Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего судьи Лебедева А.А.
судей Шевчук Т.В, Косицыной-Камаловой И.Р.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СПАО "Ингосстрах" к ФИО1 о взыскании убытков в порядке регресса, по кассационной жалобе ФИО1 на решение Московского районного суда города Санкт-Петербурга от 29 декабря 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 3 июня 2021 года.
Заслушав доклад судьи Лебедева А.А, пояснения представителя ФИО1 - ФИО11, судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции
УСТАНОВИЛА:
СПАО "Ингосстрах" (далее - Общество) обратилось с иском к ФИО1 о взыскании в порядка регресса убытков в размере "данные изъяты" рублей.
В обоснование требований Общество указало, что ДД.ММ.ГГГГ по вине водителя ФИО7 ФИО3, управлявшего автомобилем Шкода Рапид, принадлежащем ответчику, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП), в результате которого автомобиль второго участника ДТП получил механические повреждения. На момент ДТП Гражданско-правовая ответственность водителя транспортного средства Шкода Рапид была застрахована собственником данного транспортного средства в СПАО "Ингосстрах". В связи с наступлением страхового события, истец произвел выплату страхового возмещения второму участнику ДТП в указанном выше размере. Поскольку при заключении договора ОСАГО ответчик не указал, что транспортное средство будет использоваться не в личных целях, а для перевозки пассажиров, истец, руководствуясь пунктом "к" части 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - закон об ОСАГО), полагает, что у него возникло право предъявления регрессного требования к ответчику.
Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 29 декабря 2020 года с ФИО1 в пользу СПАО "Ингосстрах" взыскано в счет возмещения ущерба 82 400 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 672 рубля, расходы по оплате юридических услуг в размере 3 000 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 3 июня 2021 года указанное решение оставлено без изменения.
В кассационной жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене указанных судебных актов, в связи с нарушением судами норм материального и процессуального права.
О времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтового извещения, сведения о движении жалобы размещены на сайте суда в сети "Интернет", в связи с чем на основании пункта 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.
Согласно статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанции, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Таких нарушений при разрешении дела нижестоящими судебными инстанциями не допущено.
Судом первой инстанции установлено, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобилей Ниссан Кашкай, под управлением водителя ФИО6 и Шкода Рапид, принадлежащего на праве собственности ФИО1, под управлением ФИО7
Постановлением от 15 апреля 2019 года водитель ФИО7 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Гражданско-правовая ответственность водителя транспортного средства Шкода Рапид гбыла застрахована собственником данного транспортного средства в СПАО "Ингосстрах" по договору обязательного страхования от ДД.ММ.ГГГГ. Срок страхования: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Договор заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством. В графе "Цель использования транспортного средства" страхователем указано - "личная".
В рамках полиса ОСАГО СПАО "Ингосстрах" по требованию потерпевшего ФИО6 выплатило страховое возмещение в размере 82 400 рублей исходя из повреждений, полученных автомобилем потерпевшего в ДТП, экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ.
Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО1 (арендодатель) и ФИО8 (арендатор) заключен договор аренды N транспортного средства Шкода Рапид. Автомобиль передан арендатору по акту приема-передачи ДД.ММ.ГГГГ.
Договор, в соответствии с пунктом 1.3, вступает в силу с даты его подписания и действует до срока, указанного в пункте 2 Приложения N к договору. При этом, пункт 2 указанного Приложения не содержит даты окончания действия договора, графа не заполнена.
ФИО9 имеет разрешение на перевозку пассажиров, соответствующая лицензия выдана ДД.ММ.ГГГГ сроком на 5 лет.
Судебные инстанции, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями статей 15, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1.6 Правил ОСАГО, статьями 14, 15 Закона об ОСАГО, положениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании ответственности владельцев транспортных средств", установив, что при заключении договора страхования, ФИО1 предоставлены страховщику недостоверные сведения относительно цели использования автомобиля как личного транспорта, в то время как автомобиль использовался в качестве такси, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, пришли к выводу, что у истца возникло право регрессного требования к ответчику.
Судебная коллегия по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции находит такие выводы суда первой и апелляционной инстанций соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на правильном применении норм материального права.
В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.
В соответствии с подпунктом "к" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО, к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если страхователь при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" сообщение страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений, которое привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, не является основанием для признания такого договора незаключенным или для освобождения страховщика от страхового возмещения при наступлении страхового случая. Из системного толкования положений абзаца шестого пункта 7.2 статьи 15 и подпункта "к" пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО следует, что при наступлении страхового случая страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю, предоставившему недостоверные сведения, а также взыскать с него в установленном порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверн
