Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:
председательствующего судьи Погореловой Е.А.
судей краевого суда Чайкиной Е.В, Подшиваловой Н.С.
при секретаре Засухиной Т.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Чите 23 мая 2019 года гражданское дело по иску Тараева М. С. к ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" о признании акта, уведомления, приказа неправомерными, о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за задержку выплаты заработной платы, взыскании стимулирующей выплаты, компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе Тараева М.С.
на решение Черновского районного суда г. Читы от 27 декабря 2018 года, которым постановлено:
Исковые требования Тараева М. С. к ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" о признании акта, уведомления, приказа неправомерными, о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за задержку выплаты заработной платы, взыскании стимулирующей выплаты, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать незаконным увольнение Тараева М. С. с должности санитара травматологического отделения ГУЗ "Городская клиническая больница N 1".
Восстановить Тараева М. С. в должности санитара травматологического отделения ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" с "Дата".
Взыскать с ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" в пользу Тараева М. С. заработную плату за время вынужденного прогула за период со 02.10.2018 по 27.12.2018 в размере 59 962,29 рублей.
Взыскать с ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" в пользу Тараева М. С. компенсацию за задержку выплаты заработной платы со 02.10.2018 по 27.12.2018 в размере 899,41 рубль.
Взыскать с ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" в пользу Тараева М. С. компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.
В удовлетворении исковых требований о признании акта от 19.09.2018 об отказе от дачи письменного объяснения, уведомления от 19.09.2018 о расторжении трудового договора, приказа N 733 от 19.09.2018 "О дисциплинарном взыскании" неправомерными; взыскании стимулирующей выплаты в размере 4 037,50 рублей, отказать.
Заслушав доклад судьи Погореловой Е.А, судебная коллегия
установила:
Тараев М.С. обратился в суд с данными исковыми требованиями, ссылаясь на то, что с 01 июля 2018 года по 24 сентября 2018 года он работал в ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" в должности санитара травматологического отделения. Приказом N-к/7 от "Дата" был уволен по ч. 1 ст. 71 ТК РФ в связи с неудовлетворительным результатом испытания. 02 октября 2018 года ему на руки была выдана трудовая книжка и вручена копия данного приказа. Полагает, что данное увольнение произведено с нарушением норм трудового законодательства, поскольку в момент увольнения он находился на больничном. Он также не согласен с оценкой ответчиком результатов испытательного срока, которые нашли свое отражение в докладных записках, акте, и с вынесенным приказом об объявлении ему дисциплинарного взыскания в виде выговора. С учетом уточнений просил признать акт об отказе от дачи письменного объяснения и уведомление о расторжении трудового договора в связи с неудовлетворительным результатом испытания от 19 сентября 2018 года неправомерными и отменить; признать приказ N 733 от 19 сентября 2018 года "О дисциплинарном взыскании" неправомерным и отменить его; признать увольнение незаконным и восстановить его на работе в ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" с "Дата"; взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула, т.е. за период с 25 сентября 2018 года по день вынесения решения судом; взыскать с ответчика в его пользу недоначисленную и невыплаченную заработную плату в виде стимулирующей выплаты в размере 4037, 50 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 173,82 рубля, компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей.
Судом постановлено вышеназванное решение.
С решением суда не согласился Тараев М.С, в апелляционной жалобе просит приказ N 733 от 19 сентября 2018 года о наложении дисциплинарного взыскания признать неправомерным и отменить его, взыскать с ответчика в его пользу недоначисленную и невыплаченную заработную плату в виде стимулирующей выплаты в размере 4 037,50 рублей, довзыскать дополнительно средний заработок за все время вынужденного прогула за период с 25 сентября по 27 декабря 2018 г..в размере 35 570,85 рублей, взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей. Указывает, что судом не учтено, что ответчиком была нарушена процедура привлечения его к дисциплинарной ответственности, а именно ответчик составил акт об отказе от дачи письменного объяснения в день его истребования, то есть 19 сентября 2018 года, хотя законодателем предусмотрено для этого 2 рабочих дня. В тот же день был издан приказ "О дисциплинарном взыскании", с которым его под роспись не ознакомили и уволили "Дата" в период нахождения на больничном. Также судом не учтено, что ответчиком ему не правомерно снижено количество баллов по стимулирующим выплатам за август 2018 года с 10 баллов до 5 баллов. Вместе с тем, стимулирующая выплата (10 баллов) в августе 2018 года составила 9500 рублей, 5 баллов составляет 4750 рублей, фактически ему было начислено и выплачено 2375 рублей. Однако в августе 2018 года на него не было ни одной докладной записки, должностные обязанности он выполнял своевременно и добросовестно, трудовую дисциплину не нарушал. В ходе разрешения его требований о взыскании среднего заработка судом необоснованно занижена сумма предъявленных им денежных требований. Суд неверно рассчитал количество дней вынужденного прогула, подлежащих оплате. Период вынужденного прогула, в котором он был незаконно лишен возможности трудиться по вине ответчика составил 94 календарных дня, по решению суда ему оплачено только 59 дней.
При этом суд необоснованно исходил из того, что период вынужденного прогула исчисляется в рабочих днях. Вместе с тем, суд не принял во внимание, что ГУЗ "ГКБ N 1" - это крупная, многопрофильная медицинская организация, оказывающая экстренную, неотложную и плановую медицинскую помощь взрослому населению, как в стационарных, так и в амбулаторных условиях. Учитывая, что он работал в травматологии, где лежат пациенты с различными видами травм и повреждений, которые поступают ежедневно по скорой помощи или по самообращению, он бы мог работать в режиме больницы, то есть в будни, в выходные и праздничные дни. Считает, что за 94 календарных дня его средний заработок составил 95 533,14 рубля. Выражает несогласие с количеством рабочих дней, за которые судом взыскана заработная плата, считает, что в этом случае подлежит взысканию заработная плата не за 59 дней, а за 67 дней в сумме 68 092,77 рублей. Суд не посчитал временем вынужденного прогула период нахождения на больничном листе с 25 сентября 2018 г..по 01 октября 2018 г, указав, что денежные средства выплачены ему за этот период в полном объеме. Вместе с тем суд не принял во внимание п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", который предусматривает, что при определении размера оплаты вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула. Также выражает несогласие с взысканной суммой компенсации морального вреда, считая её заниженной.
Полагает, что судом не дана оценка тому, что своими неправомерными действиями ответчик нарушил его трудовые и конституционные права, такие как право трудиться, право на достойную жизнь и на оплату труда. В связи с незаконным увольнением он испытывал моральные страдания, что нанесло вред его психическому здоровью. Кроме того, в связи с дискриминирующей формулировкой увольнения он не мог устроиться на новое место работы, в результате понес как моральный, так и материальный вред. Судом не соблюден принцип разумности и справедливости, поскольку компенсация в размере 3000 рублей является унизительной для человека, права которого нарушены бесчисленное количество раз.
В дополнении к апелляционной жалобе Тараев М.С. указывает на то, что судом не были определены обстоятельства, касающиеся критериев оценки эффективности его деятельности. Указывает, что он необоснованно был лишен стимулирующей выплаты в августе 2018 г. по причине снятия у него 5 баллов. Со снятием баллов он не согласен, поскольку факты ненадлежащего выполнения им трудовой дисциплины, содержащиеся в докладных записках старшей медицинской сестры травматологического отделения Елепиной И.А, какими-либо доказательствами не подтверждены. Поскольку нарушений трудовой дисциплины он ни в августе, ни в сентябре 2018 г. он не совершал, служебные обязанности выполнял надлежащим образом, оснований для лишения его части стимулирующей выплаты у работодателя не имелось. Кроме того, обратил внимание на то, что с ответчика не взыскана государственная пошлина.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ГУЗ "Краевая клиническая больница N 1" Чижова Н.В. просит оставить решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Тараева М.С. без изменения, апелляционную жалобу Тараева М.С. - без удовлетворения. Решение суда в части восстановления Тараева М.С. на работе, взыскании суммы среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда просит отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в этой части. Выражает несогласие в решением суда в части размера взысканного судом в пользу истца заработка за время вынужденного прогула, полагая, что подлежащая взысканию сумма должна быть уменьшена на сумму НДФЛ. Также полагает, что судом неправильно исчислена компенсация за задержку выплаты заработной платы.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, возражений на жалобу, выслушав истца Тараева М.С, поддержавшего доводы жалобы, представителей ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" Чижову Н.В, Култышеву О.Н, Дмитриеву В.С, возражавших против удовлетворения жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, Тараев М.С. 1 июля 2018 г. был принят по трудовому договору в ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" в травматологическое отделение на должность санитара с испытательным сроком три месяца.
Приказом главного врача ГУЗ "Городской клинической больницы N 1" от 19 сентября 2018г. N на Тараева М.С. за систематическое нарушение трудовой дисциплины и недобросовестное выполнение своих должностных обязанностей было наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
"Дата" истец был уволен по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неудовлетворительным результатом испытания (л.д. 26).
Обращаясь в суд, истец указал на незаконность своего увольнения, поскольку оснований для признания его не выдержавшим испытание у работодателя не имелось, претензий по качеству выполняемых им трудовых обязанностей работодатель к нему не предъявлял, уволил его в период нахождения на листе нетрудоспособности. Кроме того, истец был не согласен с наложенным на него дисциплинарным взысканием в виде выговора, полагая, что работодателем был нарушен установленный законом порядок его применения.
Разрешая спор и удовлетворяя требования истца в части восстановления его на работе, руководствуясь положениями ст. ст. 70, 71 Трудового кодекса РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд первой инстанции исходил из того, что работодателем был нарушен порядок расторжения трудового договора.
Решение суда в указанной части не обжалуется, в связи с чем, предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.
Разрешая исковые требования о восстановлении на работе, суд первой инстанции обоснованно со ссылкой на ст. 394 ТК РФ пришел к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула.
Между тем, суд, определяя период вынужденного прогула, подлежащий оплате, исключил из него временную нетрудоспособность истца.
С указанным судебная коллегия согласиться не может, и доводы жалобы истца в этой части заслуживают внимания по следующим основаниям.
Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.
При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).
Согласно п. 5 Положения об особенностях исчисления средней заработной платы в редакции Постановления Правительства РФ от 11 ноября 2009 года N 916 при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности.
Согласно абз. 4 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.
Из материалов дела усматривается, что период временной нетрудоспособности истца с 25 сентября по 1 октября 2018 г. (листок нетрудоспособности N, т.е. временная нетрудоспособность имела место в период вынужденного прогула.
Таким образом, при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок не подлежит уменьшению на сумму пособия по временной нетрудоспособности, выплаченного истцу в пределах срока оплачиваемого прогула. Следовательно, у суда не имелось оснований для исключения из расчета периода с 25 сентября по 1 октября 2018 г.
Таким образом, согласно представленного ответчиком расчета среднего заработка (л.д. 101), среднедневная заработная плата истца составляла 1016,31 рубль. Отсюда за период с 25 сентября 2018 по 27 декабря 2018г. истцу причитается 68092,77 рублей (1016,31 рубль * 67 дни вынужденного прогула). В связи с чем решение суда в указанной части подлежит изменению.
Доводы жалобы о том, что период вынужденного прогула, который должен быть оплачен ответчиком, составляет 94 календарных дня, отклоняется судебной коллегией.
Работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу (статья 234 ТК РФ).
Согласно части 2 статьи 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
В силу пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.
В соответствии со статьей 139 ТК РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Согласно пункту 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922 (далее - Положение), при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок. Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период. Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.
Таким образом, заработная плата подлежит начислению за рабочее время, то есть за рабочие дни, приходящиеся на период вынужденного прогула.
Как следует из пункта 10 трудового договора от 26 июня 2018 года, истцу установлен режим труда - медицинский персонал 7,7 (л.д. 10). Согласно приложению к правилам внутреннего трудового распорядка ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" рабочий день санитарки установлен 7,7 часов с понедельника по пятницу. Дежурства организованы по сменному графику. Таким образом, истцу была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями. Учитывая данное обстоятельство, оплата времени вынужденного прогула правильно судом исчислена за рабочие дни, приходящиеся на период вынужденного прогула.
Не заслуживают внимания судебной коллегии и доводы ответчика о том, что подлежащая взысканию в пользу истца заработная плата за время вынужденного прогула должна быть уменьшена на сумму НДФЛ.
Статьей 19 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что налогоплательщиками и плательщиками сборов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с данным Кодексом возложена обязанность уплачивать соответственно налоги и (или) сборы.
Согласно п. 1 ст. 207 Налогового кодекса РФ налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.
В силу подпунктов 6 и 10 п. 1 ст. 208 Налогового кодекса РФ к доходам от источников в Российской Федерации относятся вознаграждение за выполнение трудовых или иных обязанностей, выполненную работу, оказанную услугу, совершение действия в Российской Федерации, иные доходы, получаемые налогоплательщиком в результате осуществления им деятельности в Российской Федерации.
Исчисление налога на доходы физических лиц производится за налоговый период, которым признается календарный год, согласно ст. 216 Налогового кодекса РФ.
Статьей 224 Налогового кодекса РФ размер налоговой ставки установлен в 13 процентов.
В соответствии с п. 1 ст. 226 Налогового кодекса РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 Налогового кодекса РФ с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.
Указанные в абзаце первом настоящего пункта лица именуются в настоящей главе налоговыми агентами.
Ответчик является налоговым агентом, обязанным удерживать у истца налог на доходы физических лиц с его доходов, полученных от работодателя, согласно ст. 226 Налогового кодекса РФ.
Согласно п. 4 ст. 226 Налогового кодекса РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.
Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам. При этом удерживаемая сумма налога не может превышать 50 процентов суммы выплаты.
Поскольку из содержания приведенных положений Налогового кодекса РФ следует, что суд не относится к налоговым агентам и при исчислении заработной платы в судебном порядке не вправе удерживать с работника налог на доходы физических лиц. Взыскиваемые судом суммы заработной платы подлежат налогообложению в общем порядке.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
В возражениях на апелляционную жалобы представители ответчика сослались на то, что сумма компенсации за задержку выплаты заработной платы определена судом неверно.
При проверке правильности произведенного судом расчета судебная коллегия пришла к выводу о том, что предусмотренные законом основания для взыскания с ответчика в пользу истца данной компенсации отсутствовали.
На основании ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, выплат при увольнении, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.
По смыслу указанной нормы, любая несвоевременная выплата сумм, причитающихся работнику, влечет ответственность работодателя.
Работодатель несет ответственность перед работником за нарушение сроков начисленной, но не выплаченной заработной платы.
Ответственность работодателя за незаконное увольнение работника установлена ст. 394 ТК РФ, в связи с чем выплата заработной платы за время вынужденного прогула является той мерой ответственности, которая применяется к работодателю при его незаконных действиях о необоснованном увольнении работника.
Из материалов дела следует, что истец обратился за взысканием заработной платы за время вынужденного прогула, то есть за период, когда он по вине работодателя фактически не работал и заработная плата ему за указанный период работодателем не начислялась.
При указанных обстоятельствах требование истца о взыскании индексации неполученных сумм в порядке ст. 236 ТК РФ удовлетворению не подлежит.
В связи с этим решение суда в указанной части подлежит отмене.
Также заслуживают внимания доводы жалобы истца о необоснованном отказе в удовлетворении иска о признании приказа о наложении дисциплинарного взыскания незаконным.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований в указанной части, суд исходил из того, что право оценки результатов испытания работника принадлежит работодателю, который в период испытательного срока вправе проверить деловые и профессиональные качества работника.
С указанным выводом судебная коллегия согласиться не может.
Предметом спора, исходя из мотивировочной и просительной части искового заявления, является приказ главного врача ГУЗ "Городская клиническая больница N 1" от 19 сентября 2018 г. N о наложении на Тараева М.С. дисциплинарного взыскания в виде выговора.
При таких условиях суд не правомерно не исследовал соблюдение работодателем порядка и процедуры наложения на истца данного дисциплинарного взыскания, предусмотренного Трудовым кодекса РФ.
В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.
В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.
В силу ст. 193 Трудового кодекса РФ, до применения дисциплинарного взыскания работода
