Кассационный военный суд в составе:
председательствующего Лебедева А.Г, судей Ключикова И.А. и Лунёва П.В, при секретаре судебного заседания Резановой Н.М, с участием старшего военного прокурора отдела Главной военной прокуратуры полковника юстиции Каткова А.С. и с участием путём использования систем видеоконференц-связи осуждённого Алейникова А.М. и его защитника - адвоката Командресова А.Ю, осуждённого Николаева М.В. и его защитника - адвоката Губенко Р.В, осуждённого Свиридова Е.А. и его защитника - адвоката Каматёсовой Л.Л.
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам адвокатов Командресова А.Ю, Губенко Р.В. и Каматёсовой Л.Л. на приговор Псковского гарнизонного военного суда от 08 июля 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам 1-го Западного окружного военного суда от 18 ноября 2021 года в отношении Алейникова А.М, Николаева М.В. и Свиридова Е.А.
Заслушав доклад судьи Ключикова И.А, изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание судебных актов, принятых по нему, доводы кассационных жалоб и поступивших на них возражений, выступления адвокатов Командресова А.Ю, Губенко Р.В. и Каматёсовой Л.Л. осуждённых Алейникова А.М, Николаева М.В. и Свиридова Е.А, поддержавших кассационные жалобы, и прокурора Каткова А.С. об отсутствии оснований для удовлетворения этих жалоб, Кассационный военный суд
установил:
по указанному приговору, оставленному без изменения в апелляционном порядке, бывший военнослужащий по контракту войсковой части N 1 "звание" Свиридов Евгений Александрович, несудимый, бывшие военнослужащие по контракту войсковой части N 2 "звание" Алейников Александр Михайлович, несудимый
и "звание" Николаев Михаил Владимирович, несудимый
осуждены по ч. 4 ст. 159 УК РФ:
Свиридов на 4 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима с лишением на основании ст. 48 УК РФ воинского звания " "звание"";
Алейников и Николаев на 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима каждый с лишением на основании ст. 48 УК РФ воинских званий, соответственно, " "звание"" и " "звание"".
Судом частично удовлетворены исковые требования Министерства обороны Российской Федерации о возмещении имущественного ущерба, причинённого преступлением, и в его пользу с осуждённых постановлено взыскать:
со Свиридова 9 435 143 рубля 08 копеек;
с Алейникова и Николаева по 3 846 536 рублей 53 копейки с каждого.
В приговоре также разрешены вопросы, относящиеся к арестованному имуществу, вещественным доказательствам и процессуальным издержкам.
Алейников, Николаев и Свиридов судом признаны виновными в том, что в период с 13 апреля 2015 года по 17 апреля 2017 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре, они в составе организованной группы с другими лицами, в отношении которых уголовные дела выделены в отдельные производства, путём обмана, злоупотребления доверием и с использованием своего служебного положения совершили хищение "данные изъяты" на общую сумму "данные изъяты", то есть в особо крупном размере, из которых Свиридов участвовал в хищении "данные изъяты" и его сокрытии на сумму "данные изъяты", а Алейников и Николаев - каждый на сумму "данные изъяты".
В кассационной жалобе адвокаты Командресов и Губенко указывают на недоказанность вины осуждённых Алейникова и Николаева в совершении вменённых им по приговору преступных действий, полагая, что обжалованные судебные акты вынесены с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов. Ссылаются кассаторы и на неверную квалификацию действий осуждённых, отсутствие доказательств наличия организованной группы, сговора, корыстного умысла и их осведомлённости о преступных действиях иных лиц, на выполнение осуждёнными Алейниковым и Николаевым приказов и распоряжений вышестоящих должностных лиц, немотивированность выводов суда, постановление приговора на основании предположений.
Помимо этого в обоснование своей кассационной жалобы адвокатом Командресовым на основе сделанного им анализа ряда доказательств изложена его собственная трактовка произошедшего по вменённым Алейникову шести эпизодам преступной деятельности, действий при этом последнего и приведены иные доводы, суть которых сводится к следующему:
- вина Алейникова состоит только в халатности и ненадлежащем контроле за деятельностью подчинённых ему должностных лиц вещевой службы;
- следствием и судом не установлены факты непосредственного участия Алейникова в совершении хищений и не установлено его внеслужебное общение с иными указанными в приговоре лицами с целью совершения преступления;
- показаниями свидетеля ФИО1 в ходе судебного следствия подтверждено, что он в сговор с Алейниковым и Николаевым не вступал, "данные изъяты" похищалось без участия войсковой части N 2;
- назначенное Алейникову наказание является чрезмерно суровым, а отказ стороне защиты в применении к нему положений ч. 6 ст. 15 и ст. 73 УК РФ и лишение его воинского звания - необоснованными. Судом при этом не учтены наличие у Алейникова больных матери и супруги, его положительные характеристики, семейное положение, трудоустройство на муниципальной службе и постпреступное поведение;
- несмотря на то, что судом была учтена явка Алейникова с повинной, ссылка на применение положений п. "и" ст. 61 и ст. 62 УК РФ в приговоре отсутствует;
- доводы, приведённые стороной защиты в апелляционных жалобах, оставлены судом второй инстанции без оценки.
В заключение жалобы адвокат Командресов просит переквалифицировать действия Алейникова на ч. 1 ст. 293 УК РФ и смягчить ему наказание, применив положения ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ и отменив назначенное ему дополнительное наказание.
В кассационной жалобе адвоката Губенко приведены также следующие доводы:
- материалами уголовного дела не установлено, кто именно и при каких обстоятельствах предложил Николаеву войти в созданную ФИО2 организованную группу, и что Николаев с этим согласился. Вывод суда о том, что это сделал Алейников, своего подтверждения в ходе судебного заседания не нашёл. При этом, вопреки указанию в приговоре, другие допрошенные судом соучастники не изобличили Николаева в совершении преступления в составе данной группы и в передаче ему денежных средств;
- судом первой инстанции не проверены, а судом апелляционной инстанции не опровергнуты доводы защиты о том, что Николаев ничего не знал о хищениях "данные изъяты"; он ни от кого не получал денежных средств за продажу "данные изъяты" и ни с кем на данную тему не общался;
- бездоказательно изложенное в апелляционном определении мнение военного прокурора о корыстной заинтересованности Николаева, выраженной в его карьеристских побуждениях;
- все проводимые Николаевым операции по получению вещевого имущества, его передаче и списанию объяснялись служебной необходимостью и для этого ему представлялись документы, сомневаться в достоверности которых у него оснований не имелось;
- председательствующим по делу в ходе судебного следствия неоднократно в нарушение положений уголовно-процессуального закона удовлетворялись ходатайства государственного обвинителя об оглашении показаний допрошенных в суде свидетелей, данных ими на предварительном следствии, при отсутствии в них существенных противоречий.
В заключение жалобы адвокат Губенко просит отменить вынесенные в отношении осуждённого Николаева судебные акты и, не передавая уголовное дело на новое судебное рассмотрение, прекратить его в связи с отсутствием в деянии состава преступления.
В кассационной жалобе адвокат Каматёсова указывает на несправедливость приговора в отношении осуждённого Свиридова, несоответствие изложенных в нём выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также неправильную квалификацию содеянного последним, в обоснование чего ею приведены следующие доводы:
- в приговоре суд перечислил доказательства, но их не проанализировал в части, подтверждающей версию защиты, не дал оценку показаниям свидетеля ФИО1 относительно присвоения им денег, предназначавшихся Свиридову, не опроверг версию защиты о существовавших отношениях между ФИО1, ФИО3 и ФИО2, не разрешилпротиворечия в показаниях свидетелей ФИО4 и ФИО1. Нарушен судом порядок оглашения показаний ряда свидетелей, данных ими на предварительном следствии, при отсутствии на то оснований и наличии возражений стороны защиты; не дана оценка нарушениям, допущенным при проведении по делу финансово-экономических экспертиз и ревизии в период отсутствия ФИО1 ; без отказа государственного обвинителя от допроса заявленного свидетеля суд не принял мер к его вызову для допроса и оглашения его показаний;
- в основу обвинительного приговора положены листы блокнота ФИО3, которые не исследовались в судебном заседании, а сам блокнот никто не видел;
- вывод суда относительно совершения преступления организованной группой не мотивирован, а речь может идти только о группе лиц по предварительному сговору, использовании своего служебного положения и халатности;
- хищения были организованы офицерами рангом выше, чем у ФИО2, но не все были привлечены к ответственности. При этом последнему суд апелляционной инстанции "вернул" звание, а Свиридову - нет, что свидетельствует о том, что с ним поступили более сурово, чем с другими.
Помимо этого адвокат Каматёсова, ссылаясь на отсутствие по делу отягчающих наказание обстоятельств и наличие смягчающих обстоятельств, полагает, что судом при назначении наказания не учтено, что Свиридов вину в предъявленном обвинении признал полностью, а не частично, как это указано в приговоре, единственный внёс в погашение ущерба наибольшую сумму, поставив свою семью в сложное материальное положение, раскаялся в содеянном, имеет на иждивении престарелых родителей и несовершеннолетнего ребёнка, страдает от последствий перенесённой коронавирусной инфекции; Свиридов из интеллигентной семьи, успешно закончил военное училище, с энтузиазмом и рвением исполнял свои служебные обязанности.
В заключение жалобы адвокат Каматёсова просит приговор в отношении осуждённого Свиридова изменить: исключить из него квалифицированный признак организованной группы и назначить Свиридову наказание с применением положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 и ст. 73 УК РФ.
В возражениях на кассационные жалобы адвокатов Командресова, Губенко и Каматёсовой военный прокурор Псковского гарнизона полковник юстиции Ратников и его заместитель майор юстиции Панков указывают на несостоятельность содержащихся в них доводов и просят эти жалобы оставить без удовлетворения.
Проверив материалы дела и обсудив доводы сторон, Кассационный военный суд приходит к выводу о том, что кассационные жалобы адвокатов Командресова, Губенко и Каматёсовой не подлежат удовлетворению.
Доводы этих жалоб, в основном, повторяют доводы стороны защиты при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций, которые проверялись в судебных заседаниях и отвергнуты судами по правильным и исчерпывающим по своей полноте и убедительности мотивам, изложенным в обжалованных в кассационном порядке судебных актах, законность которых сомнений не вызывает.
Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
В соответствии с п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 19 "О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду неправильного применения уголовного закона и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, в частности на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску.
Однако таких нарушений, которые были бы допущены судами первой и второй инстанций при вынесении обжалованных в кассационном порядке судебных актов, не усматривается.
Вывод суда о виновности осуждённых Алейникова, Николаева и Свиридова в совершении вменённого им по приговору преступления основан на убедительной совокупности приведённых в приговоре доказательств, к которым суд правомерно отнёс показания Алейникова и Свиридова, частично признавших свою вину, показания ФИО2, ФИО1, ФИО5, ФИО3 - лиц, в отношении которых уголовное дело было выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве - об обстоятельствах совершения совместно с Алейниковым, Николаевым и Свиридовым хищений "данные изъяты", протоколы следственных действий, заключения экспертов и другие доказательства.
Положенные в основу приговора доказательства, которые не вызывают сомнения в своей относимости, допустимости и достоверности, были получены в установленном законом порядке, всесторонне полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. 87 и 88 УПК РФ проверены судом и оценены в приговоре, что позволило суду прийти к обоснованному выводу о доказанности вины Алейникова, Николаева и Свиридова в предъявленном обвинении и мотивированно отвергнуть при этом их показания, направление на оспаривание данного обвинения.
При этом относящиеся к этой позиции осуждённых доводы стороны защиты не были оставлены без внимания судом, который, признавая их надуманными, привёл в приговоре правильные и убедительные аргументы в обоснование своих выводов.
В ходе судебного следствия судом выяснялись обстоятельства дачи показаний при производстве по делу допрошенными в суде свидетелями, в том числе и теми, на которых имеются ссылки в кассационных жалобах, не были проигнорированы имевшиеся противоречия в показаниях, причины противоречий в соответствии с положениями ч. 3 ст. 281 и ч. 1 ст. 281.1 УПК РФ уточнялись, что позволило правильно изложить в приговоре признанные достоверными их показания, правомерно констатировав отсутствие у лиц, чьи показания были положены в основу обвинительного приговора, оснований для оговора подсудимых.
При заявлении ходатайств об оглашении показаний свидетелей в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, государственным обвинителем приводилась должная аргументация для принятия судом такого решения, основанная на действительной необходимости уточнения имеющих для дела обстоятельств, о которых показывали эти лица, в связи с чем следует признать несостоятельными утверждения адвокатов Губенко и Каматёсовой о необоснованности оглашения показаний неназванных ими в жалобах лиц.
Несостоятельна и ссылка адвоката Каматёсовой на непринятие судом мер для вызова в судебное заседание и оглашения показаний также не указанного ею в жалобе неявившегося свидетеля, поскольку подобные действия суда в силу положений ст. 278 и 281 УПК РФ могли иметь по ходатайству или согласия сторон, а для оглашения показаний свидетеля по инициативе суда должны быть предусмотренные ч. 2 ст. 281 УПК РФ условия, которые кассатором не упоминаются.
Содержание изъятого у ФИО3 ежедневника с записями о распределении денежных средств между участниками организованной группы, приобщённого к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 82 л.д. 94-95), на которые суд также сослался в приговоре, было установлено из протоколов осмотра этого документа от 10 ноября 2017 года (т. 82 л.д. 81-86) и 01 апреля 2020 года (т. 82 л.д. 92-93), в связи с чем несостоятельны доводы адвоката Каматёсовой о неосведомлённости стороны защиты с этими записями.
Выводы суда о наличии у осуждённых Алейникова, Николаева и Свиридова корыстного мотива при совершении вменённых им преступных действий и получении ими за это денежного вознаграждения соответствуют установленным по делу обстоятельствам содеянного.
При этом суд не констатировал, что корыстная заинтересованность Николаева выражалась в его карьеристских побуждениях, а поэтому несостоятельна ссылка адвоката Губенко на мнение об этом прокурора, изложенное в возражениях на апелляционные жалобы стороны защиты.
Приведённые кассаторами в жалобах доводы, направленные на обоснование своего несогласия с произведённой судом в приговоре оценкой доказательств и на их переоценку с целью определения иных, отличных от установленных судом обстоятельств содеянного осуждёнными Алейниковым, Николаевым и Свиридовым, в том числе связанные с выводами суда о совершённых каждым из них конкретных действиях, обстоятельствах сговора о преступлении, корыстном мотиве содеянного, получении денежного вознаграждения за участие в этом преступлении оставляются Кассационным военным судом без проверки, поскольку в силу положений ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу, то есть исключительно правильность применения судами норм уголовного и уголовно-процессуального законов (вопросы права).
Тот факт, что данная судами оценка доказательств не совпадает с позицией кассаторов, не свидетельствует о нарушении требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием для отмены или изменения обжалованных ими судебных актов.
Таким образом, тщательно проверив доводы стороны защиты, направленные на оспаривание обвинения, предъявленного Алейникову, Николаеву и Свиридову, суд по результатам надлежащего исследования и всесторонней оценки представленных сторонами доказательств мотивированно отверг эти доводы, придя к правильному выводу о совершении ими преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
При этом суд верно определилкруг должностных полномочий осуждённых Алейникова, Николаева и Свиридова, в связи с чем правомерно констатировал, что хищение "данные изъяты" было совершено ими с использованием своего служебного положения, и этот вывод соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате".
Вопреки
