Апелляционное определение Московского городского суда от 18 мая 2017 г. N 33-18950/17 судья суда первой инстанции: Королева О.М. гражданское дело N 33-18950/2017
Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Климовой С.В. и судей Пильгановой В.М., Нестеровой Е.Б., с участием прокурора Храмовой О.П., при секретаре Ильиной Д.М., заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Пильгановой В.М. дело по апелляционной жалобе Ф.ой М.. Г..ы и апелляционному представлению Савеловского межрайонного прокурора г. Москвы на решение Савеловского районного суда г. Москвы от 25 ноября 2016 года, которым постановлено:
В удовлетворении исковых требований Ф.ой М.. Г..ы к ФГБОУ ВПО "Московской государственный университет пищевых производств" о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании денежной компенсации морального вреда - отказать,
установила:
Истец Ф.а М.Г. обратилась в Савеловский районный суд г. Москвы с иском к ответчику ФГБОУ ВПО "МГУПП" о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 124205 руб.
Требования мотивированы тем, что она на основании трудового договора N _ от 01 сентября 2015 года работала доцентом к.н. кафедры "Современные торговые операции Север-Юг" (в последующем кафедра "Общий и таможенный менеджмент"). Данный трудовой договор был заключен на срок с 01 сентября 2015 года до прохождения конкурса. Приказом N _ от 31 августа 2016 года она была уволена 31 августа 2016 года по п. 3 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неизбранием на должность. Полагала увольнение незаконным, поскольку на момент проведения конкурса была беременна, о чем известила работодателя, подала заявление о продлении срока трудового договора до окончания беременности, а поэтому при увольнении ответчиком нарушены требования ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации. Кроме того, ответчик не известил ее за 3 дня об истечении срока трудового договора.
Суд постановил приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Ф.а М.Г. ставит вопрос об отмене решения и принятии нового решения.
В апелляционном представлении Савеловский межрайонный прокурор г. Москвы просит решение суда отменить и принять по делу новое решение о признании приказа об увольнении незаконным, изменении даты увольнения истца на 25 ноября 2016 года, взыскании с ответчика в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного постановления в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истца Ушакова В.Г., прокурора Храмовой О.П., поддержавшей доводы апелляционного представления, возражения представителя ответчика Ш. О.А., обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такие основания для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы и апелляционного представления, изученным материалам дела, - имеются.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Ф.а М.Г. на основании трудового договора N _ от 01 сентября 2015 года приказом от 03 сентября 2015 года N _ к с 01 сентября 2015 года была принята на работу на должность доцента, к.н. до прохождения конкурса на основании ст. 322 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 6-11, 26-31, 32-33).
29 июня 2016 года у ответчика был объявлен конкурс на замещение должностей профессорско-преподавательского состава, в том числе должности доцента на 1 ставку на кафедре "Общий и таможенный менеджмент".
Истец на основании ее заявления была представлена к участию в конкурсе на замещение данной должности (л.д.44-45).
19 августа 2016 года Ф.ой М.Г. было направлено уведомление об окончании срока действия трудового договора в случае ее неизбрания.
На заседании Ученого совета от 30 августа 2016 года по результатам процедуры голосования Ф.а М.Г. не была избрана на должность доцента кафедры "Общий и таможенный менеджмент", (л.д. 55), в связи с чем приказом от 31 августа 2016 года N _ трудовой договор был прекращен, а Ф.а М.Г. уволена 31 августа 2016 года по п. 3 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неизбранием на должность (л.д.56).
От ознакомления с приказом об увольнении под роспись истец отказалась, в связи о чем был составлен соответствующий акт.
В этот же день истец направила работодателю по почте заявление о продление срока трудового договора до окончания беременности с приложением выписки из медицинской карты, которое было получено ответчиком 03 сентября 2016 года (л.д.12-15, 62-64).
Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при увольнении ответчиком не были нарушены положения ч. 2 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации, при этом исходил из того, что истец в день увольнения не сообщила работодателю о беременности.
С данным выводом суда не может согласиться судебная коллегия, поскольку при рассмотрении спора об увольнении юридически значимые по делу обстоятельства судом установлены неправильно, выводы суда основаны на неправильном применении норм материального права к спорным отношениям сторон.
Так, в соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.
Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 года N 19-П и от 15 марта 2005 г. N 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор подлежит прекращению по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон в связи с неизбранием на должность.
Как указывалось выше трудовой договор с Ф.ой М.Г. был заключен до прохождения конкурса. По смыслу ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющий случаи заключения срочного трудового договора, а также ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющей особенности заключения и прекращения трудового договора с работниками организаций, осуществляющих образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, трудовой договор, заключенный с истцом, является срочным.
Учитывая, что Ф.а М.Г. была принята до прохождения конкурса на основании ст. 322 Трудового кодекса Российской Федерации, то соответственно срок окончания договора считается оконченным при неизбрании на должность.
В соответствии со ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
Из искового заявления истца и объяснений, данных ее представителем в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции, следует, что о беременности истец поставила работодателя в известность в конце мая 2016 года, а 31 августа 2016 года в отделе кадров отказались принимать от нее заявление о продлении трудовых отношений до окончания беременности и выписку из медицинской карты о беременности, в связи с чем она их направила ответчику по почте (л.д. 104-105).
Согласно выписке из медицинской карты от 31 августа 2016 года Ф.а М.Г. состояла на учете по беременности с 26 апреля 2016 года (л.д. 63-64), на период с 12 сентября 2016 года до 29 января 2017 года ей выдан листок нетрудоспособности N _ (л.д. 69).
Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" учитывая, что увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе. В силу пункта 27 данного постановления с учетом положений части второй статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор не может быть расторгнут до окончания беременности. Состояние беременности подтверждается медицинской справкой, предоставляемой женщиной по запросу работодателя, но не чаще чем один раз в три месяца.
Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в г. Женеве 15 июня 2000 года) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).
Отказав в удовлетворении иска Ф.ой М.Г., суд не применил приведенные выше нормы Конституции Российской Федерации, международного и трудового права, а также не учел разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, что привело к лишению истца гарантий, установленных для беременных женщин при расторжении трудового договора, и ограничению конституционного принципа свободы труда, поскольку прекращение трудового договора по соглашению сторон в период беременности истца безусловно влечет для нее такой материальный ущерб, который в значительной степени лишает ее и ее ребенка того, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком.
По смыслу подлежащих применению к спорным отношениям сторон норм материального права, гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины, предусмотренная частью первой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежит применению и к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора п. 3 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неизбранием на должность.
При таком положении судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда не отвечает требованиям ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой решение суда должно быть законным и обоснованным, в связи с чем состоявшееся по делу судебное решение подлежит отмене с принятием нового решения.
Поскольку увольнение Ф.ой М.Г. 31 августа 2016 года в связи с неизбранием на должность произведено в период ее беременности, то приказ от 31 августа 2016 года N .. об увольнении в части даты увольнения 31 августа 2016 года следует признать незаконным, между тем, требования о восстановлении на работе удовлетворению не подлежат, так как срок договора к моменту рассмотрения дела в суде истек.
Из представленной суду апелляционной инстанции копии свидетельства о рождении, следует, что у Ф.ой М.Г. 25 ноября 2016 года родился сын Ушаков Тео.
С учетом положений частей 6, 7 статьи 394 Трудового Кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми в случае признания увольнения незаконным, а срок трудового договора на время рассмотрения спора судом истек, то суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить формулировку основания увольнения на увольнение по истечении срока трудового договора, и изменить дату увольнения на дату вынесения решения судом.
Так как истец не была избрана по конкурсу, то с учетом окончания беременности 25 ноября 2016 года рождением у нее сына, дата увольнения должна быть изменена на 25 ноября 2016 года без изменения основания увольнения, поскольку формул
