Судья Московского городского суда фио, рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу фио на постановление судьи Щербинского районного суда Москвы от дата, которым гражданин адрес Шодмон Намозалиевич признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.18.10 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере сумма с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме контролируемого самостоятельного выезда из Российской Федерации,
УСТАНОВИЛ:
дата в отношении гражданина адрес составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.18.10 КоАП РФ, дело передано на рассмотрение в Щербинский районный суд Москвы, судьей которого вынесено указанное выше постановление.
Не согласившись с названным постановлением судьи, фио обратился в Московский городской суд с жалобой, в которой поставлен вопрос об изменении постановления в части назначенного административного наказания по доводам жалобы ввиду его суровости.
В судебное заседание фио не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела по контактам, им самим указанным в жалобе, об отложении не просил, считаю возможным рассмотреть дело в соответствии с п.2 ст.25.1 КоАП РФ.
Изучив также материалы дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, не нахожу оснований для отмены постановления судьи.
Согласно ч.1 ст.18.10 КоАП РФ административным правонарушением признается осуществление иностранным гражданином или лицом без гражданства трудовой деятельности в Российской Федерации без разрешения на работу либо патента, если такие разрешение либо патент требуются в соответствии с федеральным законом.
В соответствии ч.2 ст.18.10 КоАП РФ нарушение, предусмотренное ч. 1 настоящей статьи, совершенное в городе федерального значения Москве или Санкт-Петербурге либо в Московской или адрес, влечет наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до сумма прописью с административным выдворением за пределы Российской Федерации.
В силу п.4 ст.13 Федерального закона от дата N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" иностранный гражданин имеет право осуществлять трудовую деятельность в случае, если он достиг возраста восемнадцати лет, при наличии разрешения на работу.
Судьей установлено и из материалов дела следует, что дата в время по адресу: Москва, адрес, вблизи адрес, территория строительства и реконструкции автодороги (тоннеля), в результате проверки соблюдения требований миграционного законодательства сотрудниками ОМК ОВМ УВД по ТиНАО ГУ МВД России по Москве выявлен гражданин адрес, который в нарушение ст.13, 13.3 Федерального закона от дата N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" осуществлял трудовую деятельность в качестве монтажника опалубки в наименование организации по указанному адресу без разрешения на работу в Москве либо патента.
Действия фио квалифицированы по ч.2 ст.18.10 КоАП РФ.
Факт совершения административного правонарушения и вина фио в его совершении подтверждается: протоколом ТиНАО N 0111743 об административном правонарушении от дата; распоряжением N 69 о проведении выездной проверки от дата; протоколом осмотра территории от дата с фототаблицей; объяснениями фио; сведениями о личности из АС ЦБДУИГ ФМС России; рапортом сотрудника полиции; копией паспорта на имя фио; справкой ОМК ОВМ УВД по ТиНАО; и иными доказательствами.
Протокол об административном правонарушении и другие материалы дела составлены надлежащим должностным лицом, в соответствии с требованием закона, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется, в связи с чем, судья правильно признал их допустимыми доказательствами и положил в основу обжалуемого постановления.
Судьей первой инстанции в ходе рассмотрения дела исследованы указанные выше доказательства, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со ст.26.11 КоАП РФ, которые являются последовательными, не противоречивыми, достаточными и допустимыми, а поэтому обоснованно приняты судьей и положены в основу вынесенного постановления, что нашло свое отражение в постановлении суда. Постановление судьи мотивированно, оно отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, оснований не согласиться с его законностью и обоснованностью не имеется.
Совокупность исследованных судьей доказательств позволяет установить обстоятельства правонарушения и вину фио в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.18.10 КоАП РФ.
Из объяснений фио, отобранных у него при составлении протокола об административном правонарушении, следует, что он фактически осуществлял трудовую деятельность без действующего патента в Москве, что им не отрицалось при даче письменных объяснений дата, кроме того, в суде первой инстанции вину признал в совершении административного правонарушения полностью и подтвердил доводы, изложенные в протоколе об административном правонарушении.
Оснований сомневаться в том, что вышеуказанные письменные объяснения записаны со слов фио, не имеется, поскольку данные письменные объяснения последним прочитаны, о чем свидетельствует его собственноручная подпись. Своих возражений с обстоятельствами, изложенными в письменных объяснениях, фио не выразил, с жалобами на действия сотрудников полиции не обращался, какой-либо заинтересованности сотрудников полиции по делу не установлено.
Протокол об административном правонарушении и другие материалы дела составлены надлежащим должностным лицом, в соответствии с требованием закона, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется, в связи с чем, судья правильно признал их допустимыми доказательствами и положил в основу обжалуемого постановления.
В соответствии со ст.ст.16, 67 ТК РФ основанием возникновения трудовых отношений между работником и работодателем является фактическое допущение к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя независимо от того, оформлен ли трудовой договор надлежащим образом.
Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, судья районного суда пришел к обоснованному выводу о доказанности вины фио в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.18.10 КоАП РФ.
Материалы дела свидетельствуют о наличии в действиях фио события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.18.10 КоАП РФ.
Как следует из данных АС ЦБДУИГ, копии миграционной карты, копии уведомления о прибытии, копии патента (л.д.10-10 оборот), фио прибыл в Российскую Федерацию дата и обратился с заявлением о выдаче патента, фио представлен патент серии 50 N 2000716817, выданный дата, однако данный патент позволяет ему осуществлять трудовую деятельность на территории адрес, о чем указано в патенте.
Таким образом, наличие у фио патента серии 50 N 2000716817 не дает право на осуществление трудовой деятельности на адрес, так как имеет особые отметки о возможности осуществления трудовой деятельности только на территории адрес.
С доводом о суровости наказания согласиться нельзя по следующим основаниям.
В соответствии с общими правилами назначения административных наказаний административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение в соответствии с КоАП РФ (ч.1 ст.4.1 КоАП РФ). При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (ч.2 ст.4.1 КоАП РФ).
Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений и практике уклонения от ответственности.
Согласно ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, вступившей в силу для России дата, вмешательство со стороны публичных властей в осуществление прав на уважение личной и семейной жизни не допускается, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
Приведенные нормативные положения в их толковании Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории.
В вопросах иммиграции статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или любое другое ее положение не могут рассматриваться как возлагающие на государство исключительную обязанность уважать выбор супружескими парами страны совместного проживания и разрешать воссоединение членов семьи на своей территории применительно ко всем случаям.
Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал, что названная выше Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными и что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну.
Вместе с тем решения в иммиграционной сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели.
Однако относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе, Европейский Суд по правам человека отмечал, что значение, придаваемое ей, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела и что государство, а, следовательно, и суд от его лица, имея определенные пределы усмотрения, связано необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом.
В то же время право властей применять выдворение может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений иммиграционного закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.
Схема применения национального иммиграционного законодательства, основанная на административных санкциях в виде выдворения, не может вызывать вопроса о несоблюдении статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку в каждом конкретном деле административное выдворение из страны может расцениваться как вмешательство в право лица на уважение его семейной жизни, которое, однако, не влечет нарушения этой статьи до тех пор, пока оно оправданно по смыслу ее пункта 2.
Правонарушения в области миграционного законодательства в силу закона и по законному решению суда могут быть квалифицированы именно как обстоятельства, вынуждающие к применению такого наказания, как административн
