Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Сухаревой С.И.
судей
Петровой Ю.Ю. и Кудасовой Т.А.
при секретаре
Кривуля А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 10 апреля 2018 года гражданское дело N 2-343/17 по апелляционной жалобе Вилкаса Кирилла Вадимовича на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2017 года по иску Вилкаса Кирилла Вадимовича к Головкину Вадиму Геннадьевичу о признании завещания от "дата" года недействительным.
Заслушав доклад судьи Сухаревой С.И, объяснения Вилкаса К.В. и его представителя Бачурина Д.В. по доверенности от "дата" и ордера N... от "дата", Головкина В.Г, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
Вилкас К.В. обратился в суд с иском к Головкину В.Г. о признании завещания, удостоверенного "дата", недействительным.
В обоснование иска указывал, что "дата" умерла "... " которая является матерью истца. "дата" "... " оставила завещание, удостоверенное нотариусом "... " временно исполняющей обязанности нотариуса Санкт-Петербурга "... " При этом, завещание ввиду болезни "... " подписать не могла, по ее просьбе было подписано "... " Согласно указанному завещанию, "... " оставила свое имущество, а именно трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: "адрес", Головкину В.Г. Родственных отношений между умершей "... " и Головкиным В.Г. не имеется; ответчик зарегистрирован в спорной квартире с 2000 года, являлся супругом внучки наследодателя. На момент составления завещания "... " не могла понимать значения своих действий и руководить ими в виду своего заболевания, более того "... " являлась инвалидом "... ", что подтверждается справкой МСЭ. Инсульты были у "... " в "дата" году, "дата" году, в начале "дата" года.
Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2017 года в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе поставлен вопрос об отмене решения суда, как незаконного.
В судебное заседание третьи лица не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия рассмотрела дела в их отсутствие на основании п.3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия, изучив материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, полагает, что оснований для отмены решения суда не имеется.
Разрешая заявленные исковые требования, руководствуясь положениями ст. 177, 1111, 1118, 1119, 1124, 1125, 1130 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", оценив представленные сторонами доказательства, в том числе показания свидетелей, нотариуса, медицинские документы, сообщение судебной комплексной психиатрической экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.
Материалами дела подтверждено, что "дата" "... " составила завещание, в котором из имущества, которое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, где бы оно ни находилось и в чем бы оно не заключалось, квартиру "адрес" завещала Головкину В.Г. Завещание удостоверено временно исполняющей обязанности нотариуса "... " - "... " по месту жительства "... " Завещание подписано рукоприкладчиком "... "
Из объяснений сторон, показаний свидетелей и выписки из истории болезни N... следует, что вследствие перенесенного в "дата" году заболевания, у "... " не функционировала правая рука и нога, левая рука функционировала очень плохо, что ограничивало ее возможности на подписание завещания лично.
При этом судом установлено, что при подписании завещания от имени наследодателя "... " не имела ограничений по подписанию завещания в силу ст. 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации, что было установлено нотариусом до составления и подписания завещания. Доказательств заинтересованности "... " составлении завещания истцом не представлено.
Из текста оспариваемого завещания усматривается, что текст завещания записан нотариусом со слов "... " оглашен вслух нотариусом до его подписания и одобрен завещателем. По просьбе завещателя в присутствии нотариуса и без присутствия иных посторонних лиц, завещание подписано "... ", личность "... " установлена, ее данные отражены в завещании. Завещание удостоверено нотариусом и зачитано вслух. Содержание ст. 1149 ГК РФ разъяснено. Указанные обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей "... ". и "... "
Каких-либо доказательств нарушения порядка составления завещания, подписания или удостоверения завещания, а также наличия недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя, судом первой инстанции не установлено, а истцом в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.
Доводы апелляционной жалобы о том, что "... " на момент составления завещания не могла говорить, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку из медицинской документации, относящейся к периоду составления завещания, не следует, что "... " вследствие перенесенного заболевания утратила способность говорить. Указания о какой-либо форме речевого расстройства и необходимости занятий для восстановления речи в медицинских документах не имеется.
Для проверки доводов истца о психическом состоянии "... " на момент составления завещания, судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела была назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено СПб ГКУЗ "Городская психиатрическая больница N6".
Согласно сообщению, комиссия экспертов, пришла к заключению что "... " в течение длительного времени страдала "... ". В связи с отсутствием какой-либо медицинской документации, свидетельствующей о динамике и глубине психических нарушений у "... ". в периоды с "дата" года по "дата" год, ответить на экспертные вопросы относительно в том числе, могла ли "... " соответственно характеру заболевания понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания завещания от "дата" не представляется возможным.
В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (? 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд первой инстанции, оценив в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся доказательства, в том числе и сообщение экспертов, показания свидетелей, в соответствии с которым каких-либо психических нарушений до, в момент, и после составления завещания, способных повлиять на свободу волеизъявления, у "... " не выявлено, с учетом фактических обстоятельств дела, пришел к обоснованному выводу о том, что наследодатель по своему психическому состоянию при составлении и подписании завещания понимала значение своих действий и могла руководить ими, в связи с чем отказал истцу в иске о признании оспариваемого завещания недействительным.
При этом суд первой инстанции также правильно пришел к выводу о том, что истцом пропущен срок для обращения в суд, что в силу ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для отказа в иске.
В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд.
В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Согласно ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истцом оспаривается завещание по основаниям ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к правильному выводу
