Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Асатиани Д.В, судей Озерова А.Ю, Коробченко Н.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Комаровой Марины Евгеньевны к администрации Раменского городского округа Московской области об исправлении реестровой ошибки, установлении границ земельного участка
по кассационной жалобе Комаровой Марины Евгеньевны на решение Раменского городского суда Московской области от 30 июня 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26 августа 2020 года.
Заслушав доклад судьи Первого кассационного суда общей юрисдикции Озерова А.Ю, судебная коллегия
установила:
Комарова М.Е. обратилась с иском к администрации Раменского городского округа Московской области о признании реестровой ошибкой сведения ЕГРН о координатах поворотных точек границ ее земельного участка с кадастровым номером N, расположенного по адресу: "адрес", исправлении реестровой ошибки, установлении уточненной границы и площади ее земельного участка.
Решением Раменского городского суда Московской области от 30 июня 2020 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 26 августа 2020 года, исковые требования оставлены без удовлетворения.
В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене указанных выше судебных постановлений.
Проверив законность судебных постановлений в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе (часть 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.
В соответствии со статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Судебная коллегия таких нарушений при принятии обжалуемых судебных постановлений не усматривает.
Судом установлено, что жилой дом со служебными строениями и сооружениями, расположенный по адресу: "адрес", ранее находился в общей долевой собственности.
Право собственности Комаровой М.Е. на 2/10 доли указанного жилого дома и земельный участок при доме площадью 766 кв.м. с кадастровым номером N возникло на основании договора дарения земельного участка с жилым домом, заключенного 21 июня 2011 года между истцом и ФИО5
Вступившим в законную силу решением Раменского городского суда Московской области от 12 декабря 2017 года указанный жилой дом был сохранен в реконструированном виде, произведен выдел доли истца, а оставшаяся часть выделена другим совладельцам: ФИО6 (5/32 долей), ФИО7 (12/32 долей), ФИО8 (5/32 долей) и ФИО10 (10/32 долей).
Вступившим в законную силу заочным решением Раменского городского суда Московской области от 11 июня 2019 года произведен выдел доли ФИО10 в спорном жилом доме.
Согласно заключению проведенной по настоящему делу судебной землеустроительной экспертизы, границы земельного участка истца согласно сведениям ЕГРН не соответствуют фактическим его границам, а именно: между фактическими и кадастровыми границами образовался участок вклинивания площадью 56 кв.м, что находится за пределами средней квадратической погрешности. Имеет место реестровая ошибка. Представлены два варианта её исправления.
Из ситуационного плана, представленного по запросу суда, по состоянию на 21 сентября 2009 года при спорном жилом доме по адресу: "адрес", ранее имелся общий земельный участок размером 37, 83 м х 98, 85 м х 26, 7 м х 98 м, внутри участка имелся один забор, установленный от лит. А2 к улице, других ограждений на участке не было. Межу тем, согласно ситуационному плану по состоянию на 02 августа 2017 года на участке появились еще два забора, ограждающие участок истца и проход к нему.
Каких-либо доказательств существования указанных границ участка истца на протяжении более 15 лет предъявлено не было, а вышеуказанные ситуационные планы, представленные органами БТИ, доводы истца опровергают и свидетельствуют об ограждении её земельного участка лишь в 2017 году.
Изначально право собственности Комаровой М.Е. на 2/10 доли указанного жилого дома и земельный участок при доме возникло на основании договора дарения, заключенного 21 июня 2011 года между истцом и ФИО5 Право собственности ФИО10 на долю данного жилого дома и земельный участок при доме возникло на основании договора дарения от 18 сентября 2012 года.
Границы общего земельного участка при вышеназванном жилом доме до настоящего времени не установлены, как объект права данный участок не определен, в установленном закона порядке не разделен.
Выдел в натуре доли истца в праве собственности на жилой дом имел место 12 декабря 2017 года, а доли ФИО10 - 11 июня 2019 года, т.е. позднее постановки на кадастровый учет частей общего земельного участка.
Разрешая спор по существу, суд с учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, а также закона подлежащего применению по дан
