Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Солтыс Е.Е.
судей Спрыгиной О.Б, Балашова А.Н.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ермолаевой Т.П. к Гавриловой О.В. о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным и применении последствий недействительности сделки
по кассационной жалобе Ермолаевой Т.П. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 29 июля 2020 года
заслушав докладчика по делу судью Спрыгину О.Б, представителя Ермолаевой Т.П. Агамалы Р.Г, поддержавшего доводы кассационной жалобы, судебная коллегия
установила:
Ермолаева Т.П. обратилась в суд с иском к Гавриловой О.В. о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля марки " "данные изъяты" 2015 года выпуска, заключенного между Ермолаевым В.Н. и Гавриловой О.В, применении последствий недействительности сделки, обязав Гаврилову О.В. возвратить истцу автомобиль.
Требования мотивированы тем, что с 21 мая 1976 года Ермолаева Т.П. и Е.В.Н. состояли в браке. В период брака в октябре 2015 года супругами приобретен спорный автомобиль, который был оформлен на Ермолаева В.Н. С августа 2018 года супруги перестали проживать единой семьей, после чего Е.В.Н... переехал в квартиру, расположенную по адресу: "адрес", где проживал совместно с Гавриловой О.В.
ДД.ММ.ГГГГ Е.В.Н. умер.
При обращении 26 сентября 2019 года к нотариусу с заявлением о принятии наследства истцу стало известно о том, что автомобиль продан Гавриловой О.В. по договору купли-продажи от 28 августа 2018 года.
Поскольку Ермолаева Т.П. и Е.В.Н... совместно не проживали, она согласия на отчуждение автомобиля не давала, о заключении договора купли-продажи ей не было известно, полагает, что сделка является недействительной.
Также указывает на мнимость сделки, поскольку спорное транспортное средство во исполнение сделки ответчику передано не было, на момент смерти транспортное средство находилось у Е.В.Н. цена, указанная в договоре, была значительно уменьшена по сравнению с действительной стоимостью на момент совершения сделки.
Решением Ленинского районного суда города Саратова от 23 января 2020 года исковые требования удовлетворены. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства марки " "данные изъяты"", 2014 года выпуска, идентификационный номер N, заключенный между Е.В.Н... и Гавриловой О.В, применены последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности Гавриловой О.В. на транспортное средство марки " "данные изъяты" года выпуска, идентификационный номер N.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 29 июля 2020 года решение Ленинского районного суда города Саратова от 23 января 2020 года отменено.
Принято по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Ермолаевой Т.П. к Гавриловой О.В. о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным и применении последствий недействительности сделки отказано.
В кассационной жалобе Ермолаевой Т.П. оспаривается законность и обоснованностью апелляционного определения ввиду нарушения норм материального и процессуального права.
Проверив законность судебных постановлений в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для его отмены (ч. 1 ст. 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии с п.1 ст.379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких нарушений судом апелляционной инстанции не допущено.
Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 21 мая 1976 года между Е.В.Н... и Ермолаевой (Кучеровой) Т.П. зарегистрирован брак.
В период брака приобретен автомобиль марки " "данные изъяты" 2014 года выпуска, идентификационный номер N
23 августа 2018 года между Е.В.Н. и Гавриловой О.В. заключен договор купли-продажи автомобиля марки " "данные изъяты" года выпуска, идентификационный номер N по цене 99 000 рублей, денежные средства продавцом получены.
ДД.ММ.ГГГГ Е.В.Н... умер.
Наследниками по закону Ермолаева В.Н. являются: Ермолаева Т.П. (супруга), Е.А.В... (дочь), У.Ю.В... (дочь) и Д.Т.В... (дочь).
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что транспортное средство приобретено в период нахождения Е.В.Н... и Ермолаевой Т.П. в браке, является общим имуществом супругов, договор купли-продажи заключен в отсутствие согласия Ермолаевой Т.П, что согласно выводам суда первой инстанции явилось достаточным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.Также судом указано о том, что Гавриловой О.В. было известно о наличии зарегистрированного брака между Е.В.Н. и Ермолаевой Т.П. и прекращении между ними брачных отношений. Доказательств того, что после августа 2017 года супруги были намерены сохранить брак, не представлено. Оснований о неосведомленности ответчика о сложившихся в семье Ермолаевых отношениях не имеется.
Апелляционная инстанция с выводами суда первой инстанции не согласилась, полагая их основанными на неправильном применении норм материального права и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Отменяя решение суда первой инстанции и, отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд апелляционной инстанции, ссылаясь на ст.34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации, ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что действующее законодательство устанавливает презумпцию согласия супруга при совершении сделки по отчуждению общего совместного имущества другим супругом. Статьей 56 ГПК РФ обязанность доказать, что покупатель по спорной сделке знал о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, исходя из общего правила распределения обязанностей по доказыванию, возлагается на супруга, заявляющего требование о признании этой сделки недействительной. При рассмотрении дела истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих, что ответчик Гаврилова О.В. знала либо заведомо должна была знать об отсутствии согласия истца на совершение оспариваемой сделки. Само по себе намерение супругов прекратить семейные отношения, не свидетельствует, что истец не давала согласия на совершение сделки. Доводы стороны истца о том, что ответчик совместно проживала с Ермолаевым В.Н. на момент сделки, и сделка была заключена между ними только для вида, носят предположительный характер, что не является достаточным основанием для признания сделки недействительной. Указанные обстоятельства опровергаются ответчиком. Данные обстоятельства не давали основания полагать, что третьему лицу должно быть известно об отсутствии у другого супруга согласия на заключение договора купли-продажи.
Разрешая требования истца о признании сделки недействительной по основаниям мнимости, суд апелляционной инстанции указал, что исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу ст. 454 ГК РФ влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем денежно
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.