Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан в составе:
Председательствующего Ахмедовой С.М.
судей Ибрагимовой А.М., Абдуллаева М.К.
при секретаре Шуаеве Д.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Махачкале 30 апреля 2013 года апелляционную жалобу Абдулхакимовой Э.Ш. на решение Советского районного суда г. Махачкалы от 23 ноября 2012 года, которым постановлено:
"В удовлетворении исковых требований Абдулхакимовой Э. Ш. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Дагестан о взыскании компенсации морального вреда - отказать".
Заслушав доклад судьи Верховного суда Республики Дагестан Ибрагимовой А.М., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Абдулхакимова Э.Ш. обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства РФ по РД, о взыскании в её пользу с Министерства финансов РФ из средств Казны РФ компенсацию в размере N рублей в счёт возмещения морального вреда, причинённого незаконными действиями органов государственной власти.
В обоснование заявленных требований истица указала, что родилась "дата" в "адрес"-аул "адрес" "адрес". В возрасте N лет, в N году вместе с родителями незаконно и необоснованно, по национальному признаку была репрессирована и выслана в Киргизскую ССР, где находилась на учёте спецпоселения под административным надзором органов Внутренних дел СССР в течение 13 лет, до 1958 г.
На основании Закона РФ от 18.10.1991 года N 1761-1 она была реабилитирована.
Согласно Указу о снятии ограничений со спецпереселенцев от 16 июля 1956г. о сроках пребывания под надзором с ограничением прав и свобод, с 23 февраля 1944 г. по 16 июня 1956 года она находилась под надзором органов внутренних дел СССР.
Общий срок незаконного ограничения его прав и свобод составил 13 лет.
Исходя из положений Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий", статус жертвы политических репрессий и, как следствие этого, право на меры социальной поддержки приобретаются на основании справки о реабилитации. Таким образом, датой возникновения правоотношений следует считать 06 августа 1999 года - день выдачи справки о ее реабилитации.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года N5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров" даны следующие разъяснения:
"Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы".
Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней").
Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В настоящее время вступило в законную силу постановление Европейского суда по правам человека от 2 февраля 2010 года по делу "Клаус и Юрий Киладзе против Грузии" (жалоба "7975/06).
Европейский суд по правам человека, рассмотрев дело "Клаус и Юрий Киладзе против Грузии" в своем постановлении установил, что в грузинском законодательстве отсутствует нормативный акт о возмещении ущерба жертвам политических репрессий и, если этот пробел не будет устранен, то государство - ответчик, должно выплатить 4 тысячи евро в качестве возмещения за моральный вред каждому из заявителей.
В исковом заявлении Абдулхакимова Э.Ш. также указала, что на протяжении более 13-ти лет она и ее семья содержались в ужасных антисанитарных условиях, без элементарных возможностей устройства быта (отсутствие дома, постели, дров, угля, проживание в землянках) под жестким контролем органов внутренних дел, без права посещать родственников, выходить за пределы села. Они подвергались унижениям, как со стороны органов государственной власти, так и отдельных граждан, поскольку государство причислило их к числу изменников Родины.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе Абдулхакимова Э.Ш. просит отменить решение суда первой инстанции как незаконное и необоснованное, и вынести по делу новое решение об удовлетворении её исковых требований.
Считает, что, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд проигнорировал постановление Европейского Суда по правам человека от 02 февраля 2010 года по делу "Клаус и Юрий Киладзе против Грузии" (жалоба N 7975/06).
Частью 2 ст. 1 ГПК РФ установлен приоритет норм международного договора. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров" говорится о применении судами РФ Конвенции с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
При таких обстоятельствах отказ суда первой инстанции от применения положений Конвенции по данному делу просит признать ошибочным, поскольку это прямо противоречит ч. 4 ст. 15 Конституции РФ.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, как постановленного в соответствии с нормами материального и процессуального права.
Заявляя требования о компенсации морального вреда, истица Абдулхакимова Э.Ш. ссылалась на Закон Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий" от 18 октября 1991г. (действующий в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года ФЗ-122), из преамбулы которого следует, что его целью является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение посильной в настоящее время компенсации материального ущерба, закон направлен на реализацию приведенных конституционных положений в отношении лиц, пострадавших от необоснованных репрессий. Действительно, указанный закон принимался в целях компенсации материального и морального вреда, причиненного репрессированным лицам, однако используемые в этом законе специальные публично-правовые механизмы компенсации в отличие от гражданского законодательства не предусматривали разграничение форм возмещения материального и морального вреда.
Федеральным законом от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" из преамбулы Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 года "О реабилитации жертв политических репрессий" было исключено положение о компенсации морального ущерба (п. 1 ст. 6).
Несмотря на это истица ссылается на применение этого закона к возникшим спорным отношениям, ссылаясь на нарушение прав.
Между тем, проверяя конституционность указанных нормативно-правовых положений, Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, согласно которой истолкование норм закона как исключающих моральный вред из объема подлежащего возмещению ущерба не соответствовало бы статьям 52 и 53 Конституции Российской Федерации.
Такое регулирование, предполагающее возмещение, в том числе и неимущественного вреда, само по себе нельзя рассматривать как нарушение прав, вытекающих из статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации.
Указанный Закон Российской Федерации, исходя из цели обеспечения жертв политических репрессий посильной в настоящее время компенсацией материального и морального ущерба (преамбула) и в соответствии с задачами социального государства, закрепленными в статье 7 Конституции Российской Федерации, предусматривает комплекс мер, направленных на социальную защиту этой категории граждан.
Предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот (именуемых теперь мерами социальной поддержки) было направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищенности. По своей правовой природе эти льготы носили компенсаторный характер и в совокупности с иными предусмотренными Законо
