Судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Никулиной И.А, судей Конаревой И.А. и Мишиной И.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по кассационной жалобе Ерлычкова Дмитрия Вадимовича, поданной через суд первой инстанции 28 сентября 2021 года, на решение Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 1 февраля 2021 года по делу N 2-123/2021 по исковому заявлению Ерлычкова Дмитрия Вадимовича к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей.
Заслушав доклад судьи Никулиной И.А, пояснения истца Ерлычкова Д.В, поддержавшего доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции,
УСТАНОВИЛА:
Ерлычков Д.В. обратился в Октябрьский районный суд г. Новосибирска с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб.
В обоснование требований указал на ненадлежащие условия его содержания в изоляторе временного содержания отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Тогучинскому району Новосибирской области, куда он неоднократно этапировался для проведения следственных действий.
Камеры ИВС отдела МВД России по Тогучинскому району Новосибирской области не отвечают санитарно-эпидемиологическим требованиям и нормам пожарной безопасности; не оборудованы санитарным пропускником и дезинфекционной камерой, в них отсутствуют водопровод и канализация, баки для питьевой воды, емкости для дезинфекции посуды, приточная или вытяжная вентиляция, индивидуальные спальные места и постельные принадлежности, естественное освещение ввиду отсутствия окон; также в камерах отсутствуют столы, скамейки, шкафы для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов питания, вешалки для верхней одежды, полки для туалетных принадлежностей, тазы для стирки одежды и белья, радиоприемник для вещания общегосударственных программ.
Полагает, что ненадлежащими условиями содержания ему причинен моральный и физический вред, что негативным образом повлияло на его состояние здоровья, в связи с чем, он испытывал сильные "данные изъяты".
Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 1 февраля 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Новосибирского областного суда от 19 августа 2021 года, требования административного истца удовлетворены частично, с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ерлычкова Д.В. взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В кассационной жалобе Ерлычков Д.В. ставит вопрос об изменении решения Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 1 февраля 2021 года в части подлежащей взысканию суммы компенсации, взыскании компенсации в размере 2 000 000 руб, указывая на нарушение судами норм материального и процессуального права.
Заявитель считает, что суд первой инстанции необоснованно занизил сумму компенсации морального вреда. Судом не учтены конкретные обстоятельства дела, а именно то, что на момент содержания его в ИВС он имел такие заболевания, как "данные изъяты", справка о наличии данных заболеваний была предоставлена суду. С учетом изложенного считает, что его пребывание в камерах с ненадлежащими условиями содержания препятствовало его выздоровлению и причиняло ему нравственные страдания.
Прокуратурой Новосибирской области относительно доводов кассационной жалобы принесены возражения.
В судебное заседание суда кассационной инстанции стороны не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, судебная коллегия, руководствуясь части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц.
Статья 379.6 ГПК РФ предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.
В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, в соответствии со статьей 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.
При рассмотрении дела установлено, что решением Тогучинского районного суда Новосибирской области от 1 февраля 2012 года удовлетворено исковое заявление прокурора Тогучинского района Новосибирской области в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц к Отделу МВД России по Тогучинскому району Новосибирской области, на Отдел МВД России по Тогучинскому району Новосибирской области возложена обязанность в срок до 31 декабря 2014 года устранить выявленные 23 марта 2011 года в ходе проверки изолятора временного содержания недостатки и привести изолятор временного содержания в соответствие с нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Указанным решением суда установлено, что ИВС ОМВД России по Тогучинскому району вышеприведенным требованиям законодательства не соответствует. При этом сделаны выводы, что отсутствие в ИВС индивидуальных спальных мест, отсутствие санитарной обработки лиц и дезинфекции одежды, отсутствие стола и скамейки по лимиту мест в камере, отсутствие санитарного узла с соблюдением необходимых требований приватности, крана с водопроводной водой, отсутствие возможности в течение определённого времени помыться в душе, отсутствие возможности свидания подозреваемых и обвиняемых с родственниками, отсутствие естественного освещения нарушают права неопределенного круга лиц, умаляют и унижают человеческое достоинство лиц, пребывающих в таких условиях.
Также судами установлено, что Ерлычков Д.В. в связи с привлечением его к уголовной ответственности, периодически доставлялся в ИВС ОМВД России по Тогучинскому району в период с 8 февраля 2015 года по 17 февраля 2015 года, с 8 апреля 2015 года по 10 апреля 2015 года, с 24 апреля 2015 года по 28 апреля 2015 года, с 24 июля 2015 года по 28 июля 2015 года, с 14 октября 2015 года по 20 октября 2015 года, с 23 декабря 2015 года по 30 декабря 2015 года, с 19 апреля 2016 года по 22 апреля 2016 года, с 10 мая 2016 года по 10 мая 2016 года, с 18 мая 2016 года по 22 мая 2016 года, со 2 июня 2016 года по 9 июня 2016 года, с 5 июля 2016 года по 14 июля 2016 года, с 4 августа 2016 года по 12 августа 2016 года, с 23 сентября 2016 года по 3 октября 2016 года, с 23 октября 2016 года по 1 ноября 2016 года, с 23 декабря 2016 года по 30 декабря 2016 года, с 23 января 2017 года по 31 января 2017 года, с 7 февраля 2017 года по 10 февраля 2017 года, с 13 февраля 2017 года по 22 февраля 2017 года, с 9 марта 2017 года по 17 марта 2017 года, с 29 марта 2017 года по 7 апреля 2017 года, с 29 апреля 2017 года по 5 мая 2017 года, с 19 мая 2017 года по 26 мая 2017 года, с 19 июня 2017 года по 22 июня 2017 года, с 9 июля 2017 года по 14 июля 2017 года, с 9 августа 2017 года по 18 августа 2017 года, с 29 августа 2017 года по 8 сентября 2017 года, с 21 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 19 октября 2017 года по 27 октября 2017 года, с 11 ноября 2017 года по 17 ноября 2017 года, с 9 января 2018 года по 19 января 2018 года, что подтверждается книгой учета лиц, содержащихся в ИВС Отдела МВД России по Тогучинскому району, а также сведения ОМВД России по Тогучинскому району.
Представленными в материалы дела актом проверки органом государственного контроля N 99 от 27 мая 2015 года, актом комиссионного обследования ИВС, утвержденного 28 сентября 2016 года подтверждается, что указанные в решении суда недостатки ИВС наличествуют и по состоянию на даты утверждения актов не устранены.
Представленной в материалы дела информацией ОМВД России по Тогучинскому району также подтверждается, что в период содержания Ерлычкова Д.В. в ИВС ОМВД России по Тогучинскому району камеры не полном объеме отвечали требованиям нормативных правовых актов Российской Федерации.
В связи с ненадлежащими условиями содержания в ИВС 4 июля 2016 года Ерлычков Д.В. обращался с жалобой в прокуратуру Тогучинского района Новосибирской области, от которой впоследствии отказался, в связи с чем производство по его обращению было прекращено.
Определением Тогучинского районного суда Новосибирской области от 20 февраля 2017 года предоставлена отсрочка исполнения решения Тогучинского районного суда Новосибирской области от 1 февраля 2012 года на срок до 1 мая 2018 года, что, соответственно, свидетельствует о том, что на день принятия указанного определения установленные решением суда недостатки ИВС не устранены.
Согласно приказу ГУ МВД России по Новосибирской области N 458 от 24 июля 2017 года в связи с окончанием капитального строительства здания ИВС ОМВД по Тогучинскому району он введен в эксплуатацию с 25 июля 2017 года.
Разрешая заявленные требования по существу, суд первой инстанции исходил из того, что условия содержания истца в изоляторе временного содержания ОМВД России по Тогучинскому району не соответствовали в полной мере нормам, установленным Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ и Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел в период с 8 февраля 2015 года по 14 июля 2017 года, достаточное материально-бытовое обеспечение истцу в указанный период не предоставлялось, что очевидно причинило истцу моральный вред, но, учитывая при этом отсутствие в деле доказательств, объективно свидетельствующих о том, что установленные ненадлежащие условия содержания истца в ИВС причинили вред его здоровью, пришел к выводу о частичном удовлетворении требований о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Ерлычкова Д.В. компенсации морального вреда. В удовлетворении требований к Министерству финансов Российской Федерации отказано, поскольку данный орган не является надлежащим ответчиком.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая срок нахождения истца в условиях ИВС, длительность пребывания истца в ненадлежащих условиях, основания содержания в следственном изоляторе, степень нравственных страданий, его индивидуальные особенности, требования разумности и справедливости, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что необеспечение надлежащих условий содержания повлекло какие-либо тяжкие последствия или причинило вред здоровью истца, пришел к выводу о компенсации морального вреда в размере 3 000 руб.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.
Выводы судов являются правильными.
В силу статей 17 и 21 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.
Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
Согласно статьи 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в Постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
В соответствии со статьей 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со ст. 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству (абзац 4). Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности (абзац 5). При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания (абзац 6). Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (абзац 7).
Из приведенных конституционных и правовых норм, а также из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации и Европейского Суда следует, что содержание обвиняемого (подозреваемого) в ИВС в условиях, которые несовместимы с уважением его человеческого достоинства, и не соответствуют установленным законом нормам, влечет нарушение его неимущественных прав, гарантированных законом.
Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав и др. (пункт 2). Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты (п. 4).
Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.
В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также г других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушите; обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения
