Интервью с М.К. Юковым, первым заместителем Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ, доктором юридических наук, профессором
Михаил Кузьмич, расскажите, пожалуйста, о создании системы экономических судов в нашей стране.
В начале 1990-х годов в России шли рыночные преобразования, все больше споров возникало между предпринимателями, и появилась настоятельная необходимость в создании системы экономических судов. Конечно, существовал государственный арбитраж, но он решал совершенно иные задачи. По сути, он совмещал функции органов государственного управления и юрисдикционных органов. Значит, упомянутой сферой должна была заниматься иная структура.
Конституцией РФ 1993 г. в ст. 128 определено, что высшим судебным органом по разрешению экономических споров в нашей стране является Высший Арбитражный Суд РФ. В 1995 г. был принят Федеральный конституционный закон "Об арбитражных судах в Российской Федерации". Он закрепил устройство системы арбитражных судов, которые и должны были защищать права и законные интересы граждан и организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Но просто создать такую систему было недостаточно. Необходимо было обеспечить независимость экономических судов от исполнительной власти. С этой целью были образованы судебные округа, а в них - окружные суды. Таким образом, впервые в России деление страны на судебные округа не совпало с административным делением. И, на мой взгляд, такой порядок следует сохранить.
Судебная система может и должна существовать независимо от исполнительной власти. Когда судебная система привязана к административному делению, то, так или иначе, взаимодействие властей практически неизбежно. За прошедшие пять лет мы убедились в том, что при несовпадении судебного и административного деления повышается объективность и независимость окружного суда, поскольку уменьшается давление на него других ветвей власти. Конечно, нельзя сказать, что зависимость окружных судов ликвидирована полностью, но она стала ощутимо меньше.
1 июля 2000 г. исполнилось всего пять лет с момента принятия Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а уже стоит вопрос о внесении в него серьезных изменений. Чем вызвана такая необходимость?
С 1995 г. прошло, казалось бы, сравнительно немного времени, но изменения в жизни страны произошли очень значительные. При разработке АПК наступление некоторых из них мы предполагали, но лишь приблизительно, иные предвидеть просто не могли, а кое-что было еще преждевременно вводить, поскольку ни общество, ни субъекты экономической деятельности, ни судьи не были к этому готовы.
Сейчас, всего за пять лет, прошедших после принятия АПК, уже наработан немалый опыт, сознание субъектов хозяйствования стало иным. Поэтому пора внести ряд изменений, направленных на совершенствование судебной системы, но не ради самого совершенствования, а для того, чтобы в большей степени обеспечить защиту интересов сторон, повысить объективность суда, эффективность его деятельности.
Кто занимается подготовкой предполагаемых изменений?
Приказом Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ была создана группа для разработки предложений по внесению изменений в АПК. Основная нагрузка легла на Управление совершенствования законодательства ВАС РФ, в частности, очень активно работали А.С.Павлов, Н.Г.Лившиц. В рабочую группу вошли также профессор юридического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова В.М.Шерстюк и профессор Университета дружбы народов им. П. Лумумбы В.К.Пучинский. Группа работала очень напряженно, тщательно обсуждая и анализируя каждую строку в статье и каждое слово в строке.
Кроме того, была образована расширенная комиссия, в которую были приглашены представители всех московских арбитражных судов и ведущие ученые известных институтов - Института государства и права Российской академии наук, Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, кафедры гражданского процесса юридического факультета МГУ им. Ломоносова, Московской государственной юридической академии.
Работа строилась следующим образом: принципиальные вопросы мы обсуждали на большой комиссии, а текущие рассматривались рабочей группой.
Таким образом, уже сейчас удалось ознакомиться с мнениями самых авторитетных в данной области юристов Москвы. До окончательного принятия изменений в АПК мы планируем дать возможность высказаться и большинству ученых страны путем проведения нескольких научных конференций, хотя организовать такое обсуждение, конечно, очень непросто.
Однако мнения ученых нередко расходятся, по некоторым вопросам приходится принимать решения, ориентируясь в основном на практику. Тем не менее, такой подход, когда задействуется большое количество специалистов, себя оправдывает.
Следует сказать, что изменений уже набралось столько, что мы входим в Думу с предложением о принятии АПК в новой редакции.
Полагаю, обновленный Кодекс будет действовать более продолжительное время, чем нынешний, потому что экономическая жизнь страны стабилизируется, и соответственно стабилизируется законодательство.
Был ли учтен при подготовке предложений зарубежный опыт?
Конечно. Было изучено не только европейское, но и американское законодательство. Кроме того, в последнее время - уже около двух лет - мы работаем в очень тесном контакте с Советом Европы. Нашему Арбитражному процессуальному кодексу и отдельным его положениям было посвящено несколько конференций, на которых эксперты Совета Европы высказали свои предложения по тем или иным вопросам нашего законодательства.
Эти идеи можно условно разделить на три группы. Первые мы безусловно поддерживаем, их просто нельзя не учесть, потому что они направлены на совершенствование отношений в области судопроизводства и действительно эффективны. Другие имеют спорный характер, требуют обсуждений, дополнительного анализа. Третьи же для нашей судебной системы однозначно неприемлемы. Предложения могут попасть в третью группу, например, по той простой причине, что расстояния в Европе и в России несравнимы. Допустим, в Бельгии некоторые вопросы уже за счет того, что все находится близко, решаются значительно проще. У нас же расстояния огромные, а это сказывается и на возможностях правосудия. Иными словами, не все то, что хорошо для Европы, полезно для нас.
Михаил Кузьмич, Вы сказали, что некоторые предложения экспертов Совета Европы были приняты. Интересно было бы узнать хотя бы о наиболее важных.
Одно из предложений экспертов Совета Европы касается третейской оговорки. Суть в том, чтобы независимо от наличия третейской оговорки в договоре и от того, рассматривается ли дело в третейском суде, дать сторонам возможность в любой момент обратиться в государственный суд. Действующий АПК РФ этого не позволяет: если в договоре имеется третейская оговорка и с ней не согласна лишь одна сторона, дорога в государственный суд закрыта.
Несовершенство данной нормы очевидно: нередко к нам обращаются представители одной из сторон, ранее согласившиеся на третейскую оговорку, с просьбой рассмотреть дело в государственном суде. Они объясняют изменение своей позиции тем, что в свое время не до конца продумали все "за" и "против", связанные с третейской оговоркой. Мы же в таких случаях вынуждены отказывать.
Эксперты Совета Европы полагают, что помещение подобной нормы в АПК было ошибкой, поскольку, согласно нашей Конституции, никто не может быть лишен возможности защищать свои права в государственном суде. Конституция любого государства гарантирует судебную защиту каждому лицу. Поэтому добровольность решения о передаче дела в третейский суд должна быть соблюдена до конца. И если после внесения третейской оговорки в договор кто-то передумал, то в этой части договор может быть нарушен в одностороннем порядке.
Такой подход для нас пока непривычен, и я не знаю, как отнесется к такому предложению Государственная Дума, но мы сочли его разумным и внесли такое положение в проект.
Также Совет Европы рекомендовал нам ввести положение о раздельном рассмотрении нескольких требований. Речь идет об исках о присуждении, в которых обычно содержатся два элемента: во-первых, вопрос о признании и, во-вторых, вопрос о взыскании. Причем вопрос о признании не ставится очень редко. Обычно просят признать договор недействительным или, наоборот, подтвердить некое право, а после подтверждения права требуется взыскать то, что причитается.
Эксперты Совета Европы предложили рассматривать эти требования раздельно. Иначе говоря, вначале суд подтверждает право, и лишь если ответчик добровольно не исполняет обязательство, имеет смысл подавать в суд второй иск. Для чего нужно такое разделение? Прежде всего, оно предоставит бoльшую свободу сторонам. Ведь, подтвердив свое право, истец не обязан требовать взыскания реальных материальных благ.
Кроме того, предлагаемый порядок облегчит работу суда, так как при рассмотрении первого требования суду нет необходимости рассчитывать, кто кому и сколько должен. Когда суд вынес решение о том, что одна сторона имеет некое право, естественно, что другая сторона оказывается обязанной, она должна платить, и это не вызывает сомнений. Весь вопрос в том, будет ли она платить добровольно или по исполнительному листу. Во втором случае с должника будет взыскана еще и госпошлина. Поэтому он, скорее всего, после признания права истца заплатит добровольно.
Естественно, если стороны никак не могут договориться о точных цифрах, не сходятся в расчетах, они могут подать иск, и суд решит их спор. Но все-таки им выгоднее разобраться самим, потому что обращение в суд означает для каждого из них возможность лишних затрат: если требование будет завышено - платить госпошлину будет истец, если предложение об оплате не принято - будет платить ответчик. Возможно, стоит даже увеличивать размер госпошлины по таким искам - не столько ради получения дополнительных средств, сколько для того, чтобы стороны старались находить решение конфликта сами. Учитывая загруженность судов, это очень важно.
Касаются ли предлагаемые изменения АПК РФ принципов судопроизводства?
Мы затрагиваем три принципа судопроизводства.
Первый и основной из них - принцип состязательности. Этот принцип закреплен в АПК РФ 1995 г. и последовательно проводился в жизнь последние пять лет, однако он требует некоторых уточнений.
Стороны уже начинают привыкать к тому, что надеяться в споре следует только на себя. В советские времена положение было иным: достаточно подать заявление в суд, а от дальнейшего истец самоустранялся. Есть, мол, принцип объективной истины - вот пусть суд сам эту истину и ищет (другой вопрос - найдет ли).
Теперь же рассчитывать стало не на кого. Если лицо подает исковое требование, то оно должно представить необходимые доказательства, чтобы требование было мотивированным. За истца никто этого не сделает. Такова основная идея принципа состязательности. Но у нас этот принцип приживался тяжело: слишком уж резким был переход от принципа объективной истины к состязательности. Естественно, очень непросто было переучиваться целому поколению юристов - и тем, кто представляет стороны, и тем, кто работает в судах.
Теперь уже появились определенные наработки, и отдельными корректировками АПК мы уточняем принцип состязательности. Что я имею в виду?
Предположим, сторона не представила в первую инстанцию какие-то доказательства. Надо разобраться в причинах такого поведения. Возможно, у нее в тот момент доказательств не было по объективным причинам. Если же сторона просто не знала о том, что такие доказательства необходимо представить, то в этом лишь ее вина. Конечно, не принимать новые факты во внимание нельзя. Однако сторона, которая плохо подготовилась к процессу, должна претерпевать какие-то неблагоприятные последствия, например, платить госпошлину несмотря на то, что во второй инстанции дело решено в ее пользу. Это, на мой взгляд, разумная дополнительная мера ответственности.
Значит, весь процесс теперь подчинен лишь принципу состязательности?
Абсолютизировать принцип состязательности не стоит, потому что в некоторых вопросах суд все же должен проявить определенную активность. Например, практика показывает, что сторона - неважно, по какой причине - нередко привлекает к процессу не всех соответчиков, в результате появляется много совершенно не обоснованных судебных тяжб. Поэтому мы предлагаем включить в АПК правило о том, что если по закону предусмотрена солидарная ответственность или наличие соответчика предусмотрено в договоре, то суд по собственной инициативе привлекает в процесс соответствующее лицо. Особенно это касается исков, предъявляемых к государственным учреждениям различного уровня.
В то же время суд сейчас не имеет права сам назначить экспертизу, она проводится только по ходатайству одной из сторон. Но порой сторона не осознает, что какой-то вопрос можно решить только с помощью экспертизы, зато это понимает суд. Особенно часто подобная ситуация складывается при рассмотрении дел, связанных с причинением вреда окружающей среде, когда необходимо определить размер материального ущерба, характер повреждения природного объекта и т.д. Поэтому мы решили, что суд, несмотря на то, что процесс состязательный, должен иметь возможность в определенных случаях сам назначить проведение экспертизы и сформулировать вопросы для нее.
Какие еще принципы кроме принципа состязательности предполагается затронуть?
Мы продолжаем уточнять и развивать принцип письменности процесса, о котором было сказано и в АПК 1995 г.
Этот принцип имеет такое название вовсе не потому, что предполагает отказ от устного рассмотрения дела. Судебное слушание по-прежнему идет в устной форме, а вот доказательства принимаются только в письменном виде. В том числе и свидетельские показания. Они могут быть оформлены различным образом, но главное в том, что они должны быть письменными и содержаться в деле в виде определенного документа. Ведь экономические отношения строятся в основном с помощью документов. Не исключается, конечно, предусмотренное Гражданским кодексом заключение договора в устной форме, но, как правило, сделки, по которым потом предъявляются иски, совершаются в письменной форме. И потому основой арбитражного процесса должны быть письменные доказательства.
Не знаю, согласится ли с нами законодатель, но мы считаем полезным внедрение принципа письменности процесса. Это серьезная особенность арбитражного процесса в отличие от гражданского процесса в судах общей юрисдикции.
Кроме того, мы серьезно пересматриваем принцип непрерывности, согласно которому судья может одновременно вести лишь одно дело. Ведь и зарубежная, и наша практика показывает: при анализе гражданских дел в арбитражных судах следование принципу непрерывности или отказ от него ничего не меняет. При рассмотрении уголовных дел в судах общей юрисдикции соблюдение принципа непрерывности просто необходимо: судья не должен отвлекаться на другие дела, чтобы постоянно, до момента определения меры наказания преступнику, психологически находиться "в процессе".
Что же касается арбитражного процесса, мы считаем допустимым рассмотрение параллельно нескольких исков. Предположим, в первый день слушается несколько дел, а решения по всем отписываются на следующий день. У судьи, таким образом, появляется возможность более обдуманно вынести решение.
Судьи, как известно, несут большую нагрузку. С учетом увеличения количества исков и усложнения дел неизбежно снижение качества их работы. Не предполагаются ли какие-то меры помощи судьям?
Мы серьезно думали об этом и предлагаем ввести институт помощников судей.
Конечно, такого помощника можно использовать по-разному: либо поручить ему роль технического секретаря судьи, выполняющего различные его поручения, либо сделать из него фигуру процессуальную. В последнем случае он будет по закону выполнять определенные процессуальные действия, и мы решили пойти по второму пути.
Мы исходили из того, что помощники судей - это кадровый резерв судей, к которым предъявляется ряд требований: высшее юридическое образование, определенный стаж работы. Поэтому для них предполагается сравнительно высокая заработная плата.
Помощник судьи мог бы выполнять отдельные процессуальные действия, которые сейчас выполняет судья. Снижая нагрузку последнего, мы тем самым надеемся повысить качество судебной деятельности.
Учитывая, что правосудие осуществляется только судьями, рассматривать споры по существу помощник, конечно, не может. Тем не менее он в состоянии принести немало пользы: он мог бы принимать заявления, заменить судью на стадии подготовки дела к судебному рассмотрению, общаться со сторонами до самого судебного разбирательства. Наконец, сейчас во время процесса протокол ведет судья (или один из судей, если дело рассматривается коллегиально), а можно было бы возложить эту обязанность на помощника судьи.
Идей много, и мы сейчас находимся в стадии поиска оптимального решения. Нужно четко определить роль помощника судьи для того, чтобы с введением данной должности судебный процесс качественно улучшился. Если мы этого добьемся, то предлагаемое новшество будет оправданным, а если нет, то в суде появится еще один дополнительный чиновник. Это будет означать, что поставленную задачу решить не удалось. Надеюсь, этого не случится.
Не предполагаются ли изменения в составе участников процесса?
Да, затрагивается и эта область. Мы предлагаем ликвидировать институт замены ненадлежащей стороны. Это непривычно звучит, потому что замена ненадлежащей стороны всегда была возможна в гражданском процессе.
Теперь же предлагается иной порядок. Если требование предъявляется не к тому, к кому истец имеет право его предъявить, суд просто отказывает в иске, истец же может подать иск снова, уже к надлежащему ответчику. Если суд обнаруживает, что право требования принадлежит не истцу, он также отказывает в иске, поскольку надлежащий истец имеет возможность предъявить соответствующий иск по собственной инициативе.
При замене ненадлежащей стороны суд предлагал лицу вступить в процесс, а, с точки зрения диспозитивности гражданского права, лучше, если этот вопрос лицо будет решать самостоятельно, без толчка извне. Правда, эту точку зрения разделяют не все ученые. Некоторые полагают, что от такого института отказываться нельзя, потому что он способствует более быстрому разрешению конфликта. Однако большинство экспертов нас поддерживает.
Какие еще новшества были предложены рабочей группой?
Некоторые из них касаются, например, вопросов подведомственности. Я остановлюсь только на одном из них.
Мы хотели бы убедить законодателя в том, что признание недействительными нормативных актов в области экономической и предпринимательской деятельности должно быть поручено арбитражным судам. В настоящее время такие дела рассматривают суды общей юрисдикции, и мы вовсе не считаем, что они выполняют эту работу недостаточно хорошо. Просто нам кажется, что если нормативный акт регулирует вопросы экономической деятельности и применяется арбитражными судами, то логичнее было бы вопрос о его соответствии законам более высокого уровня рассматривать в арбитражном суде. Причина ясна - именно здесь через призму его применения в конкретных делах высвечиваются все недостатки такого нормативного акта или, наоборот, его преимущества. Суды общей юрисдикции вряд ли настолько глубоко владеют подобной проблематикой, поэтому для вынесения решения им потребуется значительно больше времени.
Верховный Суд РФ не возражает против такой постановки вопроса.
Несколько слов хочется сказать и об изменениях в области подсудности. Мы считаем, что дела, которые касаются оспаривания ненормативных актов, должны рассматриваться по месту нахождения истца. Можно предложить и альтернативную подсудность, чтобы истец сам выбирал, где предъявлять иск: по месту нахождения государственного органа (ответчика) либо по собственному месту нахождения. Такое решение представляется спра
