Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Д.В. Белоусова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:
1. Гражданин Д.В. Белоусов, приговором суда признанный виновным в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 228 УК Российской Федерации, в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность названного положения уголовного закона, которое, по его мнению, не соответствует статьям 2, 15 (части 1 и 2), 17, 18, 45, 46 (часть 1), 28, 29 (части 1, 3 и 4), 55 (части 2 и 3), 56 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Д.В. Белоусовым материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.
В силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.
Конвенция о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года перечисляет деяния, совершаемые умышленно, за которые в национальных законодательствах государств-участников должна предусматриваться уголовная ответственность. К таким деяниям пункт 1 статьи 3 Конвенции относит, в том числе, производство, изготовление, экстрагирование, приготовление, предложение, предложение с целью продажи, распространение, продажу, поставку на любых условиях, посредничество, переправку, транзитную переправку, транспортировку, импорт или экспорт любого наркотического средства или любого психотропного вещества в нарушение положений данной Конвенции с поправками, Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года или Конвенции о психотропных веществах 1971 года (подпункт "i" подпункта "а"); культивирование опийного мака, кокаинового куста или растения каннабис в целях производства наркотических средств в нарушение положений данной Конвенции с поправками и Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года (подпункт "i" подпункта "а"); хранение или покупку любого наркотического средства или психотропного вещества для целей любого из видов деятельности, перечисленных в подпункте "i" (подпункт "iii" подпункта "а"); организацию, руководство или финансирование любых правонарушений, перечисленных в подпунктах "i", "ii", "iii" или "iv" (подпункт "v" подпункта "а").
Соответственно, Российская Федерация, ратифицировав Единую конвенцию о наркотических средствах 1961 года (с поправками, внесенными в нее Протоколом 1972 года) и Конвенцию о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года, тем самым взяла на себя обязательство принимать в пределах своей территории специальные меры контроля за оборотом этих средств и веществ, в том числе вводить законодательные и административные меры, какие могут быть необходимы для того, чтобы выполнять принятые на себя обязательства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 8
