Апелляционное определение СК по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа от 12 апреля 2016 г. по делу N 33-2645/2016

Апелляционное определение СК по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа от 12 апреля 2016 г. по делу N 33-2645/2016

 

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Максименко И.В.,

судей Мироненко М.И., Антонова Д.А.,

при секретаре (ФИО)3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску (ФИО)1 к обществу с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" о взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам (ФИО)1, общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" на решение Октябрьского районного суда (адрес) - Югры от (дата), которым постановлено:

"Исковые требования (ФИО)1 к обществу с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" о взыскании дополнительного единовременного пособия удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" в пользу (ФИО)1 денежные средства в размере:

- "данные изъяты" копеек в счет возмещения утраченного дохода в связи с профессиональным заболеванием за период с (дата) по (дата);

- "данные изъяты" - в счет уплаты компенсации морального вреда в связи с наступившим профессиональным заболеванием.

Всего взыскать "данные изъяты" копеек.

В остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" в доход бюджета (адрес) - Югры денежные средства в размере "данные изъяты" копеек в счет уплаты государственной пошлины".

Заслушав доклад судьи Мироненко М.И., объяснения представителя истца (ФИО)4, поддержавшей апелляционную жалобу истца и возражавшей относительно доводов апелляционной жалобы ответчика, объяснения представителей ответчика (ФИО)5, (ФИО)6, поддержавших апелляционную жалобу ответчика и возражавших относительно доводов апелляционной жалобы истца, заключение прокурора (ФИО)7, указавшей на отсутствие оснований для пересмотра судебного решения, судебная коллегия

установила:

(ФИО)1 обратился в суд с иском о взыскании утраченного заработка и компенсации морального вреда, мотивируя требования следующим. Истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком с (дата) по (дата). (дата) истцу установлено профессиональное заболевание. (дата) составлен акт о случае профессионального заболевания. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов в период работы у ответчика. Стаж работы истца в условиях воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов составляет 21 год 7 месяцев 29 дней. В результате освидетельствования (дата) истцу установлена 3 группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно. Поскольку истец был признан негодным к работе по основной специальности, ответчик принял решение о переводе истца на работу крановщиком, которая также подпадала под вредные производственные факторы и была причиной систематического лечения в условиях амбулатории и стационара. По мнению истца, указанные обстоятельства являются основанием для взыскания с ответчика утраченного заработка с (дата) (даты увольнения) по (дата) (дату обращения в Фонд социального страхования). На основании изложенного, с учетом увеличения размера исковых требований, истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере "данные изъяты" рублей, денежные средства в размере "данные изъяты" рублей в счет возмещения утраченного заработка за период с (дата) по (дата).

Истец (ФИО)1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ООО " "данные изъяты"" (ФИО)5 исковые требования не признал.

Помощник прокурора (адрес) (ФИО)8 в судебном заседании полагал исковые требования подлежащими удовлетворению.

Суд постановилизложенное выше решение.

В апелляционной жалобе истец (ФИО)1 выражает несогласие с постановленным по делу решением суда в части отказа в возмещении утраченного заработка за период с (дата) по (дата), просит решение суда в указанной части отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований в полном размере. В обоснование жалобы указал, что датой наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие хронического профессионального заболевания является дата установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности. Соответственно, возмещение вреда здоровью в период, в течение которого проводится работа по расследованию причин профессионального заболевания, а также медико-социальная экспертиза, в рамках которой устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности, при подтверждении, что в указанный период работник имел соответствующее заболевание, подлежит на общих основаниях. То обстоятельство, что ответчику на дату увольнения истца не было известно о наличии у него профессионального заболевания, не освобождает ответчика от ответственности по возмещению вреда, поскольку, как установлено материалами дела, вред здоровью истца причинен до прекращения трудовых отношений. Кроме того, истец считает, что размер компенсации морального вреда, определенный судом в размере "данные изъяты" рублей, не является суммой, соразмерной степени вины причинителя вреда.

В апелляционной жалобе ответчик ООО " "данные изъяты"" выражает несогласие с постановленным по делу решением суда, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. В обоснование жалобы указывает, что суд применил не подлежащие применению нормы материального права, а именно ст. 227 Трудового кодекса РФ, ст. 1072 Гражданского кодекса РФ, ст. 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ. Суд не применил подлежащую применению в данном случае норму ст. 1086 Гражданского кодекса РФ для расчета возмещения утраченного заработка. Не оспаривая профессиональный характер заболевания истца, ответчик полагает, что суд неправильно определилработодателя в качестве лица, обязанного уплатить истцу утраченный заработок, поскольку взыскиваемая сумма утраченного заработка является видом страхового возмещения, обязанность по выплате которого лежит на страховщике. Кроме того, ответчиком указывается на то, что судом не установлено, какие виды страхового возмещения выплачивались истцу через Фонд социального страхования. Решение суда о взыскании утраченного заработка принято на основании справки серии МСЭ-2006 (номер) от (дата), которая является недействительной, так как она выдана без акта о профессиональном заболевании. Решение суда в части взыскания суммы компенсации морального вреда принято без учета обстоятельства, имеющего значение для дела, а именно отсутствия вины ответчика.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Руководствуясь статьями 327, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционные жалобы, возражения на них, в отсутствие истца.

Проверив правильность решения в пределах доводов жалоб, судебная коллегия находит решение суда подлежащим изменению в части размера утраченного заработка, а также суммы государственной пошлины, взысканных судом с ответчика, в остальной части оснований для пересмотра судебного акта не усматривает.

Как следует из материалов дела, истец (ФИО)1 в период с (дата) по (дата) состоял в трудовых отношениях с ответчиком, длительное время работал по профессии механизатор комплексной бригады.

(дата) истцу установлена третья группа инвалидности сроком на один год по общему заболеванию (вертеброгенная правосторонняя радикулопатия L5-S1). (дата) истцу повторно установлена третья группа инвалидности сроком на один год.

(дата) (ФИО)1 уволен по собственному желанию в связи с уходом на пенсию.

(дата) истцу установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно.

(дата) истцу установлен заключительный диагноз профессионального заболевания. Согласно медицинскому заключению ФБУН " "данные изъяты"" Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от (дата), извещению об установлении заключительного диагноза от (дата) диагноз заболевания истца: радикулопатия L5-S1 больше справа смешанной этиологии (профессиональной и вертеброгенной).

(дата) ответчиком создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве.

(дата) истцу установлена третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию.

В январе 2013 года истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 60 %, однако впоследствии справка серии МСЭ-2006 (номер) от (дата), выданная Бюро (номер) - филиала ФКУ ГБ МСЭ по ХМАО-Югре, признана недействительной в связи с отсутствием акта о случае профессионального заболевания, что явилось основанием для отказа истцу в предоставлении обеспечения по обязательному социальному страхованию.

Акт о случае профессионального заболевания составлен работодателем (дата) после обращения истца в суд и вынесения судебного решения от (дата), обязавшего ответчика завершить расследование несчастного случая на производстве.

Заключением судебной медицинской экспертизы от (дата) (номер) подтверждена прямая причинно-следственная связь возникновения и развития заболевания истца с его профессиональной деятельностью у ответчика.

Удовлетворяя требование истца о взыскании утраченного заработка за период с (дата) по (дата), суд первой инстанции исходил из того, что у ответчика отсутствовали объективные причины, препятствующие своевременному составлению акта о случае профессионального заболевания, в связи с чем, неблагоприятные последствия, связанные с неисполнением работодателем возложенных на него обязанностей, не должны сказываться на работнике. Отказывая во взыскании утраченного заработка за период с (дата) (с момента увольнения) по (дата) (даты установления степени утраты профессиональной трудоспособности), суд сослался на то, что работодатель не знал о наличии у истца профессионального заболевания, указав, что положения главы 59 Гражданского кодекса РФ к рассматриваемым правоотношениям не подлежат применению.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции, разрешая спор, пришел к правильному выводу о возложении обязанности по возмещению утраченного заработка на работодателя, однако не может согласиться с указанным судом периодом взыскания и ссылкой суда на неприменение к рассматриваемым отношениям норм гражданского права, регулирующих ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда.

Общие гарантии возмещения вреда (утраченного заработка) пострадавшему в результате профессионального заболевания установлены в Гражданском кодексе Российской Федерации, который содержит нормы, регулирующие данные отношения. Статьи 1072, 1084 и 1085 Гражданского кодекса РФ указывают на то, что вред (утраченный заработок) подлежит возмещению в полном объеме, а не в какой-либо части.

Вместе с тем, с учетом повышенной социальной значимости жизни и здоровья граждан, специальным федеральным законодательством предусмотрен механизм обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имеющего своей целью установление дополнительных социальных и правовых гарантий для лиц, пострадавших в результате несчастных случаев при исполнении трудовых обязанностей.

При этом Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" устанавливает обязательный уровень возмещения вреда, но не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда в размерах, превышающих обеспечение по страхованию. В связи с этим застрахованное лицо вправе требовать в судебном порядке возмещения вреда в части, превышающей обеспечение по страхованию, на основании общих норм гражданского законодательства.

Судом установлено, доводами жалобы ответчика не опровергнуто, что работодатель не предпринял надлежащих и своевременных мер к расследованию случая профессионального заболевания, выявленного у истца в августе 2012 года, нарушил разумные сроки по составлению акта о профессиональном заболевании, данные обстоятельства сделали невозможным своевременное получение истцом страхового возмещения через Фонд социального страхования.

Поскольку по общему правилу обязанность по возмещению вреда возникает в момент причинения вреда (возникновения правоотношения по возмещению вреда), то вывод суда первой инстанции о взыскании с ответчика утраченного заработка лишь с (дата) представляется судебной коллегии ошибочным.

При причинении вреда в случае профессионального заболевания основным документом для определения даты причинения вреда является акт расследования профессионального заболевания, составляемый работодателем. Однако при указанных выше обстоятельствах, когда по вине работодателя акт составлен спустя 1 год 5 месяцев после установления заключительного диагноза профессионального заболевания, представляется обоснованным считать днем причинения вреда дату выявления профессионального заболевания (установления заключительного диагноза профессионального заболевания), и именно с этой даты исчислять утраченный заработок, подлежащий возмещению истцу в соответствии с ч. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса РФ.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения судебного решения в части размера возмещения вреда (взыскиваемой суммы утраченного заработка).

При этом судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы ответчика о неправильном исчислении судом размера утраченного заработка. Поскольку истец на момент причинения вреда не работал, то в силу п. 4 ст. 1086 Гражданского кодекса РФ сумма возмещения подлежала исчислению из размера его заработка, полученного до увольнения (дата). В данном случае размер заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья, должен быть определен исходя из общей суммы заработка (дохода) истца за период с июня 2010 года по май 2011 года (включительно). Суд же, возмещая утраченный истцом заработок, принял во внимание расчет, представленный истцом, за основу которого взят заработок истца за период с февраля 2009 года по январь 2010 года.

Учитывая, что ответчиком не оспаривается степень утраты профессиональной трудоспособности истца, установленная заключением судебной медико-социальной экспертизы от (дата), за период с (дата) по (дата) в пользу истца подлежит взысканию сумма утраченного заработка в размере "данные изъяты" коп., исходя из следующего расчета: 574 дня ? средний дневной заработок "данные изъяты" ? 60% степень утраты профессиональной трудоспособности). При определении размера среднего дневного заработка работника судебная коллегия принимает расчет, предоставленный в материалы дела ответчиком, поскольку он отвечает требованиям ст. 1086 Гражданского кодекса РФ, подтвержден сведениями о фактически выплаченной истцу заработной плате 12 месяцев, предшествовавших увольнению (2 том л.д. 90-96).

Довод истца о возложении на ответчика обязанности по возмещению вреда в виде утраченного заработка с даты увольнения судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку с февраля 2010 года истец имел инвалидность по общему заболеванию, профессиональное заболевание впервые установлено ему только в августе 2012 года. Вывод экспертного заключения от (дата) (номер) о возникновении у истца профессионального заболевания в период с 1988 года по 2010 год противоречит сведениям об установлении истцу в феврале 2010 года, марте 2011 года, феврале 2012 года инвалидности по общему заболеванию.

Судебная коллегия не принимает доводы апелляционных жалоб о несогласии с суммой компенсации морального вреда.

Учитывая, что моральный вред не предполагает возможности его точного выражения в определенной денежной сумме, в то же время, предусмотренная законом компенсация морального вреда должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания, судебная коллегия соглашается с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда, находя его разумным и справедливым, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и требованиям ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, соответствующим степени тяжести переносимых истцом нравственных и физических страданий. Оснований для переоценки вывода суда с учетом обстоятельств дела не имеется.

Доводы жалобы ответчика о принятии работодателем всех возможных мер по обеспечению надлежащих условий труда не влияют на результат рассмотрения дела, поскольку указанное обстоятельство само по себе не может служить основанием для освобождения ответчика от обязанности возместить вред, причиненный работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, поскольку достоверно установлено, что причиной развития профзаболеваний истца явилось длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов в период работы у ответчика.

Ссылка ответчика на то, что решение суда основано на недопустимом доказательстве (на справке серии МСЭ-2006 (номер) от (дата)), является необоснованной, поскольку выводы суда о степени утраты профессиональной трудоспособности основаны на заключении судебной медико-социальной экспертизы от (дата).

Довод апелляционной жалобы ответчика относительно того, что судом не были запрошены сведения о перечислении истцу страховых выплат, судебная коллегия не принимает, поскольку при рассмотрении спора ответчиком не оспаривался факт неполучения истцом страхового возмещения через Фонд социального страхования до (дата). Учитывая принципы состязательности и процессуального равноправия сторон в гражданском процессе, суд не обязан был по своей инициативе запрашивать указанные сведения.

Таким образом, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены (изменения) решения суда по вышеуказанным доводам апелляционных жалоб не имеется.

С учетом увеличения размера взысканной с ответчика денежной суммы судебная коллегия полагает необходимым изменить решение в части размера государственной пошлины, взысканной с общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" в доход бюджета (адрес) - Югры, увеличив ее сумму до "данные изъяты" рублей.

Руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Октябрьского районного суда (адрес) от (дата) изменить в части размера возмещения утраченного заработка в связи с профессиональным заболеванием, увеличив сумму взысканного с ответчика утраченного заработка в связи с профессиональным заболеванием до "данные изъяты" копеек (за период с (дата) по (дата)), а общую сумму взыскания (с учетом суммы компенсации морального вреда) до "данные изъяты" ( "данные изъяты" копеек.

Изменить решение в части взыскания судебных расходов, взысканных с общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" в доход бюджета (адрес) - Югры в счет уплаты государственной пошлины, увеличив сумму до "данные изъяты" копеек.

В остальной части решение Октябрьского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от (дата) оставить без изменения, апелляционные жалобы (ФИО)1, общества с ограниченной ответственностью " "данные изъяты"" - без удовлетворения.

 

Председательствующий: Максименко И.В.

 

Судьи: Мироненко М.И.

Антонов Д.А.

 

Вы можете открыть актуальную версию документа прямо сейчас.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.