Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Жогина О.В, судей Макаровой Е.В, Якубовской Е.В, рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Краснодарском крае и Республике Адыгея, администрации города Сочи о признании права на самовольную постройку, по встречным искам Межрегионального территориального управления Росимущества в Краснодарском крае и Республике Адыгея, администрации города Сочи к ФИО1 о сносе самовольной постройки по кассационной жалобе ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 25 ноября 2021 года.
Заслушав доклад судьи Жогина О.В, выслушав пояснения представителя администрации муниципального образования городской округ город-курорт Сочи Краснодарского края по доверенности - ФИО5, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с иском к МТУ Росимущества в Краснодарском крае и Республике Адыгея (далее - управление) о признании права на самовольную постройку - жилой дом площадью 259, 9 кв. м, расположенный на участке по адресу: "адрес", по схеме планировки квартала индивидуальной жилой застройки в районе села "адрес"; обязании управления Росимущества зарегистрировать право собственности на указанный объект.
Суд привлек к участию в деле по иску ФИО1 в качестве соответчика администрацию города Сочи (далее - администрация).
Управление Росимущества и администрация обратились в суд со встречными исками к ФИО1 о сносе самовольной постройки.
Решением Адлерского районного суда города Сочи Краснодарского края от 25 апреля 2019 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано, исковые требования управления Росимущества и администрации удовлетворены.
Ввиду ненадлежащего извещения районным судом стороны спора о судебном заседании, определением от 4 февраля 2021 года суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 25 ноября 2021 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано, исковые требования управления Росимущества и администрации удовлетворены. Суд признал возведенный ФИО1 жилой дом общей площадью 259, 9 кв. м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером N по адресу: "адрес", по схеме планировки квартала индивидуальной жилой застройки в районе "адрес", самовольной постройкой; обязал ФИО1 осуществить его снос за свой счет.
В кассационной жалобе заявитель просит отменить оспариваемое апелляционное определение, считая, что судом допущены существенные нарушения норм права. Податель жалобы полагает, что судом нарушены процессуальные правила исследования и оценки доказательств, не учтена его добросовестность при осуществлении гражданских прав в отношении занимаемого строением земельного участка.
Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, об отложении рассмотрения дела ходатайств не представили, о причинах неявки не сообщили.
При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167, части 2 статьи 379.5 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
В соответствии с частью 1 статьи 379.6 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении.
Согласно части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.
Судом установлено, что 20 февраля 2015 года ФИО1 приобрел право аренды на земельный участок с кадастровым номером N площадью 615 кв. м, расположенный по адресу: "адрес", по схеме планировки квартала индивидуальной жилой застройки в районе "адрес", у ФИО6, которая, в свою очередь, владела данным земельным участком на основании договора аренды земельного участка от 6 ноября 2008 года, заключенного с администрацией Адлерского района города Сочи, с целью завершения строительства и приема в эксплуатацию жилого дома.
27 октября 2011 года ФИО6 выдано разрешение на строительство дома на данном земельном участке (N) сроком действия - до 31 декабря 2012 года.
До окончания действия данного разрешения ФИО6 построить и сдать в эксплуатацию жилой дом не смогла.
В настоящее время жилой дом достроен ФИО1, однако оформить право собственности на него возможно, как указал суд, только в судебном порядке.
В 2018 году ФИО1 получил требование МТУ Росимущества о выплате арендной платы за использование указанного земельного участка. Заказав выписку из ЕГРН, он выяснил, что настоящим собственником участка является не администрация города, а Российская Федерация.
Право Российской Федерации зарегистрировано в ЕГРН в 2006 году, однако с того времени управление не предъявляло никаких требований о прекращении строительства жилого дома либо о его сносе.
Во избежание споров с МТУ Росимущества, которые могли бы привести к лишению прав на земельный участок, а также построенный ФИО1 жилой дом, последний оплатил управлению сумму задолженности за пользование землей.
Суд апелляционной инстанции назначил по делу судебную строительно-техническую экспертизу, производство которой поручил ООО "Строительно-техническая экспертиза и аудит".
Согласно заключению названной экспертной организации от 23 сентября 2021 года N N, спорный объект капитального строительства, возведенный на земельном участке с кадастровым номером N, на дату осмотра своими объемно-планировочным, техническим и конструктивным решениями соответствует предусмотренным Градостроительным кодексом Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, сводом строительных норм и правил, целевому использованию здания "индивидуальный жилой дом"; трехэтажное здание расположено в контуре выстроенных по сведениям ЕГРН (правомерных) границ земельного участка с кадастровым номером N площадью 615 кв. м, в целом соответствует параметрам, указанным в разрешении на строительство от 27 октября 2011 года N за исключением недостающей по факту, относительно разрешенной, площади здания (по разрешению 291, 2 кв. м, по факту - 259, 9 кв. м), а соответственно объема строения (по разрешению 1134, 0 куб. м, по факту - 1036 куб. м) и превышения срока строительства; устранение выявленного несоответствия по площади и объему здания правоустанавливающей документации возможно, экспертом предложены конкретные меры для этого; устранить несоответствие объекта срокам действия разрешения на строительство технически невозможно; здание соответствует на дату осмотра строительным (в том числе антисейсмическим), санитарным нормам и правилам, требованиям экологической и пожарной безопасности, в целом градостроительным нормам и правилам; частично нарушены градостроительные нормы по параметру превышения минимального отступа от границы земельного участка; соблюдены противопожарные разрывы, санитарные нормы инсоляции и освещения, в том числе по отношению к смежным зданиям, чем обеспечивается отсутствие угрозы жизни и здоровью смежным землепользователям, отсутствие препятствий соседним домовладениям и характеризует выявленное отклонение от градостроительных норм как технически несущественное; индивидуальный жилой дом в целом соответствует требованиям Правил землепользования и
застройки на территории муниципального образования г..-к. Сочи за исключением указанного превышения минимально допустимого отступа от границ земельного участка; здание не препятствует владельцам соседних домовладений в пользовании их строениями и сооружениями, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.
Суд признал данное экспертное заключение надлежащим доказательством по делу.
ФИО6 земельный участок предоставлен на основании договора аренды от 21 июня 2000 года сроком на 3 года с 21 июня 2001 года.
Постановлением главы администрации Адлерского района города Сочи от 19 июля 2005 года N 715 земельный участок вновь предоставлен ФИО6 в аренду сроком на 3 года (на период освоения).
Суд сделал вывод, что ФИО1 не мог приобрести право на земельный участок 20 февраля 2015 года у ФИО6, поскольку к этому моменту ФИО6 какими-либо правами в отношении земельного участка не обладала ввиду истечения срока договора аренды.
Суд счел установленным, что земельный участок с кадастровым номером N принадлежит на праве собственности Российской Федерации (запись регистрации от 18 мая 2006 года).
Сведений о том, что данное право оспорено, и запись о государственной регистрации этого права исключена из ЕГРН, в материалах дела не имеется.
Разрешая спор по существу, руководствуясь статьями 209, 214, 222, 263 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 40, 85 Земельного кодекса Российской Федерации, статьей 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, приняв во внимание разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд апелляционной инстанции исходил из установленного факта того, что собственником земельного участка является Российская Федерация; государственным органом, осуществляющим полномочия собственника в отношении государственного (федерального имущества) на территории Краснодарского края в настоящее время и на момент как первоначального, так и последующих случаев предоставления рассматриваемого участка в аренду, является Межрегиональное территориальное управление, то есть администрация не обладала правами на передачу в аренду земельного участка; ни ФИО1, ни ФИО6, ни иным лицам МТУ Росимущества согласие на строительство либо реконструкцию объекта капитального строительства на указанном земельном участке не давало; ни администрации города Сочи, ни ее территориальным органам полномочия на распоряжение федеральной собственностью от управления не передавались.
Сославшись на результаты осмотра земельного участка, проведенного в рамках осуществления контроля за использованием участка, суд счел установленным, что на находящемся в пользовании ФИО1 земельном участке расположен трехэтажный объект недвижимого имущества в стадии отделочных работ. На основании представленных в материалы дела фотоматериалов суд сделал вывод о том, что спорный объект возможно использовать в качестве 6-квартирного жилого дома, о чем, как указал суд, свидетельствуют самостоятельные выходы на внешнюю лестничную клетку и одинаковая поэтажная планировка. Данные обстоятельства суд расценил как нарушение вида разрешенного использования земельного участка - "садоводство", который не предполагает строительства на нем многоквартирного жилого дома.
Суд указал, что надлежащие меры к легализации самовольной постройки, в частности к получению разрешений на строительство и ввод объекта капитального строительства в эксплуатацию ФИО1 не предпринимались.
Ввиду изложенного суд пришел к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований о признании права на самовольную постройку, усмотрев основания для удовлетворения встречных исковых требований МТУ Росимущества и администрации города Сочи о сносе самовольной постройки.
Рассматривая дело в кассационном порядке, судебная коллегия находит, что с изложенными апелляционным судом выводами согласиться нельзя по следующим основаниям.
В соответствии с частью 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснено в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61 и 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Согласно части 5 статьи 330 ГПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью 4 этой статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения.
Из приведенной нормы закона следует, что после вынесения определения о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по общим правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, без каких-либо ограничений.
Таким образом, апелляционное определение также должно соответствовать общим требованиям, предъявляемым к решению суда статьей 195 ГПК РФ, то есть должно быть законным и обоснованным.
Названные требования судом апелляционной инстанции по настоящему делу не выполнены.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что суды в каждом конкретном деле, касающемся сноса самовольной постройки, должны исследовать обстоятельства создания такой постройки, устанавливая лицо или лиц, осуществлявших данное строительство и/или являвшихся заказчиками этого строительства. Конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация гражданско-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 года N 8-П).
Принятие решения о сносе самовольной постройки направлено на достижение баланса между публичными и частными интересами.
В Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года, отмечено, что возложение обязанности по сносу самовольной постройки представляет собой санкцию за совершенное правонарушение в виде осуществления самовольного строительства; наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.
По смыслу положений статьи 222 ГК РФ содержащаяся в ней санкция может быть применена, если доказана вина лица в осуществлении самовольной постройки. Осуществление самовольной постройки является виновным действием, доказательством совершения которого служит установление хотя бы одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 222 ГК РФ. Необходимость установления вины застройщика подтверждается и положением пункта 3 статьи 76 ЗК РФ, согласно которому снос зданий, строений, сооружений при самовольном занятии земельных участков или самовольном строительстве осуществляется лицами, виновными в указанных земельных правонарушениях, или за их счет.
Таким образом, степень вины правонарушителя, как и существенность нарушений градостроительных и строительных норм и правил, подлежит обязательному установлению судами на основании совокупности доказательств, применительно к особенностям конкретного дела.
Кроме того, суду необходимо установить имеющее значение для дела обстоятельство: нарушение прав истца самовольной постройкой в той мере, которая может обосновать необходимость и соразмерность защиты нарушенного права исключительно заявленным им способом.
Судебная коллегия считает, что суд апелляционной инстанции вышеприведенные положения действующего законодательства и разъяснения по их применению не учел.
Поскольку снос объекта является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, а устранение последствий нарушений должно быть соразмерно самому нарушению и не приводить к нарушению устойчивости гражданского оборота и причинению несоразмерных убытков, обстоятельства, на которые ссылается суд в принятом апелляционном определении, не могут бесспорно свидетельствовать о наличии оснований, с которыми закон связывает необходимость сноса спорного объекта.
Статьей 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
В предмет доказывания по иску о сносе самовольной постройки входят следующие обстоятельства: отсутствие отведения в установленном порядке земельного участка для строительства; отсутствие разрешения на строительство; несоблюдение ответчиком градостроительных, строительных норм и правил при возведении постройки; нарушение постройкой прав и законных интересов истца либо других лиц; наличие угрозы жизни и здоровью граждан.
Частью 1 статьи 55 ГПК РФ предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 ГПК РФ).
Гражданское процессуальное законодательство возлагает обязанность на суд непосредственно исследовать доказательства по делу (часть 1 статьи 157 ГПК РФ), а в части 1 статьи 67 ГПК РФ эта обязанность указана в качестве правила оценки доказательств судом - по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании
