Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе
председательствующего
Грибиненко Н.Н.
судей
Медведкиной В.А.
Мелешко Н.В.
при секретаре
Шаповаловой Н.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Макаровой А. А.ы на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19 января 2016 года по делу N 2-158/16 по иску Макаровой А. А.ы к Ларичеву А. А.овичу и Усачеву Н. В. о признании сделок недействительными, по иску Усачева Н. В. к Макаровой А. А.е о признании утратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета.
Заслушав доклад судьи Грибиненко Н.Н., выслушав объяснения Макаровой А.А. и ее представителя Бабич Ю.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя Усачева Н.В. - Романовой А.А., возражавшей против удовлетворения жалобы, объяснения представителя Ларичева А.А. - Степаненко Д.С., возражавшей против удовлетворения жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Макарова А.А. обратилась в суд с иском к Ларичеву А.А., Усачеву Н.В., указывая, что она являлась собственником 12/31 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, "адрес". Между ней и ООО "Финрезерв", созданным Ларичевым А.А. для легализации его деятельности по предоставлению гражданам займов под проценты под залог имущества, 25 декабря 2012 года был заключен договор займа денежных средств, в соответствии с которым истцу были предоставлены денежные средства в размере 200 000 руб. под 84 % годовых на срок до "дата". Договор заключался в помещении под вывеской ООО "Финрезерв". В обеспечение исполнения истцом договора займа между ней и ООО "Финрезерв" 25 декабря 2012 года был заключен договор ипотеки в отношении спорных долей. В марте 2014 года между Макаровой А.А. и ООО "Финрезерв" подписано дополнительное соглашение к договору займа от 25 декабря 2012 года, в соответствии с которым срок действия договора продлен, сумма займа увеличена на 100 000 руб. В октябре 2014 года Макарова А.А. утратила возможность выплачивать денежные средства по договору займа и обратилась к Ларичеву А.А. с просьбой найти решение сложившейся ситуации. При личной встрече Ларичев А.А. объяснил истцу, что способом исполнения условий договора займа может стать реализация Макаровой А.А. спорного жилого помещения, предложил ей передать жилое помещение в его собственность, пояснил, что жилое помещение он продаст по рыночной цене, часть денежных средств будет зачтена в счет исполнения обязательств по договору займа, а оставшаяся часть будет возвращена истцу. В какую форму Ларичев А.А. облек их соглашение Макарова А.А. не знала, 26 ноября 2014 года истцом в офисе Ларичева А.А. был подписан ряд документов, которые подписывались стопкой путем отгибании листов наполовину. Макарова А.А. полагала, что между ней и Ларичевым А.А. было заключено соглашение об отступном, поскольку намерения на заключение договора дарения она не имела, какие документы подписывала - не видела, рассчитывала на то, что после получения денег, оставшихся от продажи жилья и погашения долга, вложит их в строительство квартиры-студии. Макарова А.А. ссылалась на то, что заключенный между ней и Ларичевым А.А. является притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть соглашение об отступном, при этом, соглашение об отступном также не достигнуто ввиду того, что не составлено в форме единого документа и не определены его существенные условия, оно не могло быть заключено между лицами, не являющимися стороной сделки, по которой прекращаются обязательства предоставлением отступного. В связи с изложенным, с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Макарова А.А. просила признать недействительным договор дарения 12/31 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, "адрес", заключенный "дата" между ней и Ларичевым А.А., признать недействительным договор дарения спорных долей, заключенный "дата" между Ларичевым А.А. и Усачевым Н.В.
Усачев Н.В. обратился в суд с иском к Макаровой А.А. о признании ее утратившей право пользования жилым помещением по адресу: Санкт-Петербург, "адрес", со снятием с регистрационного учета, указав, что является собственником указанного жилого помещения, право пользования квартирой, принадлежавшее Макаровой А.А., прекратилось при переходе права собственности на квартиру к другому лицу, однако до настоящего времени Макарова А.А. остается зарегистрированной в квартире по месту жительства, что нарушает права Усачева Н.А.
Определением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 23 сентября 2015 года вышеуказанные дела объединены в одно производство.
Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 19 января 2016 года в удовлетворении исковых требований Макаровой А.А. отказано.
Исковые требования Усачева Н.В. удовлетворены.
Суд признал Макарову А.А. прекратившей право пользования 12/31 долями в праве общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: Санкт-Петербург, "адрес", с последующим снятием с регистрационного учета.
Суд взыскал с Макаровой А.А. в пользу Усачева Н.В. судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 300 руб.
Макарова А.А. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных ею требований.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что Макаровой А.А. на праве собственности принадлежало 12/32 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, "адрес".
На основании заключенного 25 декабря 2012 года между Макаровой А.А. и ООО "Финрезерв" договора ипотеки N 6/12-И указанные доли переданы в залог в обеспечение обязательств Макаровой А.А. по договору займа N 6/12-И от 25 декабря 2012 года, заключенного между Макаровой А.А. и ООО "Финрезерв".
Между Макаровой А.А. и Ларичевым А.А. 26 ноября 2014 года заключен договор дарения вышеуказанных долей в праве собственности на квартиру.
Ларичев А.А. 4 марта 2015 года на основании договора дарения произвел отчуждение спорных долей Усачеву Н.В., право собственности которого зарегистрировано "дата".
Обращаясь в суд с иском, Макарова А.А. ссылалась на то, что договор дарения от 26 ноября 2014 года являлся притворной сделкой, прикрывавшей соглашение об отступном к договору займа N 6/12-И от 25 декабря 2012 года.
Разрешая по существу заявленные Макаровой А.А. исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 166, 167, 170, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации и, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку договор дарения являлся безвозмездным и при его заключении воля сторон была направлена на переход права собственности к Ларичеву В.В., доказательств же того, что договор дарения прикрывал другую сделку, заключался на возмездных условиях, противоречащих правовой природе договора дарения, не представлено.
Согласно части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные частью 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (часть 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно части статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения между Макаровой А.А. и Ларичевым А.А.) притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Как усматривается из материалов дела, договор дарения долей квартиры от 26 ноября 2014 года, заключенный между Макаровой А.А. и Ларичевым А.А., подписан Макаровой А.А. собственноручно, что не оспаривалось ею в ходе рассмотрения дела.В пункте 1 договора имеется указание на наличие обременения в виде ипотеки, залогодержатель ООО "Финрезерв", договор ипотеки N 6/12-И от 25 декабря 2012 года.
Согласно пункту 6 договора дарения, данный договор является актом приема передачи.
Макарова А.А. 26 ноября 2014 года выдала доверенность на представление ее интересов в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу по вопросу регистрации прекращения ее права собственности на 12/31 долей квартиры, удостоверенной Т., временно исполняющей обязанности нотариуса Н.
Заявление в Управление Росреестра по Санкт-Петербургу о государственной регистрации перехода права собственности на доли квартиры подано 27 ноября 2014 года представителем Макаровой А.А.
Право собственности Ларичева А.А. на доли квартиры зарегистрировано в установленном законом порядке 15 декабря 2014 года.
Исходя из вышеизложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что воля Макаровой А.А. на совершение сделки дарения была ясно выражена при ее совершении, одаряемый принял имущество в дар, сделка была совершена при соблюдении баланса взаимных прав и обязанностей сторон, которые они исполнили надлежащим образом.
Макаровой А.А. не представлено доказательств того, что ее воля при заключении сделки была направлена на заключение иной сделки, связанной со встречным исполнением каких-либо обязательств со стороны одаряемого.
Так, материалами дела подтверждается наличие заемных отношений между Макаровой А.А. и ООО "Финрезерв" на основании договора займа N 6/12.
Между тем, оспариваемый договор дарения заключен между Макаровой А.А. и Ларичевым А.А. как физическим лицом, право собственности на доли квартиры было зарегистрировано именно за ним.
Заключая договор дарения долей квартиры с Усачевым Н.В., Ларичев В.В. реализовал свое правомочие как собственника, распорядившись принадлежащим ему имуществом путем его безвозмездного отчуждения.
Договор дарения долей квартиры от 4 марта 2015 года, заключенный между Ларичевым А.А. и Усачевым Н.В., содержит указание на наличие ограничения в виде ипотеки, а также на то, что от ООО "Финрезерв" получено заявление с подтверждением надлежащего исполнения обязательств, вытекающих из договора займа N 6/12 от 25 декабря 2012 года.
При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, по мнению судебной коллегии, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных Макаровой А.А. исковых требований о признании сделки недействительной.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с решением суда в данной части не могут повлечь его отмену, поскольку по существу они направлены на иную оценку исследованных судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает, и основаны на неверном толковании норм материального права.
Обстоятельств, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного решения в указанной части, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.
Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда иму
