителям администрации (по аналогии с неповиновением
