Кировским областным судом Комаров осужден по ч. 3 ст. 148, ч. 3 ст. 125.1, ч. 2 ст. 218 УК РСФСР, Кощеев - по ч. 3 ст. 148, ч. 3 ст. 125.1, ч. 2 ст. 145, ч. 2 ст. 218 УК РСФСР, Недбаевский - по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР, Храмцов - по ч. 2 ст. 126, ч. 3 ст. 148 УК РСФСР, Комаров оправдан по ст. 77 и ч. 2 ст. 145 УК РСФСР, а все остальные - по ст. 77 УК РСФСР. Все они признаны виновными в мошенничестве, Комаров и Кощеев, кроме того, - в похищении человека, в незаконном изготовлении и ношении холодного оружия, Кощеев также - в открытом похищении личного имущества граждан, а Храмцов, помимо мошенничества, - в незаконном лишении свободы потерпевшего Михеева.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила обвинительный приговор и дело направила на новое судебное рассмотрение.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ сослалась на то, что судом не соблюдена ст. 237 УПК РСФСР: подсудимым не было вручено приложение к обвинительному заключению со списком лиц, которые должны быть вызваны в судебное заседание. В связи с этим подсудимые были лишены возможности надлежащим образом подготовиться к судебному разбирательству, к осуществлению своей защиты.
По мнению Судебной коллегии Верховного Суда РФ, областным судом нарушен принцип гласности, поскольку дело было рассмотрено в закрытом судебном заседании, тогда как в силу ст. 18 УПК РСФСР это допускается по делам о преступлениях лиц, не достигших шестнадцатилетнего возраста, по делам о половых преступлениях, а также по другим делам в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц, а также когда это противоречит интересам охраны государственной тайны.
В силу ст. 246 УПК РСФСР разбирательство дела в судебном заседании суда первой инстанции происходит с участием подсудимого. Иное возможно лишь в исключительных случаях, если это не препятствует установлению истины по делу: когда подсудимый находится вне пределов страны и уклоняется от явки в суд, а также когда по делу о преступлении, за которое не может быть назначено наказание в виде лишения свободы. По данному делу подсудимые были удалены из зала судебного заседания при допросе потерпевшего Михеева, свидетеля К. и др.
Как сочла Судебная коллегия, областной суд также нарушил принцип непосредственности судебного разбирательства.
В протоколе судебного заседания отражено, что оглашались показания многих свидетелей для устранения неточностей, тогда как оглашение показаний, данных на предварительном следствии, возможно лишь при наличии существенных противоречий между показаниями на предварительном следствии и на суде.
В нарушение ст. 286 УПК РСФСР были оглашены показания отсутствующих в суде потерпевшего Крутихина, свидетелей К., М. и др., хотя суд не располагал какими-либо данными о причинах, исключавших возможность их явки в судебное заседание.
Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене кассационного определения и направлении дела на новое кассационное рассмотрение.
Президиум Верховного Суда РФ 26 сентября 1996 г. протест удовлетворил, указав следующее.
Как видно из материалов дела, осужденные обвинялись в бандитизме, квалифицированном вымогательстве, похищении людей, а также других тяжких насильственных преступлениях против личности.
В ходе предварительного следствия потерпевшим и ряду свидетелей со стороны обвиняемых высказывались угрозы расправой, в связи с чем по данному конкретному делу суд принял ряд мер безопасности, направленных на защиту потерпевших и свидетелей и на возможность рассмотрения дела по существу и установления по нему истины. Данные обстоятельства кассационной инстанцией были учтены не в полной мере, что повлияло на правильность принятого ею решения.
Ссылка в определении на нарушение судом ст. 237 УПК РСФСР сделана без надлежащего анализа следующих требований закона.
Так, согласно ст. 205 УПК РСФСР, обвинительное заключение является документом, где изложена суть обвинения и приведены доказательства, подтверждающие обвинение.
Что касается приложения к обвинительному заключению, названного в ст. 206 УПК РСФСР, то в законе не содержится специального указания о его вручении подсудимому. Более того, список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, составляется лишь с учетом мнения следователя и не является обязательным для суда, который в соответствии со ст. 228 УПК РСФСР сам решает вопрос о лицах, подлежащих вызову в судебное заседание.
На основании ст. 237 УПК РСФСР подсудимым своевременно вручена судом копия обвинительного заключения, что подтверждается расписками, имеющимися в деле. Об этом пояснили и подсудимые в судебном заседании. Каких-либо жалоб или ходатайств в связи с невручением им приложения к копии обвинительного заключения в судебном заседании не заявлено.
Как видно из текста обвинительного заключения, в нем приведены доказательства, содержатся показания всех свидетелей с указанием их фамилий.
Из постановления о назначении судебного разбирательства усматривается, что судья вызвал в суд для допроса всех лиц, указанных в приложении к списку обвинительного заключения, поэтому его невручение обвиняемым также не противоречит требованиям ст. 237 УПК РСФСР, предусматривающим вручение подсудимым постановления судьи, если изменен список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание.
В суде свидетели были допрошены, подсудимые ставили перед ними различные вопросы, заявляли ходатайства о вызове дополнительных свидетелей, т.е., как видно из материалов дела, подготовились к судебному заседанию и осуществлению своей защиты вместе с адвокатами.
Вывод Судебной коллегии Верховного Суда РФ о несоблюдении судом ст. 18 УПК РСФСР был сделан без учета норм Конституции Российской Федерации и международных пактов.
Как видно из постановления суда, дело назначено к слушанию в открытом судебном заседании. Однако в суд явились лишь двое потерпевших из 17, остальные не явились из-за угроз со стороны обвиняемых и их знакомых. Поэтому в интересах потерпевших и свидетелей и в целях обеспечения их безопасности судебная коллегия областного суда приняла решение о рассмотрении данного уголовного дела в закрытом судебном заседании.
Такое решение суда не противоречит Конституции Российской Федерации и международным пактам, поскольку оно обеспечивает возможность получения от потерпевших и свидетелей правдивых показаний в условиях отсутствия угрозы их жизни и здоровью, а также установления истины по делу.
Согласно ст. 52 Конституции Российской Федерации, права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. При этом из ст. 15 Конституции Российск
