Постановлением Тульской областной Думы от 22 мая 2003 г. N 44/1240 принят Закон Тульской области "Об административных правонарушениях в Тульской области", который вступил в силу 24 июня 2003 г. (далее - Закон области).
Прокурор Тульской области обратился в суд с заявлением о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению отдельных положений данного Закона.
Решением Тульского областного суда от 13 ноября 2003 г. прокурору отказано в удовлетворении требований о признании недействующими п. 2 ст. 8.8 оспариваемого Закона области (административная ответственность за повреждение, самовольную порубку деревьев и кустарников в населенных пунктах) и ст. 5.5 того же Закона (административная ответственность должностных лиц организаций на территории Тульской области за нарушение установленного порядка рассмотрения обращений граждан). В остальной части требования прокурора удовлетворены.
В кассационных жалобах Тульской областной Думы и губернатора Тульской области поставлен вопрос об отмене решения суда в части удовлетворения заявления прокурора.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 3 марта 2004 г. жалобы удовлетворила частично по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, прокурор просил признать противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению п. 1 ст. 1.2 (в части), ст. 3.2, подп. 2, 3, 5, 6, 7 п. 1 ст. 4.1, п. 3 ст. 4.1, ст.ст. 4.2, 5.4, 5.5, 6.1-6.7, 6.10, 7.1-7.3, 8.1, 8.3, 8.4, п. 2 ст. 8.8, п. 3 ст. 8.9, ст.ст. 10.1, 10.2 Закона Тульской области "Об административных правонарушениях в Тульской области".
В удовлетворении требований прокурору о признании недействующими ст. 5.5 и п. 2 ст. 8.8 оспариваемого Закона области отказано и решение суда в этой части никем не обжаловалось.
В ст. 6.4 Закона области установлена административная ответственность за организацию притонов для распития браги, самогона, другой алкогольной и спиртосодержащей продукции.
По мнению суда первой инстанции, в данном случае речь идет о предоставлении услуг, регулирование которых относится к гражданскому законодательству.
Между тем с таким выводом согласиться нельзя, поскольку названная норма касается не предоставления услуг и регламентации отношений в сфере оборота этилового спирта, а общественного порядка и общественной безопасности. Указанные действия не регулируются ст.ст. 20.20 и 20.21 КоАП РФ, и субъект Российской Федерации вправе был установить административную ответственность, так как этот вопрос находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в силу ст. 72 Конституции Российской Федерации.
В соответствии со ст.ст. 7.1 и 7.2 Закона области административная ответственность предусматривается за безбилетный проезд в городском и пригородном пассажирском транспорте общего пользования (автобусах, троллейбусах, трамваях); за провоз багажа (кроме ручной клади) в городском и пригородном пассажирском транспорте общего пользования без оплаты. Статья 7.3 того же Закона также устанавливает административную ответственность за другие действия, нарушающие порядок пользования городским и пригородным транспортом общего пользования.
Признавая приведенные статьи противоречащими федеральному законодательству, суд исходил из того, что в данном случае речь идет не об организации транспортного обслуживания населения, а об отношениях, вытекающих из договора перевозки, регулируемых федеральным законодательством (Гражданским кодексом Российской Федерации).
Однако этот вывод ошибочен, так как не оплачивая проезд и провоз багажа, гражданин в договорные отношения с перевозчиком не вступает и не обладает статусом пассажира.
Следовательно, у субъекта Российской Федерации имелись основания для установления административной ответственности за названные действия, поскольку сфера пользования местным транспортом не относится к компетенции Российской Федерации согласно ст. 71 Конституции Российской Федерации.
Что
