Судебная коллегия по гражданским делам Курского областного суда в составе:
председательствующего: Мухаметзяновой Н.И.,
судей: Леонтьевой И.В., Чупрыной С.Н.,
при секретаре: Павловой Ю.О.,
с участием прокурора Казимировой Е.Ю.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Кулаковой Т.И. к ПАО "МРСК Центра" о взыскании компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве,
поступившее по апелляционной жалобе ответчика ПАО "МРСК Центра" на решение Ленинского районного суда г. Курска от 17 марта 2016 года, которым постановлено:
"Взыскать с ПАО "МРСК Центра" в пользу Кулаковой Т.И. компенсацию морального вреда в размере " ... "".
Заслушав доклад судьи Чупрыной С.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Опимах Т.А., действуя в интересах Кулаковой Т.И., обратился в суд с вышеназванным иском, мотивируя требования тем, что супруг Кулаковой Т.И. - К., работавший электромонтёром по эксплуатации распределительных сетей в филиале ОАО "МРСК Центра" - "Курскэнерго" (далее Филиал), ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 50 мин. при работе по демонтажу высоковольтной линии электропередач по "адрес" при опускании люльки автогидроподъемника упал из нее с высоты 2,5 метра, в результате чего получил телесные повреждения, не совместимые с жизнью - сочетанную травму тела, от которой скончался в больнице в тот же день. Одним из виновных должностных лиц работодателя признан мастер по эксплуатации РС "адрес" РЭС Филиала Б.., допустивший нарушение правил охраны труда. Кулаковой Т.И. причинен моральный вред, который она оценивает в размере " ... ". и просит взыскать с ответчика, выразившийся в нравственных страданиях в связи с потерей супруга.
Суд постановилвышеуказанное решение о частичном удовлетворении иска.
В апелляционной жалобе ответчик ПАО "МРСК Центра" просит решение суда отменить в части, вынести новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, мотивируя тем, что Государственной инспекцией труда в Курской области установлены грубейшие нарушения, допущенные самим К. при производстве работ. Ссылаясь на ст. 1083 ГК РФ, указывает, что именно грубая неосторожность потерпевшего и тотальное нарушение им инструкций послужили причиной происшествия, что свидетельствует о причинении потерпевшим вреда самому себе и служит основанием для отказа в возмещении вреда.
Дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие истца Кулаковой Т.И., надлежащим образом извещённой о времени и месте слушания дела, не заявившей об отложении судебного заседания, доверившей представлять свои интересы Опимаху Т.А.
Поскольку истцом и прокурором решение суда не обжаловано, на основании ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе ответчика ПАО "МРСК Центра".
Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчика ПАО "МРСК Центра" - Гордеева Э.В., поддержавшего апелляционную жалобу, возражения представителя истца Кулаковой Т.И. - Опимаха Т.А., прокурора Казимирову Е.Ю., полагавшую оставить решение без изменения, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражений истца и помощника прокурора ЦАО г. Курска, судебная коллегия оснований для отмены либо изменения решения суда не усматривает.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Судом установлено, что К. с ДД.ММ.ГГГГ состоял с ОАО "МРСК Центра" - "Курскэнерго" (в настоящее время филиал ПАО "МРСК Центра" - "Курскэнерго") в трудовых отношениях - работал электромонтёром по эксплуатации распределительных сетей в "адрес" РЭС.
ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с планом работы "адрес" РЭС бригада в составе: руководителя и производителя работ мастера Б. - допускающий, электромонтёра по эксплуатации РС К. - он же рабочий люльки, электромонтёра по эксплуатации РС А. - он же машинист АГП, выполняла работы по демонтажу провода недействующего участка ВЛ-10 кВ N от ПС 110/35/10 кВ "адрес" в пролёте опор N 2/3 - 2/12.
При выполнении работ в пролёте опор 2/7 - 2/8, двигаясь к опоре 2/12, К.., находившийся в люльке гидроподъёмника и обрезавший провода анкера, после того, как ножницами по металлу обрезал провод верхней фазы, а затем провод нижней фазы, отстегнул фал монтёрского пояса от специальной проушины в середине люльки и откусил третий дальний от люльки провод, после чего дал команду на опускание. При опускании люльки К.., не пристёгнутому фалом монтёрского пояса, примерно на высоте 4,5 м стало плохо, он наклонился на левый бок, начал биться в конвульсиях, из его рта пошла пена. При судорожных биениях ногами он попал между верхней и средней перекладинами люльки и свесился головой вниз. На высоте примерно 2,5 м при биении ногами он оттолкнулся ногой от борта люльки и выпал из неё, упав на спину. Бригадой скорой медицинской помощи К. был доставлен в "адрес" ЦРБ, где в 11 час. 35 мин. скончался.
Смерть К. наступила от тупой механической сочетанной травмы тела (головы и грудной клетки), что следует из комиссионного медицинского заключения ОБУЗ "Бюро СМЭ" комитета здравоохранения Курской области от ДД.ММ.ГГГГ. N.
Согласно акту N формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ., причинами несчастного случая на производстве явились неприменение К. средств индивидуальной защиты и отсутствие контроля за ходом и выполнением работ со стороны должностного лица - мастера по эксплуатации РС "адрес" РЭС Б.
Истец Кулакова Т.И. приходилась супругой К.., с которым состояла в браке с ДД.ММ.ГГГГ
Факт и обстоятельства несчастного случая на производстве, а также причина смерти К. подтверждены материалами дела и ответчиком ПАО "МРСК Центра" не оспорены.
Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, к которым, в частности, относится жизнь и здоровье (ст. 150 ГК РФ), а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В случае, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий; указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда; наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда,
Разрешая спор и удовлетворяя частично требование истца о компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался нормами Гражданского кодекса РФ, регулирующими правоотношения, связанные с возмещением вреда, в том числе причинённого источником повышенной опасности (ст. 151, 1100, п. 2 ст. 1101, п. 1 ст. 1079 ГК РФ), и исходил из того, что источником повышенной опасности является любая деятельность, осуществление которой создаёт повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и др
