• ТЕКСТ ДОКУМЕНТА
  • АННОТАЦИЯ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Постановление Московского городского суда от 07 марта 2017 г. N 4у-712/17

 

Судья Московского городского суда Бондаренко Э.Н., изучив кассационную жалобу осужденного К1 о пересмотре приговора Савеловского районного суда города Москвы от 16 августа 2016 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 24 ноября 2016 года,

установила:

Приговором Савеловского районного суда города Москвы от 16 августа 2016 года

К1, _года рождения, уроженец _., гражданин _., ранее судимый: 25 июня 2007 года Советским районным судом г. Астрахани, с учетом последующих изменений, по ч. 3 ст. 127 УК РФ к 4 годам лишения свободы, срок отбывания наказания исчислен с 3 мая 2014 года после фактического задержания К1, находившегося в розыске, -

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы.

На основании ст. 70 по совокупности приговоров к назначенному по настоящему приговору наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Советского районного суда г. Астрахани от 25 июня 2007 года и окончательно К1 назначено 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Срок отбывания К1 наказания исчислен с 16 августа 2016 года с зачетом в срок отбытия наказания времени предварительного содержания под стражей с 4 марта 2015 года по 15 августа 2015 года.

Этим же приговором осуждены Т1 и С.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательствах по делу.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 24 ноября 2016 года приговор изменен: исключено из приговора указание на заключение специалиста по результатам психофизиологического исследования с применением полиграфа в отношении А. (том 15 л.д. 210-222). В остальной части приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный К1 выражает несогласие с состоявшимися в отношении него судебными решениями, считая их незаконными, необоснованными ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Утверждает о необоснованности вывода суда о том, что имело место хищение чужого имущества, хотя в действительности речь шла о приобретении права на чужое имущество, при котором собственник не лишается своего имущества, а лишь теряет право на него. Указывает, что его действия на основании установленных судом обстоятельств следовало квалифицировать как принуждение к совершению сделки под угрозой применения насилия.

Кроме того, по мнению К1, судом не была установлена реальная стоимость квартиры, не доказан факт изготовления им поддельных паспортов, в приговоре не отражена его роль в совершении преступления, отсутствует детализация телефонных соединений. Помимо того, оспаривает вывод суда о наличии в его действиях рецидива преступлений, утверждая, что на момент совершения преступления по данному делу предыдущий приговор в отношении него не вступил в законную силу, а также вывод суда о назначении ему для отбытия наказания колонии строгого режима, поскольку на момент совершения преступления он находился в розыске.

С учетом изложенного, осужденный К1 просит состоявшиеся в отношении него судебные решения отменить, либо уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

Изучив доводы кассационной жалобы осужденного К1, полагаю, что оснований для ее передачи для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

Приговором суда К1 осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, описательно-мотивировочная часть которого согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; в приговоре изложены доказательства, на которых основаны выводы суда.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, судом установлены.

Все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции были выполнены.

При этом выводы суда о виновности К1 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, являются обоснованными и подтверждаются доказательствами, проверенными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре:

- показаниями потерпевших К2 и К3 о том, что умерший Б. приходился им двоюродным дядей, о смерти которого они узнали в августе 2012 года от его соседки. В 2013 году К2 обратилась в Савеловский районный суд г. Москвы с целью признания факта родства, восстановления пропущенного срока и признания ее и К3. наследниками. В ходе судебного разбирательства стало известно о том, что квартира Б. продана, а договор купли - продажи с А. заключен уже после смерти дяди. В связи с указанными обстоятельствами ими были заявлены также требования о признании сделки ничтожной и об изъятии квартиры из чужого незаконного владения, которые впоследствии были удовлетворены;

- показаниями А. о том, что примерно в конце августа 2013 года состоялась встреча между нею, К1, С. и Т., в ходе которой Т. сообщил о необходимости продажи квартиры. Она (А.) согласилась на данное предложение, после чего вместе с Т. поехала смотреть квартиру. Прибыв на место, входную дверь в квартиру Т. открыл имеющимися у него ключами, а на ее вопрос о собственнике квартиры ответил, что "человек будет". После этого Т. передал ей (А.) документы на квартиру, ключи и свою визитку с указанием должности и номеров телефонов. После этого она (А.) узнала примерную стоимость квартиры, которая составила около 14 000 000 рублей, о чем сообщила К1 и С., но с учетом плохого состояния квартиры цену было решено снизить до 9 000 000 рублей. Тогда же она (А.) сообщила К1 и С. о наличии у нее знакомой - Л., которая работает в агентстве недвижимости и может помочь сдать документы в регистрационную палату. Однако ее услуги нужно будет оплатить и оформить на неё доверенность от имени хозяина квартиры. К1 и С. на данное предложение согласились, и впоследствии кто-то из них дал ей номер телефона человека по имени "_", который якобы являлся собственником квартиры и в ходе разговоров подтверждал, что он от С. Примерно в августе - сентябре 2013 года они пошли в нотариальную контору, которая располагается на Ленинградском шоссе, с целью сделать доверенность. Однако, после разговора с помощником нотариуса "_", который выдавал себя за Б., сообщил, что у него забрали паспорт и надо срочно уходить. После этого вместе с "_" они направились в ОМВД Сокол, где она (А.) рассказала о случившемся С., а тот сказал, что данную проблему он решит. Через некоторое время ей (А.) на сотовый телефон позвонил либо С., либо сам "_" и в ходе разговора сообщил, что можно снова ехать оформлять доверенность. В этот раз она встретилась с "_" в районе станции метро "_", где они обратились в нотариальную контору и оформили доверенность от имени "_", у которого был уже другой паспорт на имя Б., и в этот раз никаких проблем не возникло. После этого она (А.) встретилась с К1 и сообщила ему, что не хочет больше заниматься этим вопросом, но К1 стал угрожать ей и сообщил, что квартиру она должна оформить на себя. Она (А.) была вынуждена согласиться на условия К1, поскольку опасалась за свои жизнь и здоровье. Позже она (А.) обратилась в нотариальную контору в г. Ж., где от своего имени оформила доверенность на К4, которая впоследствии должна была сдавать документы в регистрационную палату. После этого она сказала К1, что для регистрации сделки нужна будет выписка из домовой книги, а через некоторое время, предварительно созвонившись, они встретились с "_", который передал ей копию своего паспорта, доверенность, которая ранее от его имени была оформлена на К4, а также выписку из домовой книги с оригинальной синей печатью. Получив все необходимые документы, она (А.) передала их К4 для оформления и регистрации сделки купли-продажи, та самостоятельно подготовила договор купли-продажи и акт приема-передачи квартиры. Получив эти документы по электронной почте, она (А.) распечатала их у себя дома и по телефону договорилась с "_" о встрече, в ходе которой он подписал договор купли-продажи и акт приема-передачи квартиры от имени Б. Она подписала данные документы от своего имени и передала их К4, которая сдала их в регистрационную палату и примерно через десять дней получила два свидетельства о регистрации права собственности и два зарегистрированных договора купли-продажи квартиры, передав их ей (А.). В ходе встречи с "Дмитрием" какие-то документы она (А.) передала ему и сообщила, что все в порядке. Больше с "Дмитрием" они не встречались. К1 по телефону она также сообщила о том, что все в порядке, и тот сказал ждать дальнейших указаний. Примерно в январе 2014 года К1 позвонил и сказал, что необходимо заняться продажей квартиры, на что она согласилась, пояснив, что с целью продажи Б. необходимо выписать из квартиры. По этому поводу К1 сказал ей позвонить Т., что она и сделала. Т. дал ей номер телефона некой женщины, которая после ее (А.) звонка в ходе встречи передала ей свидетельство о смерти Б., на основании которого последний был выписан из квартиры. С целью продажи квартиры она (А.) выложила в Интернете объявление с указанием стоимости квартиры в размере 9 000 000 рублей, которую определил К1, после чего начались просмотры. Примерно в феврале - марте 2014 года ей (А.) стало известно о том, что в суд обратились родственники Б. и на квартиру наложен арест. Позже ей позвонил адвокат Р., который сказал, что он от С. и К1, будет представлять ее интересы в суде. Впоследствии в ходе встречи адвокат рассказал, что в удовлетворении иска родственникам Б. отказано, а примерно через месяц ее (А.) задержали сотрудники полиции. Также А. сообщила, что С. все было известно о происходящем, именно он руководил действиями соучастников; ее (А.) в данную мошенническую схему втянули С. и К1, при этом обо всех действиях, связанных с указанной сделкой, она сообщала как К1, так и Т. с С. В ходе допросов А. указывала конкретные номера телефонов, которые использовались соучастниками.;

- показаниями свидетеля Н. о том, что от А. ему стало известно о ее участии в мошеннической схеме по продаже квартиры Б., которую А. вынужденно оформила на себя; поступить так ее заставил знакомый по имени "С."; лиц, причастных к совершению данного преступления, он (Н.) не знает и никогда не видел;

- показаниями свидетеля Л. о том, что по просьбе А. она подготовила договор купли-продажи, акт приема-передачи квартиры, после чего передала их А. для подписания. Затем она (Л.), получив данные документы обратно, передала в регистрирующий орган, не осознавая, что таковые являются поддельными. После регистрации сделки полученные документы она передала А., получив от нее вознаграждение за оказанные услуги; продавца квартиры она (Л.) никогда не видела, по всем вопросам общалась только с А.;

- показаниями свидетеля У., из которых следует, что умерший Б. вел одинокий образ жизни и являлся ее соседом. В мае 2012 года в его квартире появился неприятный резкий запах, о чем она сообщила по телефону участковому Т., который через некоторое время прибыл на место. После этого были вызваны сотрудники полиции и МЧС, дверь в квартиру Б. взломали. Вошедший туда Т. сообщил, что Б. повесился. После проведения необходимых мероприятий все ушли, дверь в квартиру была лишь опечатана бумажной полоской, в связи с чем на следующий день она позвонила Т. и спросила, что делать с дверью. По совету последнего она позвонила технику-смотрителю, после чего прислали рабочих и вместе с ними пришел Т., замок вставили обратно и дверь закрыли на ключ, который Т. забрал себе, пояснив, что нашел его в квартире. Через несколько месяцев соседом стали интересоваться К2 и К3, которым она сообщила о смерти Б. Затем в квартире Б. появились новые соседи, хозяйкой, как выяснилось, значилась А.;

- показаниями свидетеля М1 об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия - квартиры Б., в ходе которого обнаружен труп, а также паспорт на имя Б., который впоследствии был изъят;

- показаниями свидетелей М2 и К5 о том, что на период рассматриваемых событий они работали в нотариальной конторе нотариуса С2 В конце августа 2013 года к ним обратились молодая женщина и мужчина, представивший поддельный паспорт на имя Б. с целью оформления доверенности на имя К4 для совершения сделки купли - продажи квартиры, расположенной по адресу: г. _ _. шоссе дом _ стр. _ кв. _.. Представленный поддельный паспорт владельцу они не вернули, а после обеда в нотариальную контору обратился мужчина, предъявивший служебное удостоверение сотрудника полиции, который выразил намерение указанный поддельный паспорт забрать. Однако, документ ему не отдали, сообщив, что по данному факту готовят письмо в полицию и уже сообщили в Нотариальную палату г. Москвы. Полученную информацию сотрудник полиции передал кому-то по телефону, а затем ушел;

- показаниями свидетеля М3 сообщила, что в рассматриваемый период времени она работала нотариусом в нотариальной конторе, расположенной по адресу: г. _ _ бульвар дом _., куда обращалось лицо от имени Б. с целью оформления доверенности;

- показаниями свидетеля Р. о том, что в марте 2014 года ему позвонил С., который сообщил, что его знакомая А. приобрела квартиру в районе _, а неизвестные лица через Савеловский районный суд г. Москвы пытаются признать договор купли-продажи квартиры недействительным. Согласившись помочь, он (Р.) по всем вопросам, связанным с указанной проблемой, общался с С.; выяснилось, что на квартиру наложен арест; впоследствии стало известно, что собственник квартиры умер задолго до совершения сделки, а затем объявились его родственники, которые и обратились в суд с иском.

Оснований не доверять показаниям вышеуказанных лиц у суда не имелось, поскольку они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются письменными доказательствами, в числе которых:

- протокол выемки, согласно которому в Савеловском МРСО был изъят оригинал паспорта серии _ N _ на имя Б, _ года рождения;

- заявление К3 о совершении неустановленными лицами мошеннических действий в отношении квартиры, расположенной по адресу: г. _, _ шоссе, д. _, стр. _, кв. _, принадлежавшей его умершему дяде - Б.;

- апелляционное определение Московского городского суда от 22 декабря 2014 года, на основании которого договор купли - продажи квартиры по адресу: г. _ _.. шоссе дом _. стр. _ кв. _. от 25 сентября 2013 года признан недействительным; право собственности на указанную квартиру признано за К2 и К3, по ? доли каждого;

- отчет об определении рыночной стоимость квартиры, расположенной по адресу: г. _, _. шоссе дом _. стр. _ кв. _, согласно которому стоимость указанной квартиры на период 25 сентября 2013 года составила 13 351 000 рублей;

- приговор Савеловского районного суда г. Москвы от 21 декабря 2015 года, вступивший в законную силу, которым А. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в обжалуемом приговоре;

- заключение эксперта о том, что на видеозаписи допроса обвиняемой имеются признаки психологической достоверности, в том числе в показаниях, касающихся вопросов взаимодействия А. с К1, С. и Т. по совершению мошеннических действий, связанных с приобретением права собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. _ _. шоссе дом _. стр. _. кв. _.;

- протокол обыска, в ходе которого по месту жительства А., помимо прочего, были обнаружены и изъяты ноутбук, содержащий папку с фотографиями квартиры, расположенной по адресу: г. _ _. шоссе дом _ стр. _ кв. _, а также с файлами документов в отношении указанной квартиры; кроме этого были изъяты сами документы, касающиеся сделки купли-продажи квартиры между Б. и А.; сим-карты и различные сотовые телефоны;

- заключения эксперта, согласно выводам которого копия паспорта на имя Б., изъятая в ходе обыска у А., копия паспорта на имя Б., изъятая у нотариуса М2, выполнены не с паспорта гражданина _ на имя Б. _., выданного _.. года. При этом на двух ксерокопиях паспорта изображено одно и тоже лицо, которое отлично от лица, изображенного в оригинале паспорта;

- документы, содержащие сведения о регистрации 30 августа 2013 года заявления и.о. нотариуса М2 о факте обращения в нотариальную контору гражданина, предъявившего паспорт, имеющий признаки подделки; о возбуждении 8 сентября 2013 года уголовного дела по данному факту по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УК РФ;

- сведения о соединениях абонентских номеров и устройств, используемых А., С., Т. и К1, в том числе за рассматриваемый период времени с августа по октябрь 2013 года, которые содержатся на дисках, признанных по делу вещественными доказательствами.

Все собранные доказательства были оценены судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела по существу.

При это каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства при собирании и закреплении доказательств органами предварительного следствия допущено не было.

Совокупность исследованных судом доказательств, положенных в основу приговора, позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела и постановить обвинительный приговор в отношении К1, квалификация действий которого по ч. 4 ст. 159 УК РФ является правильной.

Вопреки доводам жалобы об обратном, судом достоверно установлено, что С., Т. и К1 действовали совместно, согласованно, последовательно и изначально слажено, в соответствии с отведенной каждому из них им ролью, при этом действия каждого были направлены на незаконное завладение квартирой, принадлежащей умершему Б. Данные обстоятельства подтверждаются подробными и последовательными показаниями А., положенными в основу приговора, в которых последняя подробно описывала роль каждого из осужденных в совершении преступления и сообщала подробные сведения о деталях произошедшего, а также показаниями свидетелей Н., Л., У., М2, К5, Р.; полученными в ходе расследования дела сведениями о соединениях абонентских номеров и устройств, используемых осужденными и другими соучастниками.

В связи с доводами осужденного, оспаривающего, что имело место хищение чужого имущества путем обмана, необходимо отметить, что по смыслу закона обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество, ответственность за которое предусмотрена статьей 159 УК РФ, может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности, к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

Как установлено судом, право собственности А. на квартиру было приобретено путем обмана, а после регистрации права собственности соучастники получили возможность пользоваться и распоряжаться квартирой по своему усмотрению.

Выводы суда о том, что в данном случае была похищена квартира умершего Б., основаны на имеющихся в деле доказательствах, положенных в основу приговора, как и то, что у осужденных возник умысел на хищение этой квартиры. При этом, для установления вины осужденных по делу лиц, как и для вывода о наличии в действиях каждого из них состава мошенничества не имеет существенного значения, кому именно данная квартира принадлежала в момент перехода права собственности на нее к А.

Стоимость квартиры, явившейся предметом преступления, при производстве по данному делу определена на основании сведений, содержащихся в отчете об определении рыночной стоимости недвижимого имущества, полученном по запросу следователя, согласно которому на период 25 сентября 2013 года стоимость данной квартиры составила 13351000 рублей.

Оснований не доверять содержащимся в отчете сведениям у суда первой инстанции не имелось, поскольку никакими доказательствами они не опровергнуты, стоимость квартиры определена на основании объективных данных, полученных из различных источников, лицами, обладающими

специальными познаниями в данной области. Содержащиеся в отчете сведения согласуются с показаниями А. о стоимости квартиры, которая была ею определена в результате анализа рынка недвижимости на тот период времени.

В силу примечания 4 к ст. 158 УК РФ особо крупным размером признается стоимость имущества, превышающая один миллион рублей, что имеет место быть в данном случае.

В связи с утверждением осужденного К1 о недоказанности факта изготовления им поддельных паспортов необходимо отметить, что отдельным постановлением суда в рамках рассмотрения данного дела прекращено уголовное преследование К1 по обвинению по ч. 1 ст. 322 УК РФ, ч. 1 ст. 322 УК РФ, ч. 3 ст. 327 УК РФ, ч. 3 ст. 327 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, а потому, как указал суд, исследованные по этим обстоятельствам доказательства стороны обвинения не были приведены в качестве доказательств, положенных в основу данного приговора.

Осуждение же К1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ является обоснованным и не имеется никаких оснований для иной правовой оценки его действий, вопреки доводам жалобы осужденного об обратном.

Уголовное дело в отношении К1 рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Наказание К1 назначено с учетом положений ст.ст. 6, 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности К1, его возраста, образования, семейного и имущественного положения, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление К1 и на условия жизни его семьи.

При этом отягчающим наказание обстоятельством обоснованно признано наличие рецидива преступлений в его действиях.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, суд пришел к выводу о необходимости назначения К1 наказания только в виде реального лишения свободы, при этом оснований для применения к нему положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усмотрел.

Окончательное наказание К1 было обоснованно назначено по правилам ст. 70 УК РФ.

По своему виду и размеру назначенное ему наказание является справедливым и соразмерным содеянному.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке судебная коллегия проверила законность, обоснованность и справедливость приговора по доводам апелляционных жалоб адвоката Б1 и осужденного К1, аналогичным изложенным в кассационной жалобе, в том числе, оспаривавших совершение хищения чужого имущества путем обмана, утверждавших об отсутствии в действиях К1 рецидива преступлений, о неверном определении ему вида исправительного учреждения для отбытия наказания.

В апелляционном определении, содержание которого соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ, приведены убедительные мотивы, по которым доводы защиты признаны несостоятельными, а приговор суда, в целом, оставлен без изменения.

Соглашаясь с законностью, обоснованностью и справедливостью состоявшихся в отношении К1 судебных решений, не усматриваю оснований для отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке, каковыми в силу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, поскольку таких нарушений судами первой и апелляционной инстанций по уголовному делу в отношении К1 допущено не было.

Учитывая изложенное, основания для передачи кассационной жалобы осужденного К1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отсутствуют.

Руководствуясь п.1 ч.2 ст.401.8 УПК РФ и ст.401.10 УПК РФ, судья

постановила:

в передаче кассационной жалобы осужденного К1 о пересмотре приговора Савеловского районного суда города Москвы от 16 августа 2016 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 24 ноября 2016 года для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - отказать.

 

Судья

Московского городского суда Э.Н. Бондаренко

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.