Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Шкоды А.В, судей Конова Т.Х. и Корлыханова А.В, при ведении протокола помощником судьи Молчановой А.С, с участием прокурора Ченского Г.Г, осужденного ФИО1 путем видеоконференц-связи, его защитника по соглашению - адвоката Бурушко Э.Н, рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора г. Москвы
ФИО7 и кассационной жалобе защитника осужденного ФИО1 - адвоката Бурушко Э.Н. на приговор Тверского районного суда г. Москвы от
6 апреля 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 25 октября 2021 года в отношении ФИО1.
Заслушав доклад судьи Конова Т.Х, выступления прокурора
Ченского Г.Г, поддержавшего доводы кассационного представления об отмене апелляционного определения с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение, а также осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Бурушко Э.Н. об отмене судебных решений и прекращении уголовного дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
приговором Тверского районного суда г. Москвы от 6 апреля 2021 года
ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в "адрес", несудимый, осужден по ч. 2 ст. 318 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима;
мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу и взят под стражу в зале суда;
срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу;
на основании п. "б" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время задержания ФИО1 в период с 9 марта 2020 года по 11 марта 2020 года и содержания его под стражей с 6 апреля 2021 года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ;
в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под домашним арестом в период с 12 марта 2020 года до 6 апреля 2021 года зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;
разрешен вопрос о гражданском иске.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 25 октября 2021 года приговор оставлен без изменения.
По приговору суда ФИО1 признан виновным в применении насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с использованием им своих должностных обязанностей.
Преступление совершено в марте 2020 года в "адрес" при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационном представлении заместитель прокурора г. Москвы
Малюков В.А. выражает несогласие с апелляционным определением, считая его незаконным, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона. В доводах указывает, что осужденный и потерпевший со свидетелем дали противоречащие друг другу показания; при этом стороной защиты были поданы замечания на протокол судебного заседания, указывая, что в нем изложены показания указанных лиц, существенно отличающиеся от их показаний, зафиксированных в аудиопротоколе, однако данные замечания постановлениями от 17 апреля и 15 сентября 2021 года Тверским районным судом г. Москвы были отклонены.
Судом апелляционной инстанции, рассматривая апелляционные жалобы защитника, в удовлетворении его ходатайства об исследовании аудиопротокола заседания суда первой инстанции отказано, не мотивировав свое решение; при таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии искажений показаний потерпевшего ФИО12 и свидетеля
ФИО9 без сравнения содержания письменных протоколов и аудиопротокола судебного заседания считает необоснованным.
Отмечает, что суд апелляционной инстанции необоснованно согласился с исключением из числа доказательств заключение специалиста (ч. 3 ст. 80
УПК РФ), привлеченного стороной защиты для дачи разъяснений, входящих в его профессиональную компетенцию. При этом довод апелляционной инстанции о необходимости назначения ситуационной судебно-медицинской экспертизы и установления возможности умышленного нанесения удара осужденным потерпевшему остался без рассмотрения.
Полагает, что суд апелляционной инстанции в нарушение требований
пп. 6, 7 ч. 3 и ч. 4 ст. 389.28 УПК РФ немотивированно отклонил ходатайство стороны защиты об исследовании аудиопротокола и дала оценку доводу об искажении показаний потерпевшего и свидетеля без надлежащей проверки, а также не рассмотрел довод о необходимости назначения ситуационной судебно-медицинской экспертизы и необоснованно признал верным исключение из числа доказательств заключения специалиста, что ставит под сомнение законность и обоснованность данного судебного решения в целом.
Считает, что допущенные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения. Просит отменить апелляционное определение и направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе суда, оставив меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения.
В кассационной жалобе адвокат Бурушко Э.Н, действуя в защиту интересов осужденного ФИО1, выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями; считает их незаконными, вынесенными с существенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального законов. В доводах указывает, что вывод суда о виновности его подзащитного в умышленном нанесении удара коленом в работника полиции ФИО12 не соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на недопустимых доказательствах. Обращает внимание, что осужденный ФИО1 всегда давал последовательные показания о том, что телесные повреждения у потерпевшего могли образоваться от их непроизвольного столкновения, когда сотрудники полиции стаскивали его с крыши автомашины; показания работников ФИО16 нанесении ФИО1 преднамеренного удара потерпевшему, являются их субъективным мнением, предположением, поскольку момента удара они не видели, в связи с чем указанные показания в силу п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми.
Отмечает, что суд первой инстанции необоснованно отверг в качестве допустимого доказательства представленное стороной защиты заключение квалифицированного специалиста в области судебно-медицинской экспертизы кандидата медицинских наук Богомоловой И.Н, которая установилаанатомическую невозможность нанесения ФИО1 целенаправленного удара в область лица Чумачкова М.С, находясь на крыше автомобиля; суд апелляционной инстанции, признав заключение специалиста полученным непроцессуальным путем, необоснованно согласился с выводами суда первой инстанции, нарушив право на защиту, требования ст. 53, 74 и 86 УПК РФ, разъяснения Пленума Верховного суда РФ и норм международного права.
Считает, что судом нарушен один из принципов уголовного судопроизводства, предусмотренный ч. 3 ст. 14 УПК РФ, о том, что все сомнения в виновности обвиняемого должны трактоваться в его пользу.
Обращает внимание, что суд скопировал в полном объеме текст обвинения из обвинительного заключения и оставил его без изменения при описании преступного деяния, при том, что в ходе судебного разбирательства установлены иные обстоятельства; суд апелляционной инстанции, проигнорировав указанные нарушения закона, необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исследовании конкретных и ключевых материалов уголовного дела в судебном заседании и принял решение, противоречащие принципам ст. 389.13 УПК РФ, фактически без проведения судебного следствия, в том числе об исследовании аудиозаписей судебного заседания с допросами потерпевшего ФИО12 и свидетеля ФИО9, противоречащие протоколу судебного заседания.
Просит судебные решения в отношении ФИО1 отменить.
В возражениях на кассационную жалобу и.о. Тверского межрайонного прокурора Зайцев Т.М, опровергая доводы кассационной жалобы, указывает на законность и обоснованность судебных решений в отношении ФИО1 и просит их оставить без изменений, кассационную жалобу адвоката
Бурушко Э.Н. - без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления, кассационной жалобы и возражений на нее, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Такие нарушения уголовно-процессуального закона по делу допущены судом апелляционной инстанции.
По смыслу закона субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 318 УК РФ, характеризуется прямым умыслом.
Как следует из приговора, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, имея умысел на применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с использованием им своих должностных обязанностей, оказал последнему активное сопротивление, вследствие чего, находясь на крыше автомобиля полиции, припаркованного около "адрес", нанес целенаправленный удар своим коленом в область лица полицейского ФИО12, чем причинил ему повреждение в виде перелома костей носа, повлекшее легкий вред здоровью.
Однако осталось без надлежащей оценки судом апелляционной инстанции, что в ходе предварительного следствия и в суде ФИО1 вину в совершении преступления не признал и настаивал на том, что удар коленом нанес случайно ФИО12 при падении с крыши автомобиля, когда его из сидячего положения стягивали оттуда работники полиции.
Из протоколов судебного заседания от 1 и 19 октября 2020 года следует, что потерпевший ФИО12 и работник полиции ФИО13, допрошенный в качестве свидетеля, подтвердили, что удар был нанесен при снятии осужденного с крыши автомобиля; при этом, по их мнению, удар был нанесен умышленно; ФИО1 имел возможность приземлиться, не контактируя ногами с потерпевшим.
Замечания стороны защиты на протокол судебного заседания, в связи с противоречиями изложенных в нем показаний потерпевшего и свидетеля и зафиксированных в аудиопротоколе, были отклонены постановлениями Тверского районного суда г. Москвы от 15 сентября 2021 года и 17 апреля
2021 года.
При рассмотрении апелляционной жалобы защитника на приговор и указанные постановления суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исследовании аудиопротокола судебного заседания суда первой инстанции, не мотивировав свое решение, и сделал вывод об отсутствии искажений показаний потерпевшего и свидетеля.
Согласно ч. 2 ст. 271 УПК РФ суд, выслушав мнения участников судебного разбирательства, рассматривает каждое заявленное ходатайство и удовлетворяет его либо выносит определение или постановление об отказе в удовлетворении ходатайства, которые по смыслу закона должны быть надлежаще мотивированными.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 21 ноября 2013 года N 1904-0, уголовно-процессуальный закон (ч. 2 ст. 159 и ст. 274 УПК РФ) исключает возможность произвольного отказа как в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты, так и в приобщении к материалам уголовного дела и исследовании представленных ею доказательств. Такой отказ возможен лишь в случаях, когда доказательство не имеет отношения к уголовному делу и не способно подтверждать обстоятельства, подлежащие установлению при производстве по уголовному делу. Принимаемое при этом решение во всяком случае должно быть обосновано ссылками на конкретные доводы, подтверждающие неприемлемость соответствующего доказательства.
При таких обстоятельствах указанный вывод суда апелляционной инстанции без сравнения содержания письменных протоколов и аудиопротокола судебного заседания суда первой инстанции, которое имеет значение для установления формы вины осужденного, является необоснованным.
Кроме того, судебная коллегия согласилась с исключением из числа доказательств заключения специалиста, указав, что оно получено непроцессуальным путем, без соблюдения предусмотренных уголовно-процессуальным законом (ст. 58, 168, 270 УПК РФ) правил и порядка допуска лица в качестве специалиста в уголовное дело и дачи им заключения.
Однако суд апелляционной инстанции не учел, что по настоящему уголовному делу специалист был привлечен стороной защиты не для участия в следственных действиях, а для разъяснения в соответствии со ст. 58 УПК РФ сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, в виде заключения специалиста, предусмотренного ч. 3 ст. 80 УПК РФ.
В соответствии с п. 16 постановление Пленума Верховного Суда РФ от
19 декабря 2017 года N 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)", исходя из положений ст. 58 и ч. 3 ст. 80 УПК РФ специалист может привлекаться к участию в судебном разбирательстве для оказания содействия сторонам и суду, в том числе разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Специалист высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устном виде, что отражается в протоколе судебного зас
