Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 11 января 2007 г. N 67-О06-94
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в судебном заседании от 11 января 2007 г. кассационное представление прокурора П. на постановление Новосибирского областного суда от 5 октября 2006 г., которым принудительные меры медицинского характера в отношении
Г.В.В., родившегося 11 февраля 1969 года в г. Татарске Новосибирской области, со средне-техническим образованием, не судимого, освобожденного от уголовной ответственности за совершение общественно-опасного деяния, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ, с назначением принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением;
в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа - отменены.
Заслушав доклад судьи К.В.С., выступление прокурора К.В.В., поддержавшего кассационное представление по изложенным в нем основаниям и просившего об отмене постановления суда, судебная коллегия установила:
В кассационном представлении прокурор П. просит отменить постановление суда и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на противоречивость выводов суда; на несоответствие выводов, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам. Считает, что в отношении Г.В.В. следовало изменить принудительную меру медицинского характера и направить его на амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра по месту жительства.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям:
Согласно ч. 6 ст. 445 УПК РФ суд прекращает или изменяет применение принудительной меры медицинского характера в случае такого психического состояния лица, при котором отпадает необходимость в назначении иной принудительной меры медицинского характера.
Отменяя применение принудительной меры медицинского характера в отношении Г.В.В., суд не в полной мере выполнил требования указанного закона. Часть 6 ст. 445 УПК РФ, а также - ст. 102 УК РФ не предусматривают возможности принятия судом решения в виде отмены принудительной меры медицинского характера.
В соответствии со ст. 98 УК РФ целями применения принудительных мер медицинского характера являются излечение лиц, указанных в ч. 1 ст. 97 настоящего Кодекса, или улучшение их психического состояния, а также предупреждение совершения ими новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса.
Как следует из определения Новосибирского областного суда от 2 октября 2000 г., общественно-опасное деяние совершено Г.В.В. при следующих обстоятельствах:
В 17-ом часу 11 марта 2000 г. Г.В.В. вместе с четырехлетней дочерью Нелли находился в своей квартире. Вследствие нахождения во временном болезненном расстройстве психической деятельности в форме острого полиморфного психотического расстройства с симптомами шизофрении, Г.В.В., полагая, что жизни и здоровью дочери что-то угрожает, с целью избавить ее от мучений, решил совершить ее убийство. В этих целях он взял в кухне нож и, заведомо зная о беспомощном состоянии малолетнего ребенка, нанес дочери Нелли четыре удара ножом в область грудной клетки, от чего наступила ее смерть.
В психиатрический стационар специализированного типа с интенсивным наблюдением Г.В.В. поступил 11 декабря 2000 г.
Постановлением Судиславского районного суда Костромской области от 28 апреля 2003 г. принудительные меры медицинского характера в отношении Г.В.В. были изменены - ему было назначено принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа, куда он поступил 16 мая 2003 г.
Постановлением Новосибирского областного суда от 9 августа 2004 г. было удовлетворено представление главного врача Государственной Новосибирской областной психиатрической больницы N 5 и принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения Г.В.В. в психиатрическом стационаре общего типа были продлены на шесть месяцев.
Постановлениями того же суда от 28 марта 2005 г. и от 9 ноября 2005 г. были удовлетворены аналогичные представления главного врача больницы и принудительная мера медицинского характера того же вида была продлена Г.В.В. на шесть месяцев каждый раз.
8 февраля 2006 г. главный врач больницы обратился в суд с представлением об отмене принудительного лечения Г.В.В. в условиях психиатрического стационара общего типа, но постановлением того же суда от 3 марта 2006 г. в удовлетворении представления было отказано и принудительная мера медицинского характера того же вида была продлена на шесть месяцев.
Аналогичное представление было внесено исполнявшим обязанности главного врача больницы и 8 августа 2006 г. и судом были отменены принудительные меры медицинского характера в отношении Г.В.В.
Из акта судебно-психиатрического освидетельствования Г.В.В. от 8 августа 2006 г. следует, что излечения Г.В.В. не произошло, он обнаруживает признаки хронического психического расстройства в форме "параноидной шизофрении с эпизодическим типом течения, состояние стойкой стационарной медикаментозной ремиссии".
Как указано в постановлении суда от 5 октября 2006 г., Г.В.В., кроме того, обнаруживает признаки "галлюцинаторно-параноидного синдрома". В акте освидетельствования от 8 августа 2006 г. данного синдрома не указано.
Наличие признаков галлюцинаторно-параноидного синдрома у Г.В.В. указывалось в актах судебно-психиатрических освидетельствований от 31 мая 2004 г., 2 февраля 2005 г. и 8 сентября 2005 г.
Как видно из протокола судебного заседания, суд не выяснял причин отсутствия в акте освидетельствования от 8 августа 2006 г. признаков галлюцинаторно-параноидного синдрома у Г.В.В., излечен он от него, либо это связано с какими-либо другими обстоятельствами.
В судебном заседании представитель больницы, врач-докладчик при освидетельствовании Г.В.В., К.М.А. поясняла, что болезненное состояние, приведшее Г.В.В. к деликту, было спровоцировано его длительной алкоголизацией. Примерно год назад, находясь на принудительном лечении в психиатрическом стационаре, Г.В.В. употреблял спиртное, хотя употреблять спиртное в больнице запрещено.
Данному обстоятельству оценки в постановлении суда не дано.
Врач-психиатр К.М.А. также поясняла в судебном заседании, что у Г.В.В., находящегося в их больнице в течение трех лет, в первые два года были галлюцинации, депрессия, замкнутость и при соответствующем лечении эти явления не купировались. Отсутствие обострения состояния, ремиссия у Г.В.В. наблюдается в течение последнего года. В данное время и сам Г.В.В. и его родственники (она говорила об этом с матерью Г.В.В.) понимают, что необходимо продолжать медикаментозное лечение Г.В.В. В случае выписки Г.В.В. из стационара они сделают ему инъекцию пролонгированного действия и каждые шесть месяцев Г.В.В. будут назначаться пролонгаторы, которые дадут стойкую медикаментозную ремиссию. Матери Г.В.В. они объяснили симптоматику начала обострения: нарушение сна, прекращение общения, замкнутость, депрессивные состояния.
Приведенные показания врача-психиатра К.М.А. свидетельствуют, что необходимость дальнейшего медикаментозного лечения Г.В.В. не отпала, он нуждается в продолжении такого лечения и не исключена возможность обострения заболевания Г.В.В. (согласно акта освидетельствования, у Г.В.В. параноидная шизофрения с эпизодическим типом течения).
Отменяя при таких данных принудительные меры медицинского характера, суд не дал этим данным надлежащей оценки и не исследовал вопроса о том, имеет ли право Г.В.В. отказаться от добровольного предлагаемого лечения, прекратить его согласно Федерального закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании".
Как поясняла врач-психиатр К.М.А., Г.В.В. находится в стационаре уже 6 лет, а они (психиатры) "не приветствуют такие длительные сроки нахождения в стационаре".
Указывая в постановлении о том, что выводы комиссии психиатров не вызывают у суда сомнений в их правильности, суд в постановлении не дал оценки приведенному заявлению врача-психиатра К.М.А. с учетом необходимости соблюдения баланса между интересами больного и обеспечения безопасности общества, дос
