Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего Коваленко В.В.
судей Крейса В.Р, Недоступ Т.В.
с участием прокурора Тимоховой М.К.
при секретаре Солодовой Е.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 04 марта 2021 года гражданское дело по иску Брейкина А. С. к ООО "Газпромнефть-Терминал" о признании незаконным приказа о внесении изменений в штатное расписание, признании незаконным сокращения должности, признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, признании незаконным установления должности на условиях срочного трудового договора, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, индексации заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности по производству перерасчета оплаты периода нетрудоспособности, возложении обязанности установления равных окладов по должностям, возложении обязанности по предоставлению неиспользованного отпуска, возложении обязанности по предоставлению дубликата трудовой книжки
по апелляционной жалобе Брейкина А.С. на решение Центрального районного суда г. Новосибирска от 19 ноября 2020 года.
Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Коваленко В.В, объяснения Брейкина А.С, представителей ООО "Газпромнефть-Терминал" - Жаровой О.В. и Черненко В.Н, заключение прокурора прокуратуры Новосибирской области Тимоховой М.К, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Брейкин А.С. обратился в суд c иском к ООО "Газпромнефть-Терминал", в котором, с учетом уточнения исковых требований, просил:
- признать незаконным приказ от 08.11.2019 г. N ТРМ-95 "О внесении изменений в штатное расписание АО "Газпромнефть-Терминал" (в настоящее время ООО);
- признать незаконным сокращение должности "начальник нефтебазы" в структурном подразделении АО "Газпромнефть-Терминал" (в настоящее время ООО) - Новосибирской нефтебазе;
- признать незаконным приказ об увольнении Брейкина А.С. от 31.03.2020 г.;
- восстановить Брейкина А.С. в должности начальника Новосибирской нефтебазы ООО "Газпромнефть-Терминал" с 31.03.2020 г.;
- признать незаконным установление должности генерального директора Новосибирской нефтебазы АО "Газпромнефть-Терминал" (в настоящее время ООО) на условиях срочного трудового договора;
- взыскать с ООО "Газпромнефть-Терминал" в пользу Брейкина А.С. средний заработок за время вынужденного прогула, индексацию заработной платы за период с 2016 по 2020 годы в размере 101 884, 82 рублей. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей;
- обязать ООО "Газпромнефть-Терминал" произвести перерасчет оплаты периода нетрудоспособности истца после 31.03.2020 г. из расчета 100% среднего заработка;
- обязать ООО "Газпромнефть-Терминал" установить в штатном расписании равные размеры окладов по должностям "начальник нефтебазы" и "заместитель генерального директора по нефтебазе/руководитель нефтебазы";
- обязать ООО "Газпромнефть-Терминал" предоставить Брейкину А.С. неиспользованный отпуск за период работы 2012-2019 годы в количестве 48 дней;
- обязать ООО "Газпромнефть-Терминал" выдать Брейкину А.С. дубликат трудовой книжки.
В обоснование указано, что с 2012 года работал в организации ответчика в должности начальника Новосибирской нефтебазы, 31.03.2020 г. был уволен ввиду сокращения штата.
Свое увольнение истец считает незаконным, т.к. в день увольнения он находился на больничном, о чем уведомил своего работодателя.
Кроме того, процедура увольнения со стороны работодателя была нарушена, т.к. о предстоящем сокращении штата истец заблаговременно уведомлен не был, при его увольнении не учтено его преимущественное право оставления на работе. При сокращении ему были предложены не все вакантные должности, в том числе вакантные должности в иных регионах. Само сокращение штата носило формальный характер, т.к. из штатного расписания была исключена именно его должность, взамен которой в штатное расписание введена новая должность с аналогичными должностными обязанностями.
Новая должность (заместитель генерального директора по нефтебазе), которая была введена в штатное расписание взамен сокращаемой должности (начальник нефтебазы), занимаемой истцом, была ему предложена, однако он отказался от ее замещения, ввиду того, что условия трудового договора на новую должность предусматривали срочный трудовой договор, что является незаконным. Кроме того, является незаконным установление разного оклада по данным должностям, при аналогичном объеме трудовых обязанностей.
В связи с этим, трудовой договор по новой должности (заместитель генерального директора по нефтебазе) должен быть признан трудовым договором, заключенным на неопределенный срок, а в штатном расписании необходимо установить одинаковые оклады для новой и прежней должности, в отношении которых внесены изменения в штатное расписание.
Кроме того, с 2016 года истцу не производилась индексация заработной платы, предусмотренная положениями Отраслевого соглашения по организациям нефтеперерабатывающей отрасли промышленности и системы нефтепродуктообеспечения РФ. В связи с этим, ответчик обязан произвести индексацию и выплатить недоплаченный заработок.
Также ответчиком неправомерно отказано истцу в предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, а потому ответчик обязан предоставить истцу отпуск в количестве 48 дней (в случае восстановления в должности).
Ранее ответчик предпринимал попытки увольнения истца, но приказы об увольнении были отменены ответчиком ввиду того, что увольнение было произведено в период нахождения истца на больничном, поэтому в трудовой книжке истца имеется несколько записей о его увольнении и отмене данных приказов. Не желая наличия данных записей в трудовой книжке, истец обратился к ответчику с требованием о выдаче дубликата трудовой книжки, не содержащих ошибочно внесённых записей. Ввиду того, что ответчик неправомерно склоняется от выдачи истцу дубликата трудовой книжки, истец считает возможным возложить на ответчика обязанность по выдаче дубликата трудовой книжки.
В случае восстановления истца на работе, ответчик должен произвести перерасчет оплаты периода нетрудоспособности после 31.03.2020 г. с выплатой недополученной разницы.
Решением Центрального районного суда г. Новосибирска от 19 ноября 2020 года в удовлетворении исковых требований Брейкина А.С. отказано в полном объеме.
В апелляционной жалобе Брейкин А.С. просит решение отменить, принять новое решение, которым исковые требования удовлетворить.
В обоснование апелляционной жалобы выражает несогласие с выводами суда о том, что момент оглашения приказа об увольнении (около 14 часов) является увольнением, которое, по мнению апеллянта, происходит только по окончании рабочего дня. В связи с тем, что до окончания рабочего дня истцом ответчику был представлен лист о нетрудоспособности, что является препятствием к увольнению, то увольнение является незаконным.
По утверждению апеллянта, суд в решении исказил пояснения истца, показания свидетелей Игнатовой А.Б, Чубриковой Л.А. и Вербицкой Ю.В. о том, что 31.03.2020 г. Брейкин А.С. вышел на работу и приступил к исполнению должностных обязанностей, поскольку таких пояснений и показаний истец и указанные свидетели не давали. Также, суд исказил обстоятельства дела, указав, что истец обратился в больницу после объявления приказа об увольнении, тогда как материалами дела достоверно установлено, что истец обратился в больницу до оглашения ему приказа об увольнении, а именно до 13 часов. Выводы суда о том, что истец скрыл от ответчика информацию о своей временной нетрудоспособности является ошибочным.
Также, по мнению апеллянта, являются ошибочными и выводы суда о том, что истец был уведомлён о сокращении штата 20.11.2019 г, поскольку письмо от указанной даты истцу не вручено.
Кроме того, суд установилфакт сокращения численности, но не факт сокращения штата, что являлось предметом спора. Суд не установилфакта предложения истцу ответчиком иных вакансий, что указывает на нарушение ответчиком процедуры увольнения. Суд не установилфакта подписания приказа об увольнении истца уполномоченным лицом, поскольку Хрулева О.А. не была уполномочена на подписание приказа об увольнении истца.
Также в жалобе апеллянт ссылается на нарушение процессуальных норм в отношении протоколирования судебных заседаний, что выражается несоответствии протоколов судебных заседаний аудиопротоколам, уничтожении части протоколов судебных заседаний, во фрагментировании аудиопротоколов судебных заседаний.
Суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове в качестве свидетелей врачей Шаферт Н.А, Чалых М.А, Боряк В.Е, работников ответчика Маслий Д.Э, Васенева Е.В, о повторном допросе Чубриковой Л.А.
Судом был нарушен принцип состязательности сторон, поскольку суд истребовал доказательства по делу с целью защиты интересов ответчика по инициативе суда при отсутствии ходатайств о том со стороны лиц, участвующих в деле, путём неоднократного направления судебных запросов противоправного характера.
Нарушение процессуальных норм в отношении процессуальных прав истца и истребования доказательств также выразилось в умышленном не направлении судьёй судебного запроса в Государственную инспекцию труда Новосибирской области, хотя ходатайство истца о направлении запроса было удовлетворено.
Повторяя доводы искового заявления апеллянт указывает, что ответчиком было неверно рассчитано пособие по временной нетрудоспособности, что за период с 2016 по 2020 годы ответчиком не проводились повышение и индексация заработной платы истца, что в АО "Газпромнефть-терминал" на одинаковых должностях "начальник нефтебазы" установлены разные размеры окладов, что противоречит закону. Заявление истца о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, накопившегося за период с 2012 - 2019 года работы в организации в количестве 48 неиспользованных дней, было проигнорировано ответчиком. Ответчик оставил без внимания заявление истца об оформлении дубликата трудовой книжки. Также истцу по его заявлению не были представлены запрашиваемые у ответчика документы.
Кроме того, апеллянт полагает, что заключение прокурора не соответствует обстоятельствам и материалам дела.
Рассмотрев дело в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Как установлено судом и следует из материалов дела, по трудовому договору от 30.11.2012 г. N 827/12 Брейкин А.С. с 01.12.2012 г. был принят на работу в ЗАО "Газпромнефть-Терминал" на начальника Новосибирской нефтебазы (т. 1 л.д. 36-39).
Приказом АО "Газпромнефть-Терминал" от 08.11.2019 г. N ТРМ-95 с 15.11.2019 г. в штатное расписание АО "Газпромнефть-Терминал" были внесены изменения, которыми, в частности, из штатного расписания была выведена должность начальника Новосибирской нефтебазы (т. 1 л.д. 149-150).
Копия указанного приказа и уведомление о сокращении с приложением имеющихся у ответчика вакансий, 20.11.2019 г. были направлены Брейкину А.С. заказным письмом (т. 1 л.д. 154-157).
10 декабря 2019 г. работниками ответчика: специалистом по ведению технической документации Игнатовой А.Б, начальником управления Новиковым А.В. и заместителем генерального директора по корпоративной защите Селезневым И.Г. был составлен акт о том, что Брейкину А.С. были предъявлены для ознакомления уведомление о предстоящем сокращении штата, с приложением к нему списка вакансий АО "Газпромнефть-Терминал" и "Перечня оснований преимущественных прав на оставление на работе при сокращении численности или штата". От ознакомления с данными документами Брейкин А.С. отказался (т. 1 л.д. 161).
В периоды с 10.12.2019 г. по 15.12.2019 г, с 10.02.2020 г. по 14.02.2020 г, с 17.02.2020 г. по 02.03.2020 г, с 03.03.2020 г. по 13.03.2020 г. и с 16.03.2020 г. по 30.03.2020 г. Брейкин А.С, по причине нетрудоспособности был освобожден от работы, о чем ему были выданы соответствующие листы нетрудоспособности. В соответствии с последним из них истец должен был приступить к работе с 31.03.2020 г. (т. 2 л.д. 12, 19, 26, 33, 40).
Приказом АО "Газпромнефть-Терминал" от 31.0.2020 г. N 331-4у трудовой договор с Брейкиным А.С. был расторгнут по инициативе работодателя в связи с сокращением штата работников организации, на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. От ознакомления с данным приказом Брейкин А.С. отказался, в связи с чем 31.03.2020 г. в 14 час. 19 мин. приказ был зачитан Брейкину А.С. вслух, о чем был составлен соответствующий акт (т. 1 л.д. 170, 176).
В связи с тем, что после ознакомления с приказом об увольнении Брейкин А.С. отказался от получения трудовой книжки, ему 31.03.2020 г. была направлена телеграмма о возможности забрать трудовую книжку у работодателя по адресу: г. Новосибирск, ул. М. Горького, 80, либо в письменной в письменной форме уведомить об отправке трудовой книжки по почте. От получения данной телеграммы Брейкин А.С. отказался (т. 1 л.д. 235).
В этот же день, 31.03.2020 г. Брейкин А.С. обратился в ГБУЗ НСО ГП 21, где ему был с 31.03.2020 г. был открыт листок нетрудоспособности.
14 мая 2020 г. Брейкин А.С. направил в АО "Газпромнефть-Терминал" заявление, в котором просил выплатить причитающийся ему средний заработок за первый и второй месяцы трудоустройства со дня увольнения в связи с сокращением, в течение 3-х дней выслать заверенную копию трудовой книжки, расчетные листы за февраль-апрель 2020 года, справки о средней заработной плате за 2016-2019 годы, а также документы, на основании которых проведено увольнение (т. 2 л.д. 1).
В ответ на данное заявление Брейкину А.С. были направлены расчетные листы за февраль-апрель 2020 года, справки о средней заработной плате за 2016-2019 годы, приказ об изменении штатного расписания N ТРМ-95 от 08.11.2019 г, копия приказа об увольнении N 314-4у от 31.03.2020 г. и копия трудовой книжки. При этом Брейкин А.С. был повторно уведомлен о необходимости получить трудовую книжку, либо в письменной форме сообщить об отправке трудовой книжке по почте (т. 2 л.д. 2).
Разрешая спор и отказывая Брейкину А.С. в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, суд первой инстанции исходил из того, что у ответчика в действительности имело место сокращение численности работников, истец был уведомлен о предстоящем сокращении занимаемой им должности, работодатель, принял меры для трудоустройства истца, предложив ему все имеющиеся в период сокращения вакансии, в том числе и соответствующие его квалификации и опыту работы. В связи с этим, суд пришел к выводу о том, что процедура увольнения работника по сокращению численности организации соблюдена.
При этом суд указал, что в момент оглашения истцу приказа о его увольнении, истец не сообщил своему работодателю о своем нахождении на больничном, впервые в письменном виде сообщил об этом ответчику только после оглашения приказа об увольнении. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что истец скрыл факт своей нетрудоспособности от работодателя. Указанные действия истца судом расценил как злоупотребление правом со стороны истца.
Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, как соответствующими закону и обстоятельствам дела.
В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.
Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (ч. 3 ст. 81 ТК РФ).
Согласно ч.ч. 1-2 ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.
Как разъяснено в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.
При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).
Указанные выше требования закона работодателем были соблюдены, поскольку о предстоящем сокращении штата Брейкин А.С. был уведомлен более чем за два месяца до увольнения; работодателем истцу были предложены все имеющиеся у него в г. Новосибирске вакантные должности, в том числе и должность заместителя генерального директора по нефтебазе, являющаяся схожей с ранее занимаемой должностью; в связи с тем, что истец не выразил согласия с предложенными ему вакантными должностями, то по истечении срока, установленного ч. 1 ст. 180 ТК РФ, он был уволен.
Доводы апелляционной жалобы Брейкина А.С. о том, что он не был уведомлен о предстоящем сокращении штата, являются необоснованными, поскольку, как указано выше, копия уведомления о сокращении с приложением списка вакантных должностей 20.11.2019 г. заказным письмом были направлены Брейкину А.С. по месту его жительства (т. 1 л.д. 157). Кроме того, 10.12.2019 г. Брейкину А.С. лично было предъявлено уведомление о сокращении с перечнем вакантных должностей, в связи с тем, что последний отказался расписываться в уведомлении, был составлен комиссионный акт (т. 1 л.д. 161).
Таким образом, АО "Газпромнефть-Терминал" надлежащим образом исполнило свою обязанность по уведомлению Брейкин А.С. о предстоящем сокращении штата, отказ последнего от получения почтовой корреспонденции, а также от подписания уведомления о сокращении, не может свидетельствовать о нарушении ответчиком положений ст. 180 ТК РФ.
Также из материалов дела видно, что до увольнения истцу ответчиком были предложены все имеющиеся у него вакантные должности в г. Новосибирске. По смыслу ч. 1 ст. 180 ТК РФ при сокращении штата работодатель обязан предложить сокращаемым работникам все имеющиеся вакантные должности. Обязанности указывать в соответствующем списке вакантных должностей трудовые обязанности и размер заработной платы по каждой должности, указанное положение закона, вопреки доводам апелляционной жалобы, не содержит. В случае согласия на работу любой из имевшихся вакантных должностей Брейкин А.С. имел возможность получить у работодателя такие сведения. Доказательств того, Брейкин А.С. обращался к работодателю за предоставлением сведений о должностных обязанностях и размере заработной платы по вакантным должностям, но ему в этом было отказано, истцом в материалы дела не представлено.
Более того, как видно из материалов дела, Брейкину А.С, занимавшему должность начальника нефтебазы, была предложена схожая должность заместителя генерального директора по нефтебазе, но содержащая больший объем должностных.
Из искового заявления Брейкина А.С. следует, что он отказался от указанной должности по причине несогласия с проводимыми работодателем организационно-штатными мероприятиями и иными условиями трудового договора (срочный трудовой договор, иной размер должностного оклада) по должности заместителя генерального директора по нефтебазе.
Однако, принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации, в том числе о сокращении вакантных должностей, относится к исключительной компетенции работодателя. В связи с этим, доводы апелляционной жалобы о необоснованном, по мнению истца, сокращении должности начальника нефтебазы, различии условий труда, в том числе и по заработной плате, по должностям начальника нефтебазы и заместителя генерального директора по нефтебазе, не могут быть приняты во внимание.
Доводы апелляционной жалобы о том, что на момент увольнения Брейкин А.С. находился на больничном, что препятствовало его увольнению, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обосновано отвергнуты.
Так, ч. 6 ст. 81 ТК РФ действительно установлено, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.
Согласно разъяснениям, данным в п. 27 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2, при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа.
При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.
Как видно из материалов дела, в период с 16.03.2020 г. по 30.03.2020 г. Брейкин А.С. был временно нетрудоспособен, о чем ему был выдан листок нетрудоспособности, согласно которому он должен был приступить к работе 31.03.2020 г. (т. 1 л.д. 40).
Из показаний допрошенных судом первой инстанции свидетелей Чубриковой Л.А. и Игнатовой А.Б, следует, 31.03.2020 г. утром Брейкин А.С. явился на работу, сообщил Чубриковой Л.А, которая временно исполняла обязанности Брейкина А.С, что здоров и готов, к работе представил вышеуказанный листок нетрудоспособности и до обеда находился на рабочем месте. В период с 12 час. до 13 час. Брейкин А.С. сообщил Игнатовой А.Б, что ушел на обед (т. 2 л.д. 208-209, 210-211).
Около 14 час. Брейкин А.С. обратился в ГБУЗ НСО "Городская поликлиника N 21" с жалобами на повышение температуры и плохое самочувствие, где ему был оформлен электронный листок нетрудоспособности на срок с 31.03.2020 г. по 03.04.2020 г. (т. 4 л.д 14). После этого, Брейкин А.С. вернулся на работу, где ему был оглашен приказ об увольнении, в котором он отказался расписываться.
При этом, из показаний свидетелей Величко А.Ю, Вербицкой Ю.В. и Чубриковой Л.А, составивших и подписавших акт об отказе Брейкина А.С. от ознакомления с приказом об увольнении, следует, что последний о своем новом больничном не сообщал. Впервые о наличии листка нетрудоспособности, открытого 31.03.2020 г, Брейкин А.С. сообщил Величко А.Ю. (главный специалист по работе с персоналом) после окончания рабочего дня, посредством СМС-сообщения (т. 2 л.д. 208-210, т. 3 л.д. 228-230).
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Брейкин А.С, при увольнении, скрыл от работодателя наличие открытого у него листка нетрудоспособности. Об этом же, по мнению судебной коллегии, свидетельствует и то, что Брейкин А.С, при ознакомлении с приказом об увольнении, имел возможность сделать в нем отметку о своем нахождении на больничном, однако этой возможностью не воспользовался, отказавшись от ознакомления с приказом.
При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о наличии злоупотреблении правом со стороны Брейкина А.С, выразившемся в сокрытии от работодателя факта своей нетрудоспособности, что в соответствии с указанными выше разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ является основанием для отказа в удовлетворении исковых тр
