Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 октября 2010 г. N 41-В10-9 Дело об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страхового обеспечения по случаю потери кормильца направлено на новое рассмотрение, поскольку нетрудоспособные лица, находившиеся на иждивении застрахованного лица, не лишены права на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти данного лица от профессионального заболевания, если обеспечение по обязательному социальному страхованию предоставлялось при жизни самому застрахованному

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 октября 2010 г. N 41-В10-9


Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Корчашкиной Т.Е.,

судей Колычевой Г.А., Назаровой A.M.

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Пластун З.И. к Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала N 25 об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страхового обеспечения по случаю потери кормильца по надзорной жалобе Пластун З.И. на решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 23 сентября 2009 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 октября 2009 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Колычевой Г.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей, что состоявшиеся по делу судебные постановления подлежат отмене, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:

Пластун З.И. обратилась в суд с иском к Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала N 25 об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страхового обеспечения по случаю потери кормильца.

В обоснование иска Пластун З.И. ссылалась на то, что состояла в браке с Пластуном П.Д. с 27 марта 1955 года. Пластун П.Д. в период работы на угольных предприятиях ОАО "Ростовуголь" получил профессиональное заболевание, в результате которого был признан инвалидом 2 группы. 27 мая 2009 года её муж умер от имевшегося у него профессионального заболевания. При жизни он получал ежемесячные страховые выплаты в возмещение вреда здоровью в размере ... и пенсию - ... Доходы мужа были основным и постоянным источником её существования. На день смерти мужа она не работала, являлась пенсионером по возрасту и инвалидности, размер её пенсии составлял ..., что в 6,8 раза меньше доходов мужа.

Пластун З.И. считала, что в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" она, как нетрудоспособное лицо, состоявшее на иждивении умершего, имеет право на страховое обеспечение в виде ежемесячной страховой выплаты в сумме ... коп. ... с 1 июня 2009 года.

Ответчик заявленные требования не признал, указав, что смерть застрахованного лица, получавшего ежемесячные страховые выплаты в порядке обеспечения по страхованию в связи с профессиональным заболеванием, не является самостоятельным страховым случаем, влекущим право членов его семьи на получение данных выплат.

Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 23 сентября 2009 года в удовлетворении исковых требований Пластун З.И. отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 октября 2009 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В надзорной жалобе Пластун З.И. ставится вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2010 года Пластун З.И. отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции.

По запросу заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.

Определением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 25 августа 2010 года вышеуказанное определение судьи Верховного Суда Российской Федерации отменено, и надзорная жалоба Пластун З.И. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Стороны, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела в порядке надзора, в судебное заседание не явились и не сообщили о причине неявки, в связи с чем, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит её подлежащей удовлетворению, а состоявшиеся по делу судебные постановления подлежащими отмене по следующим основаниям.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения состоявшихся судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судами были допущены такого характера существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав истца.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, судебные инстанции руководствовались статьёй 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

По мнению судебных инстанций, истец Пластун З.И. не имеет права на получение страховых выплат. При этом указано на то, что согласно статье 7 Федерального закона право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, который был установлен в 1978 году при выявлении у Пластуна П.Д. профессионального заболевания. Повторно, в связи со смертью Пластуна П.Д., последовавшей 27 мая 2009 года, страховой случай произойти не мог. Право на получение страховых выплат было реализовано самим застрахованным, к его наследникам или иждивенцам право на получение этих сумм перейти не может в силу прямого указания на это в статье 383, части 2 статьи 1112 ГК РФ, не допускающих перехода к другим лицам неразрывно связанного с личностью кредитора (наследодателя) требования о возмещении вреда, причинённого жизни или здоровью. Право на получение страховых выплат нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего, имеют только тогда, когда страховым случаем является смерть застрахованного. Поскольку смерть застрахованного Пластуна П.Д. не являлась страховым случаем, факт нахождения Пластун З.И. на иждивении умершего супруга не имеет юридического значения для разрешения вопроса о праве на страховое обеспечение по случаю потери кормильца.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признает указанные выводы судебных инстанций неверными, основанными на неправильном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Правовое регулирование отношений по социальному обеспечению в случае болезни, вызванной воздействием неблагоприятных факторов при исполнении трудовых обязанностей, осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору.

В силу статьи 3 указанного Федерального закона обязанность страховщика осуществлять социальное обеспечение по данному виду страхования возникает при наступлении страхового случая, который определяется как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

Несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за её пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Таким образом, содержанием приведенных норм охватываются различные последствия, которые могут наступить как в результате несчастного случая на производстве, так и профессионального заболевания, представляющих собой, по сути, идентичные события, вызывающие повреждение здоровья или смерть и порождающие обязанность страховщика предоставить обеспечение по обязательному социальному страхованию. Различия в данном случае касаются только степени профессионального риска: несчастный случай на производстве представляет собой прямое воздействие на организм человека в виде увечья или иного повреждения здоровья, а профессиональное заболевание -опосредованное воздействие вредных производственных факторов на здоровье человека.

Согласно положениям статьи 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" субъектами права на обеспечение по данному виду обязательного социального страхования признаются как сами застрахованные, так и - в случае их смерти - иные указанные в Федеральном законе лица, в число которых включаются и нетрудоспособные иждивенцы, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания. При этом данное право нетрудоспособных иждивенцев является производным от их статуса иждивенца, а не от права застрахованного лица на обеспечение по обязательному социальному страхованию, которое он реализовал при жизни.

Как смерть застрахованного лица от несчастного случая на производстве, так и смерть от профессионального заболевания, обусловленные воздействием вредных производственных факторов на организм человека, должны порождать одинаковые правовые последствия для нетрудоспособных иждивенцев застрахованного лица и служить надлежащим основанием для возникновения у них права на получение ежемесячных страховых выплат.

Вышеприведенное толкование статьи 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в полной мере соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в Определении от 5 февраля 2009 года N 290-О-П "По жалобе гражданки Журбы Людмилы Николаевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которым постановлено признать, что оспариваемое заявительницей нормативное положение по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может рассматриваться как препятствующее признанию за нетрудоспособными лицами, находившимися на иждивении застрахованного лица, права на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти данного лица от профессионального заболевания, если обеспечение по обязательному социальному страхованию предоставлялось при жизни самому застрахованному.

Учитывая изложенное, а также то обстоятельство, что при рассмотрении спора судами допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в неверном толковании норм, регулирующих возникшие правоотношения, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов истицы, Судебная коллегия полагает возможным отменить состоявшиеся судебные постановления и передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила:

решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 23 сентября 2009 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 26 октября 2009 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.


Председательствующий

Т.Е. Корчашкина


Судьи

Г.А. Колычева



А.М. Назарова



Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 октября 2010 г. N 41-В10-9


Текст определения опубликован в Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации, июль 2011 г., N 7 (в извлечении)


Откройте нужный вам документ прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.