Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 марта 2005 г. N 67-о05-2
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в судебном заседании от 3 марта 2005 года уголовное дело по кассационным жалобам осужденной А. и адвоката С. на приговор Новосибирского областного суда от 29 ноября 2004 года, которым
А., родившаяся 30 января 1965 года в г. Бердске Новосибирской области, русская, с неоконченным высшим образованием; работавшая старшим следователем следственного отдела при УВД Октябрьского района г. Новосибирска, ранее не судимая, - осуждена:
по ч. 2 ст. 303 УК РФ к одному году шести месяцам лишения свободы с лишением права занимать должности представителя власти сроком на два года. На основании ст. 73 УК РФ постановлено основное наказание - в виде лишения свободы - считать условным с испытательным сроком в один год.
А. признана виновной и осуждена за фальсификацию доказательства по уголовному делу.
Преступление совершено ею в декабре 2003 года в г. Новосибирске при обстоятельствах, установленных приговором.
Заслушав доклад судьи К., мнение прокурора К., полагавшего приговор в отношении А. оставить без изменения, Судебная коллегия установила:
В кассационных жалобах:
осужденная А. просит отменить приговор и прекратить уголовное дело за отсутствием в ее действиях состава преступления, ссылаясь на отсутствие у нее умысла на фальсификацию протокола допроса свидетеля Ч. По ее мнению, ею в протоколе были изложены обстоятельства, которые соответствовали фактическим обстоятельствам при задержании Е., и у нее не было личной и иной заинтересованности в передаче дела прокурору и в суд. Как полагает А., нарушив требования ст.ст. 166 и 190 УПК РФ, она совершила служебный проступок, а не преступление. А. считает, что дело судом было рассмотрено с обвинительным уклоном;
адвокат С. в защиту интересов осужденной А. также просит отменить приговор и прекратить уголовное дело, ссылаясь на те же доводы, что и осужденная А. в своей жалобе.
В возражениях на жалобы государственный обвинитель Т. считает доводы жалоб несостоятельными, а приговор - законным и обоснованным.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор в отношении А. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.
Виновность А. в содеянном ею подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.
Из протокола следует, что с 18 часов 15 минут до 19 часов 10 декабря 2003 года старшим следователем А. в служебном кабинете N 17 РУВД был произведен допрос в качестве свидетеля Ч.
Из показаний подсудимой А. и свидетеля Ч. видно, что А. Ч. ни в указанное время, ни в какое другое - не допрашивался.
Как видно из протокола допроса потерпевшего (по другому уголовному делу) А., он допрашивался старшим следователем А. в служебном кабинете РУВД 10 декабря 2003 года с 18 часов 50 минут до 19 часов 45 минут, то есть с учетом данных протокола допроса свидетеля Ч. указанный свидетель и потерпевший по другому делу А. допрашивались в таком случае, следователем А. одновременно.
Из протокола допроса свидетеля Ч. следует, что он имеет среднетехническое образование и он холост. Свидетель Ч. пояснил, что эти данные не соответствуют действительности, он имеет высшее образование и он женат.
Судом проверялись доводы А. о том, что анкетные данные свидетеля Ч. ей по телефону сообщила заведующая отдела кадров отдельного батальона ДПС ГИБДД по имени "Зоя".
Из показаний свидетеля Б., ведавшей кадровой службой, следует, что к ней никогда по телефону не обращались по вопросу анкетных данных сотрудника ДПС, в том числе - Ч., и сообщение таких данных запрещено, она никому анкетных данных Ч. не сообщала.
Свидетель Е., заместитель командира батальона ДПС ГИБДД по кадровой и воспитательной работе, дал аналогичные показания.
Как указано следователем А. в протоколе допроса свидетеля Ч., Ч. пояснял, что после того, как был остановлен автомобиль, в котором находились Е. и В., к ним подошли два парня, у которых была похищена шапка. Парень, увидев находившуюся в салоне машины шапку, заявил, что именно ее снял с него парень и указал на Е. Е. подтвердил слова В., что он действительно на остановке "Воинская" сорвал с головы В. шапку.
Свидетель Ч. пояснял в судебном заседании, что его не только следователь А. не допрашивала, но Е. и не признавал, что он сорвал шапку с потерпевшего, такого Е. не говорил.
В судебном заседании 13 февраля 2004 года подсудимый Е. пояснял, что при задержании он отрицал, что сорвал с потерпевшего шапку.
Заключением судебно-почерковедческой экспертизы подтверждается, что протокол допроса свидетеля подписан не Ч., а иным лицом.
В составленное ею обвинительное заключение в отношении Е. следователем А. в перечень доказательств, подтверждающих обвинение Е., включен протокол допроса свидетеля Ч. с указанием в нем, что Е. подтвердил заявление В., сообщив, что действительно на остановке "Воинская" сорвал с головы В. шапку.
Согласно ст.ст. 166 и 190 УПК РФ протокол допроса составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания. Поскольку следователем А. допрос Ч. в качестве свидетеля не проводился, то А. не имела права вообще составлять протокол допроса свидетеля Ч., подписывать его, приобщать к материалам дела и приводить его в обвинительном заключении в качестве доказательства виновности Е. в грабеже.
Свидетель Н., принимавший участие в задержании Е. вместе с Ч., пояснял, что, когда стало известно о фальсификации, к нему на службу приехала А., представилась следователем и призналась, что протокол допроса Ч. в его отсутствие составила она и сама расписалась за Ч. в протоколе. Его она просила при вызове на допрос сказать, что вместо Ч. он (Н.) приезжал на допрос, а она не выяснив его анкетных данных, допросила его и он (Н.) подписал протокол за Ч.
Подсудимая А. не отрицала высказывания Н. указанной просьбы.
Совокупность указанных доказательств позволила суду прийти к правильному выводу не только о фальсификации А. протокола допроса ею Ч. в качестве свидетеля, но и о наличии у нее умысла на фальсификацию этого протокола.
Ссылка в жалобах на то, что фактические данные, указанные А. в протоколе допроса Ч., соответствовали фактическим обстоятельствам, не влияет на правильность выводов суда, поскольку весь протокол является фа
