Апелляционное определение СК по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 08 декабря 2022 г. по делу N 55-599/2022

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего судьи Ходака Д.В, судей Урняевой Г.Ю, Бычковой Н.А, при секретаре Николаевой Е.Н, с участием прокурора Мановой Е.Н, осужденных Кальпина А.А, Галкина С.П, Кальпина М.А, посредством системы видеоконференцсвязи, их адвокатов Клементьевой А.Р, Птицыной С.С, Мигачевой И.А, соответственно, рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Паньковой Т.В, апелляционные жалобы осужденных Кальпина А.А, Галкина С.П, Кальпина М.А, адвокатов Клементьевой А.Р, Караваевой Е.А, Илау А.В. на приговор Нижегородского областного суда от 21 июля 2022 года, которым

Кальпин АА, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе "адрес", судимый

приговором от ДД.ММ.ГГГГ по пунктам "а", "в", "г" части 2 статьи 162 УК РФ, с применением части 5 статьи 69 УК РФ, с учетом изменений внесенных постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ, к 9 годам лишения свободы;

приговором от ДД.ММ.ГГГГ по пунктам "а", "в" части 2 статьи 158, по пунктам "а", "б" части 2 статьи 158, части 3 статьи 30, пункту "а" части 3 статьи 158 УК РФ, с применением части 3 статьи 69 УК РФ, к наказанию в виде 2 лет 9 месяцев лишения свободы;

приговором от ДД.ММ.ГГГГ по пункту "а" части 3 статьи 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

приговором от ДД.ММ.ГГГГ по части 1 статьи 158 УК РФ к 1 году лишения свободы условно, с применением статьи 73 УК РФ, с испытательным сроком 1 год;

осужден приговором от ДД.ММ.ГГГГ по части 1 статьи 228, статье 264.1 УК РФ, с применением части 2 статьи 69 УК РФ, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев;

осужден к лишению свободы

по части 1 статьи 222.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N370-ФЗ) к 2 годам 6 месяцам со штрафом в размере 50 000 рублей;

по части 3 статьи 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N370-ФЗ) к 5 годам 6 месяцам без штрафа;

по части 1 статьи 209 УК РФ к 11 годам с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре;

по пунктам "а", "б" части 4 статьи 162 УК РФ к 10 годам.

На основании части 3 статьи 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, к 13 годам 6 месяцам, со штрафом в размере 50 000 рублей и с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

На основании части 5 статьи 74 УК РФ отменено условное наказание по приговору от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании статьи 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, к 14 годам со штрафом в размере 50 000 рублей и с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

по статье 264.1 УК РФ в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N65-ФЗ к 1 году с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.

На основании части 5 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания по настоящему приговору и приговору от ДД.ММ.ГГГГ к 15 годам в исправительной колонии особого режима со штрафом в размере 50 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре и с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

В соответствии с частью 3.2 статьи 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день задержание и содержание под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу.

Зачтено наказание, отбытое по приговору от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Галкин СП, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе "адрес", судимый приговором от ДД.ММ.ГГГГ по пункту "в" части 2 статьи 158 УК РФ к 300 часам обязательных работ, из который отбыто 100 часов;

осужден к лишению свободы

по части 2 статьи 209 УК РФ к 9 годам с ограничением свободы на 6 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре;

по пунктам "а", "б" части 4 статьи 162 УК РФ к 9 годам.

На основании части 3 статьи 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к 10 годам с ограничением свободы на срок 6 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

На основании статей 71, 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, к 10 годам 20 дням в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения оставлена прежней в виде содержания под стражей, до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с частью 3.2 статьи 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день задержание и содержание под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу.

Кальпин МА, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в городе "адрес", не судимый;

осужден к лишению свободы

по части 2 статьи 209 УК РФ к 9 годам с ограничением свободы на срок 10 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре;

по пунктам "а", "б" части 4 статьи 162 УК РФ к 9 годам.

На основании части 3 статьи 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, к 10 годам в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 10 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения оставлена прежней в виде содержания под стражей, до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с частью 3.2 статьи 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день задержание и содержание под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевших Потерпевший N3, Потерпевший N1, Потерпевший N2 разрешен.

В удовлетворении иска Потерпевший N3 отказано.

Взыскано с Кальпина А.А, Галкина С.П. и Кальпина М.А, солидарно, в счет погашения материального ущерба причиненного преступлением в пользу Потерпевший N1 258 453 рубля 55 копеек, в пользу Потерпевший N2 351 250 рублей 18 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

По делу разрешены вопросы о судьбе арестованного имущества и вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Урняевой Г.Ю, изложившей содержание приговора, существо апелляционного представления и апелляционных жалоб, заслушав выступление прокурора Мановой Е.Н, осужденных Кальпина А.А, Галкина С.П, Кальпина М.А, их адвокатов Клементьевой А.Р, Птицыной С.С, Мигачевой И.А, поддержавших доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, соответственно,

УСТАНОВИЛА:

Кальпин А.А. осужден за то, что создал устойчивую вооруженную группу (банду) состоящую из Галкина, Кальпина М.А. и лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство в целях нападения на граждан, а также руководил такой группой (бандой).

Галкин С.П, Кальпин М.А. осуждены за участие в устойчивой вооруженной группе (банде), созданной в целях нападения на граждан, и в совершенном ею преступлении.

Кальпин А.А, Галкин С.П. и Кальпин М.А. осуждены за совершение в составе такой организованной группы разбойного нападения на ФИО46 и Потерпевший N3, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище, в особо крупном размере.

Кальпин А.А. осужден за незаконные хранение, перевозку и ношение при себе огнестрельного оружия - обреза ружья, изготовленного самодельным способом из двуствольного, гладкоствольного охотничьего ружья 16 калибра отечественного производства марки "ТОЗ" модели Б, 1958 г.в, без номера, путем внесения в него конструктивных изменений, 7 боеприпасов (охотничьих патронов 16 калибра отечественного промышленного производства) к нему, с применением которого совершено разбойное нападение организованной группой, изъятых сотрудниками полиции в 6 часов 15 минут 16 декабря 2020 года в автомобиле Кальпина М.А.

Также Кальпин А.А. осужден за незаконное хранение взрывчатых веществ - пороха охотничьего бездымного марки "Сокол".

Он же (Кальпин А.А.) осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Время, место и иные обстоятельства совершения указанных преступлений подробно изложены в приговоре.

В апелляционном представлении с дополнением (далее апелляционное представление) государственный обвинитель Панькова Т.В. просит об изменении приговора:

исключение из описательно-мотивировочной части приговора указание на то, что лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, незаконно переносило при себе в своей одежде на территории "адрес" и области пистолет "Baikal" и не менее пяти 9-мм. боевых пистолетных патронов отечественного промышленного производства в период с 14 по ДД.ММ.ГГГГ;

исключение из описательно-мотивировочной части приговора указание на то, что незаконный доход, в том числе мог быть потрачен на наркотические средства, которые согласно показаниям Кальпина А.А, Галкина и Кальпина М.А. употребляли участники банды;

освобождение Кальпина А.А. от наказания за совершение преступления, предусмотренного статьей 264.1 УК РФ, на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УК РФ, в связи с истечением срока давности;

возвращение по принадлежности Кальпину М.А. пары обуви, изъятой в его жилище в ходе обыска, проведенного 16 декабря 2020 года по адресу: "адрес".

В обоснование доводов указывает, что суд, исключив из объема обвинения по части 3 статьи 222 УК РФ указание на приобретение лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, при неустановленных обстоятельствах, огнестрельного оружия - пистолета "Baikal" и не менее пяти 9 мм. боевых пистолетных патронов отечественного промышленного производства, а также их ношение, хранение при себе, в своей одежде и в ручной клади, перевозку на неустановленных транспортных средствах при неустановленных обстоятельствах, в том числе на территории города Нижнего Новгорода и области в период с 14 по 15 декабря 2020 года, при описании преступного деяния, признанного доказанным, допустил противоречие в формулировках, указав, что "лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство перечисленное огнестрельное оружие и боеприпасы к нему с целью вооружения созданной Кальпиным А.А. устойчивой вооруженной группы (банды) в период с 14 по 15 декабря 2020 года незаконно переносило при себе в своей одежде на территории города Нижнего Новгорода и Нижегородской области".

Ссылаясь на положения статей 303, 307 УПК РФ о том, что приговор не может быть основан на предположениях отмечает, что суд в нарушение указанных положений закона сослался на "общность интересов участников организованной преступной группы, направленную на незаконное обогащение... незаконное получение большего дохода, который, в том числе мог быть потрачен на наркотические средства, которые согласно показаниям Кальпина А.А. и Галкина употребляли участники банды", несмотря на то, что возможность приобретения наркотических средств на доходы от преступной деятельности не инкриминировалась осужденным и является предположением суда.

Полагает, что приведенные формулировки подлежат исключению из приговора.

Указывает, что после вынесения в отношении Кальпина А.А. приговора, которым он был осужден по статье 264.1 УК РФ, но до вступления приговора в законную силу, истекли сроки давности привлечение к уголовной ответственности по данной статье.

Считает, что Кальпин А.А. подлежит освобождению от назначенного по статье 264.1 УК РФ наказания, на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УК РФ.

Отмечает, что согласно материалам уголовного дела в ходе обыска, проведенного в жилище Кальпина М.А. 16 декабря 2020 года по адресу: "адрес" обнаружена и изъята пара обуви, которая осмотрена, признана вещественным доказательством по делу.

Вместе с тем, в нарушение положений закона, судьба указанного вещественного доказательства судом не разрешена.

В апелляционной жалобе с дополнениями (далее апелляционная жалоба) осужденный Кальпин А.А. просит об отмене приговора, с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Оспаривает осуждение по части 1 статьи 209 УК РФ.

Считает, что выводы суда о создании и руководстве бандой не подтверждены представленными доказательствами.

Указывает, что в судебном заседании не нашли своего подтверждения конструктивные признаки банды - устойчивость, слаженность действий участников банды, длительность существования, большое количество совершенных однотипных преступлений, четкая дисциплина внутри банды.

Отмечает, что судом установлено совершение осужденными одного нападения, непосредственная подготовка к которому осуществлялась в течение нескольких дней до его совершения.

Оспаривает размер причиненного потерпевшим ущерба, считает, что он определен неверно, на основании противоречивых судебных экспертиз, которые суд не устранил.

Не соглашается с заключением судебно-товароведческой экспертизы N3006/04-1, которой определена стоимость похищенных ювелирных изделий отсутствующих в натуре (не были обнаружены и изъяты).

Отмечает, что в основу экспертного исследования положены сведения сообщенные потерпевшими о стоимости ювелирных изделий, примерное время приобретения и примерный вес указанных изделий, что свидетельствует о ее недостоверности.

Указывает, что согласно пункта 5.1 таблицы определения степени снижения качества и стоимости имущества, принадлежащего физическим лицам, утвержденной НМС РФЦСЭ при Минюсте России, на которую ссылается эксперт в экспертном исследовании - степень снижения качества и стоимости ювелирных изделий, в том числе из драгоценных металлов и драгоценных камней, а именно предметов личных украшений (кольца, серьги, подвески, медальоны, цепочки, бусы, броши и др.) в год составляет 7%.

В судебном заседании эксперт ФИО35 подтвердила, что если износ ювелирного изделия больше 20% (по 7% в год), то оно оценивается как лом.

Считает, что эксперт, определив стоимость похищенных ювелирных изделий путем применения коэффициента износа к первоначальной стоимости, известной со слов потерпевших, оставил без должной оценки износ указанных ювелирных изделий больше 20%.

Ссылаясь на пункт 2е Методических рекомендаций по определению стоимости товаров различных товарных групп при производстве судебно-товароведческой экспертизы в судебно-экспертных учреждениях Минюста России, утверждает, что ущерб от хищения ювелирных изделий должен быть определен как лом драгоценного металла.

Полагая, что экспертиза выполнена с нарушением методических рекомендаций, отмечает ее недопустимость как доказательства.

Не соглашается и с экспертной оценкой стоимости похищенных часов "Rolex" и "Chopard", поскольку документов, подтверждающих оригинальность часов, предоставлено не было.

Отмечает, что предоставленный потерпевшими паспорт часов "Rolex", также не может свидетельствовать об оригинальности часов.

Не соглашается с квалификацией разбоя, как совершенного "в особо крупном размере".

Считает, что судом не учтено материальное положение потерпевших, размер их заработка, хищение предметов роскоши, а не первой необходимости.

Считает важным указать и на то, что похищенные ювелирные изделия приобретены потерпевшими за границей, завезены на территорию РФ не законно.

Полагает, что данный квалифицирующий признак разбоя подлежит исключению из осуждения.

Не соглашается с размером удовлетворенных судом исковых требований, поскольку похищенное имущество потерпевшими застраховано, ущерб от хищения подлежал возмещению страховой компанией.

Полагает, что суд при квалификации его действий по статьям 222 и 222.1 УК РФ, неправильно применил уголовный закон и ухудшил его положение.

В обоснование этому указывает, что приобрел обрез, патроны и порох одновременно в марте 2013 года, после чего незаконно хранил до 15 декабря 2020 года, в связи с чем, его действия подлежат квалификации по статье 222 УК РФ, в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N162-ФЗ, действующей во время совершения этих преступлений, как одно преступление.

В апелляционной жалобе адвоката Клементьевой А.Р. содержится аналогичная просьба об отмене приговора в отношении Кальпина А.А, вынесении нового приговора

с оправданием последнего по части 1 статьи 209 УК РФ;

с переквалификацией его действий с пунктов "а", "б" части 4 статьи 162 УК РФ на часть 3 статьи 162 УК РФ;

с переквалификацией его действий с части 3 статьи 222 УК РФ, в редакции Федерального закона от 24 ноября 2014 года N370-ФЗ, на часть 1 статьи 222 УК РФ, в редакции того же ФЗ;

смягчение размера назначенного наказания, в том числе назначенного по совокупности преступлений и по совокупности приговоров.

Считает, что конструктивные признаки совершения преступления в составе банды не нашли своего подтверждения.

Отмечает, что осужденные совершили одно преступление, свое согласие на участие в указанном преступлении осужденные Галкин, Кальпин М.А. и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство дали незадолго до его совершения, к совершению преступления не готовились, детали его совершения не обсуждали, между собой не общались.

Утверждает, что осужденные все вместе (вчетвером) встретились только один раз, непосредственно перед нападением.

Оспаривает выводы суда о тесной взаимосвязи между членами банды.

В подтверждение этим доводам приводит показания самих осужденных Кальпиных, их жен ФИО14 и ФИО17, соответственно, о том, что братья Кальпины между собой не общались длительное время, проживали в разных населенных пунктах (городах Нижний Новгород и Бор).

Отмечает, что выводы суда о тесном общении Кальпина А.А. и Галкина опровергаются фактическими данными предоставленных сведений о соединениях между абонентскими номерами телефонов осужденных, из которых следует, что они между собой общались редко.

Считает, что выводы суда о согласованности действий осужденных, тщательной подготовке к совершению преступлений, ничем не подтверждены.

Ссылаясь на показания Кальпина А.А, утверждает, что осужденные заранее не обговаривали обстоятельства совершения разбойного нападения, роли между собой не распределяли, поскольку не знали, имеется ли в доме потерпевших ценное имущество и где оно находится.

Полагает, что выводы суда о том, что Кальпин А.А. разработал постоянные формы и методы преступной деятельности голословными.

Тот факт, что Кальпин А.А. следил за домом потерпевших, несколько раз приезжал на место преступления, не свидетельствует о подготовке им разбойного нападения в составе банды.

Ссылка суда на обнаружение у Кальпина А.А. набора инструментов в обоснование выводов о специальной подготовке к разбойному нападению опровергается показаниями последнего о том, что проникновением в дом потерпевших произошло через окно, открытое в режиме проветривания, после чего он (Кальпин А.А.) изнутри открыл входную дверь для других осужденных.

Обращает внимание на противоречивость выводов суда относительно периодов незаконного хранения и ношения Кальпиным А.А. огнестрельного оружия и боеприпасов.

В частности, суд констатирует, что с 1 по 15 декабря 2020 года Кальпин А.А. незаконно хранил обрез и боеприпасы в погребе, незаконно переносил при себе в ручной клади во время передвижения с 15 по 16 декабря 2020 года.

По мнению автора жалобы, указанные обстоятельства противоречат выводам суда о том, 14 декабря 2020 года Кальпин А.А, находясь у автомобильной стоянки, продемонстрировал подельникам обрез ружья и не менее 7 патронов.

Оспаривает квалификацию разбойного нападения, как совершенного в особо крупном размере.

Полагает необоснованным включение в состав похищенного имущества телефона Потерпевший N3 и приставки "Эйпл ТВ", поскольку указанные вещи были изъяты из дома потерпевших не с корытной целью.

Отмечает отсутствие в деле доказательств наличия у потерпевших имущества, которое не было обнаружено и изъято при задержании осужденных.

Считает, что потерпевшими не были предоставлены доказательства, подтверждающие наличие у них дорогостоящих ювелирных изделий, которые они покупали за рубежом.

Полагает, что экспертные заключения по оценке стоимости похищенного имущества не отвечают требованиям достоверности.

Так, в основу заключения эксперта N3006/04-1от 26 мая 2022 года положена стоимость ювелирных изделий, сообщенная потерпевшими и не подтвержденная доказательства, поскольку отсутствуют чеки, выписки из банковских карт, показания свидетелей, подтверждающие приобретение потерпевшими данного имущества.

Считает важным указать на то, что потерпевшие указывали примерные сроки приобретения ювелирных изделий, что свидетельствует о недостоверности выводов судебных экспертиз о сроке их эксплуатации и соответственно о коэффициенте износа.

Не соглашается со стоимостью меховых изделий, указанном в экспертном заключении N1555/1641/04-08-1 от 26 марта 2021 года, определенной без учета дефектов, смещений и асимметрии.

Считает недостоверными выводы судебных экспертиз о стоимости часов "Rolex" и "Chopard", поскольку перед экспертом не ставился вопрос об определении оригинальности данных часов, а именно, что это реально часы марок "Rolex" и "Chopard", а не копии. Не ставился вопрос об исследовании металла, из которого выполнены данные часы. Также эксперт на вопросы стороны защиты в судебном заседании пояснила, что определение оригинальности часов не входит в ее компетенцию.

Отмечает, что в ходе экспертного исследования при определении стоимости часов "Rolex" не учтена замена стекла часов, которое установлено с перекосом, о чем показал потерпевший ФИО46.

Полагает, что указанный довод не опровергается представленными потерпевшим документами на указанные часы, поскольку отсутствуют сведения о том, что документы относятся именно к этим часам.

Не соглашается с экспертной оценкой телевизионной приставки марки "Эйпл-ТВ", поскольку сведения о модели и характеристиках приставки не соответствуют требованиям достоверности.

Не соглашается с квалификацией действий осужденного по части 3 статьи 222 УК РФ, с применением квалифицирующего признака "совершение организованной группой".

Считает, что действия Кальпина А. по незаконному хранению, перевозке, ношении огнестрельного оружия и боеприпасов подлежит квалифицировать по части 1 статьи 222 УК РФ.

Отмечает, что в основу осуждения Кальпина А. необоснованно положены его противоречивые показания на досудебной стадии, в том числе от 24 февраля 2021 года, в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве.

Считает, что приговор не отвечает требованиям справедливости, вследствие чрезмерной суровости наказания.

При назначении дополнительного наказания в виде штрафа суд не учел имущественное положение осужденного и влияние наказания на условия жизни семьи.

Кальпин А.А. имеет на иждивении малолетнего ребенка, пожилую мать, страдающую хроническими заболеваниями, сам осужденный также имеет хронические заболевания.

Считает, что размер штрафа подлежит уменьшению.

Полагает, что при назначении наказания суд не в достаточной степени учел данные о личности осужденного, смягчающие его наказание обстоятельства.

Полагает, что размер наказания подлежит смягчению как за каждое преступление, так и по совокупности наказаний и по совокупности приговоров.

В апелляционной жалобе осужденный Галкин С.П. просит об отмене приговора с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Полагает, что приговор не отвечает требованиям законности, обоснованности и справедливости.

Оспаривает квалификацию своих действий, как участие в банде.

Считает, что конструктивные признаки банды, такие как устойчивость, длительность существования, большое количество совершенных преступлений по однотипной схеме, сплоченность участников, вооруженность огнестрельным оружием не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

О планируемом Кальпиным А.А. преступлении он (Галкин) узнал за два дня до его совершения, с Кальпиным М.А. познакомился в день совершения преступления, оружия при себе не имел.

Оспаривает количество и стоимость похищенного, полагая, что при определении размера ущерба суду подлежало исходить лишь из того имущество, которое было обнаружено и изъято у осужденных при их задержании.

Не соглашается с экспертной оценкой похищенного имущества.

Также не соглашается с решением суда в отношении арестованного имущества - кольца из золота 760 пробы с инкрустацией камнями белого цвета, полагая, что принадлежавшее его супруге ювелирное изделие не подлежало аресту.

В апелляционной жалобе адвоката Караваевой Е.А. содержится аналогичная просьба об отмене приговора в отношении Галкина.

Считает, что вина Галкина в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 209 УК РФ, а также квалифицирующие признаки совершенного разбойного нападения "организованной группой" и "в особо крупном размере" не нашли своего подтверждения.

Полагает, что выводы суда о том, что Кальпин А.А, Галкин, Кальпин М.А. и лицо в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, объединились в организованную группу, а также сформировали устойчивую организованную вооруженную группу (банду), с постоянным составом участников, и заранее объединились для совершения 16 декабря 2020 года разбойного нападения в отношении лиц, проживающих в д. "адрес", не подтверждается доказательствами.

Обращает внимание на показания осужденного Галкина, отрицавшего участие в банде.

Подробно приводит показания осужденного Галкина, дает им собственную оценку, согласно которой последний знаком с осужденным Кальпиным А.А, который для него не являлся лидером и авторитетом, встречались они редко, а с Кальпиным М.А. познакомился в день совершения преступления, которое они заранее не обсуждали, роли не распределяли.

Считает, что наличие конструктивных признаков банды - тесная связь между участниками, устойчивость, сплоченность, организованность, тщательная подготовка к совершению преступления, не доказано.

В подтверждение своим доводам ссылается на показания осужденных Кальпиных в суде, данные о телефонных соединениях между всеми осужденными, согласно которым они между собой общались редко.

Полагает, что суд не дал должной оценки показаниям Галкина о том, что из дома ФИО46 они похитили лишь то имущество, которое было изъято сотрудниками полиции при задержании.

Оспаривает оценку стоимости имущества, которое изъято не было, полагая, что такая оценка в отсутствии самого имущества, основания на примерных характеристиках (весе, стоимости, месте и дате приобретения) не отвечает требованиям достоверности.

Указывает, что телевизионная приставка из дома потерпевших была не похищена, а изъята, с целью сокрытия следов преступления, поскольку осужденные считали ее видеорегистратором.

Отмечает, что телефон у потерпевшей Потерпевший N3 также не похищался, а был изъят для предотвращения возможности позвонить в полицию.

Считает, что указанные обстоятельства подтверждаются отношением осужденных к данным вещам - телефон Потерпевший N3 был поврежден и телевизионная приставка выброшена в окно автомобиля.

Оспаривает выводы товароведческих экспертиз, считая их недопустимыми доказательствами.

Не соглашается с оценкой стоимости часов "Rolex" и "Chopard", поскольку не предоставлено сведений об их оригинальности.

Считает оценку стоимость похищенных шуб завышенной, поскольку шубы изготавливались в ателье из купленных шкурок, на которые документов не сохранилось.

Полагает, что квалифицирующий признак разбойного нападения - "в особо крупном размере" подлежит исключению из квалификации деяния осужденного.

Не соглашается с решением суда в отношении арестованного имущества - кольца из золота 760 пробы с инкрустацией камнями белого цвета, полагая, что принадлежавшее супруге осужденного Гороховой ювелирное изделие не подлежало аресту.

В апелляционной жалобе с дополнениями (далее апелляционная жалоба) осужденного Кальпина М.А. ставиться вопрос об отмене приговора.

Отмечает, что приговор не отвечает требованиям законности и обоснованности.

Указывает о незаконном осуждении за участие в банде.

Полагает, что судом не установлены обязательные признаки банды: организованность, устойчивость, вооруженность, стабильность состава, постоянство форм и методов преступной деятельности, тщательная подготовка к совершению преступления.

В подтверждение этому отмечает, что со своим братом Кальпиным А.А. общался редко, с осужденным Галкиным и лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, познакомился непосредственно перед совершением преступления.

Настаивает на том, что не участвовал в совершенном разбойном нападении, поскольку лишь привез других осужденных, по их просьбе, к месту преступления.

Оспаривает квалифицирующие признаки разбойного нападения, как совершенного "организованной группой" и "в особо крупном размере".

Выражает сомнение в наличие у потерпевших имущества, которое они заявили как похищенное, но которое не было изъято у осужденных при задержании.

Оспаривает оценку стоимости имущества, которое изъято не было, полагая, что такая оценка в отсутствии самого имущества, основания на примерных характеристиках (весе, стоимости, месте и дате приобретения) не отвечает требованиям достоверности.

Считает недостоверными выводы судебных экспертиз о стоимости часов "Rolex" и "Chopard", поскольку перед экспертом не ставился вопрос об определении оригинальности данных часов, а именно, что это реально часы марок "Rolex" и "Chopard", а не копии.

Полагает, что при экспертном исследовании не учтено, что часы Ролекс подвергались ремонту - заменено стекло, которое было установлено с перекосом.

Указывает, что суд необоснованно положил в основу его осуждения противоречивые показания Кальпина А.А. и Галкина на досудебной стадии.

Оспаривает приговор в части разрешения гражданского иска, полагая его необоснованным.

Отмечает неправильное разрешение судом вопроса о вещественных доказательств, поскольку судьба изъятых у него в ходе обыска кроссовок черного цвета фирмы "Nike" не разрешена.

В апелляционной жалобе адвоката Илау А.В. указано на необходимость отмены приговора в отношении Кальпина М.А. с передачей дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

Утверждает, что вина Кальпина М.А. в совершении инкриминируемых ему преступлений не доказана.

Отмечает отсутствие доказательств, свидетельствующих о стабильности вооруженной группы, тесной взаимосвязи ее членов, согласованности действий.

Считает, что не доказан факт совместной разработки плана преступления, осведомленности Кальпина М.А. о готовящемся преступлении, о наличие оружия.

Полагает важным указать, что Кальпин М.А, являясь водителем, не знал о готовящемся разбойном нападении, цель поездки и место назначение ему не сообщалась, он не был причастен к его совершению, не получил доли из похищенного имущества.

Указывает, что суд необоснованно положил в основу осуждения Кальпина М.А. показания других осужденным Кальпина А.А. и Галкина на досудебной стадии, от которых они отказались в суде.

Настаивает на отсутствие у осужденного мотива для совершения преступлений, поскольку он работал, имел доход, в деньгах не нуждался.

Считает, что суд, оценив показания осужденного на досудебной стадии о намерении купить дочери игрушку за 20 000 рублей, как достоверные, не учел последующий отказ Кальпина от данных показаний.

В письменных возражениях на доводы, приведенные в апелляционных жалобах, государственный обвинитель Панькова Т.В. просит оставить жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, с учетом доводов апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав доводы сторон, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по делу, а сторонам суд создал необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались.

Вопреки доводам апелляционных жалоб об односторонности рассмотрения уголовного дела судом, о его обвинительном уклоне, Судебная коллегия полагает, что дело рассмотрено судом всесторонне, объективно и беспристрастно.

Постановленный по делу приговор соответствует требованиям статей 304, 307-309 УПК РФ, во исполнение которых в приговоре приведено описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступлений, дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по делу доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в основу приговора, а какие отверг и в какой части, приведены убедительные мотивы принятых решений по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора, с которыми Судебная коллегия полагает необходимым согласиться.

Существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденных в содеянном, Судебная коллегия не усматривает, оснований не доверять им у суда не имелось.

Содержание доводов стороны защиты о недоказанности осуждения Кальпина А. за создание и за руководство бандой, а Галкина и Калпина М, за участие в банде и в совершенном ею нападении, а также за совершенное в составе организованной группы разбойное нападение на потерпевших супругов ФИО46 и престарелую Потерпевший N3, в доме последних, по существу повторяют их процессуальную позицию в суде первой инстанции при рассмотрении дела по существу, где ими были также оспорены обстоятельства совершенных преступлений, выдвинуты собственные версии, приведены доводы об обстоятельствах дачи изобличающих показаний, об отсутствии информированности у всех членов банды о наличии оружия, а также о недостоверности и недопустимости полученных доказательств.

По смыслу закона под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения нападения на граждан или организации.

Банда может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения.

От иных организованных групп банда отличается своей вооруженностью и своими преступными целями - совершение нападений на граждан, организации.

При этом, под нападением следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создание реальной угрозы его немедленного применения.

Банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды.

Вооруженность предполагает наличие у участников банды огнестрельного или холодного, в том числе метательного оружия, как заводского изготовления, так и самодельного, различных взрывных устройств, а также газового и пневматического оружия.

Судом первой инстанции было установлено, что организованная устойчивая вооруженная группа (банда) под руководством Кальпина А. была создана им в период с 1 по 14 декабря 2020 года для нападения на дом N по проезду N "адрес", где проживали супруги ФИО46, с целью завладения их деньгами и имуществом, в нее вошли Галкин, Кальпин М, а также лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство.

Из показаний осужденного Кальпина А. следует, что решение о создании вооруженной банды было принято им за две недели до разбойного нападения на дом ФИО46, после того как убедился в невозможности совершения тайного хищения, поскольку в доме постоянно находились люди, охрана.

Для достижения преступного результата необходимо было использовать фактор неожиданности, для чего требовалось проникнуть в дом ночью, когда потерпевшие будут спать, застать их врасплох, напасть на них и похитить деньги и ценное имущество открытым путем, с применением мер устрашения и физического воздействия для получения доступа к местам их хранения (сейфу, тайнику).

Для этого требовалось численное превосходство нападавших, огнестрельное оружие, средства конспирации (маски-балаклавы), средства обездвиживания потерпевших (металлические наручники), средства связи (мобильные телефоны, зарегистрированные на других лиц), средство передвижения (автомобиль).

Уточнил, что дату разбойного нападения - ночь с 15 на 16 декабря 2020 года выбрал неслучайно, рассчитывая избежать уголовной ответственности, поскольку на 16 декабря 2020 года назначено судебное заседание по уголовному делу, по которому его должны были "посадить" на длительный срок.

Организованной группой в указанном составе совершено разбойное нападение в период с 00 часов 20 минут до 2 часов 30 минут 16 декабря 2020 года на супругов Потерпевший N1 и Потерпевший N2, а также престарелую мать Потерпевший N2 - Потерпевший N3 Э.М. в их доме по вышеуказанному адресу.

Преступная деятельность осужденных была пресечена их задержанием около 6 часов 15 минут 16 декабря 2020 года сотрудниками полиции, которые около "адрес" задержали автомашину Кальпина М. с похищенным, огнестрельным оружием, инструментом и предметами, используемыми при совершении разбойного нападения.

Вопреки утверждениям стороны защиты, обязательными конструктивными признаками банды, которая может быть создана и для совершения одного, требующего тщательной подготовки нападения, является не длительность существования и не количество совершенных преступлений, а устойчивость, организованность и вооруженность.

О тщательной подготовке к нападению на дом ФИО46 следует из показаний Кальпина А, на досудебной стадии, которые суд взял за основу при вынесении приговора.

Так, согласно этим показаниям, Кальпин А, до разбойного нападения, около 5-6 раз приезжал к дому ФИО46 "на разведку".

В первый раз он (Кальпин А.) приехал к их дому, проследив за сыном потерпевших, следуя за его автомашиной на своей автомашине.

Целью "разведки" было установление месторасположения дома и объектов на территории домовладения, места и способа проникновения в дом и путей сокрытия с похищенным, наличия и расположения систем охраны и видеонаблюдения, графиков ухода и возвращения проживающих в нем лиц.

Для данных целей он (Кальпин А.) наблюдал за домом не только в дневное, но и в вечернее и ночное время, через светящиеся окна разглядывал внутреннюю обстановку дома, наличие лестницы на второй этаж, ее расположение, запоминал кто поднимался на второй этаж и в какую комнату заходил.

Для тех же целей, он (Кальпин А.) около 3-4 раз проникал на территорию домовладения, в более приближенном режиме осматривал дом с целью определения места проникновения внутрь дома и возможных путей отхода с похищенным имуществом.

Также, в ходе подготовки к нападению он (Кальпин А.) собирал информацию об имущественном положении жителей дома.

Первоначально, он получил информацию о материальном положении ФИО46 от их сына, в ночном клубе, подслушав его разговор со знакомыми, в котором он хвастался, что его родители являются очень обеспеченными людьми, в их доме имеются значительные суммы денежных средств и ювелирные золотые изделия.

Впоследствии, эту информацию подтвердили и другие посетители ночного клуба.

Показал, что решение о разбойном нападении было принято после того, как он убедился, что в доме ФИО46 имеются значительные денежные средства, а также дорогостоящее имущество.

Указанные показания подтверждаются фактическими данными изъятого в жилище Кальпина А, в ходе обыска, съемного носителя SD-диска "Transend" объемом 64 Gb. (Т.9, л.д.77-79), содержавшего 21 фотографию дома ФИО46 и подъездных путей к "адрес", где указанный дом располагался.

В ходе осмотра фотографий (Т.9, л.д. 102-137), установлено изображение на них домовладения дома ФИО46 и подъездных путей к нему.

Тщательная подготовка Кальпина А. к преступлению подтверждается и информацией ГИБДД (Т.9, л.д.197-200), согласно которой на камерах видеонаблюдения, установленных на дорогах в "адрес", рядом с местом преступления, 28 августа 2020 года, а также неоднократно в сентябре и в октябре 2020 года фиксировалось движение автомашины осужденного марки "VOLKSWAGEN GOLF", государственный регистрационный знак Н 421 НН/152.

Неоднократное нахождение Кальпина А. на территории "адрес" в период подготовки к разбойному нападению подтверждается сведениями о нахождении базовых станций оператора сотовой связи, которым он пользовался (Т.10, л.д.81-99).

Указанные обстоятельства не опровергают выводов суда о тщательной подготовке к нападению и в рамках уже действующей банды.

Согласно указанным показаниям Кальпина А. с участниками банды он встречался 4 раза в рамках подготовки к нападению, между ними постоянно поддерживалась телефонная связь, о чем свидетельствуют сведения о телефонных соединениях.

Накануне нападения, 14 декабря 2020 года участниками банды (кроме Кальпина М.) был осуществлен совместный выезд к дому потерпевших, чтобы осмотреться на местности. Через забор они осмотрели обстановку на территории домовладения, в целях определения наиболее подходящего места проникновения внутрь дома потерпевших, путей подъезда к дому автомашины и отхода с похищенным.

При этом, выезд к дому потерпевших был осуществлен на автомашине Свидетель N7, под управлением последнего, который не был осведомлен о преступных намерениях, чтобы заранее не "засветить" автомашину Кальпина М.

Свидетель ФИО55 подтвердил, что в середине декабря 2020 года отвозил Кальпина А, Галкина и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство к "адрес". После остановки, указанные лица пошли в сторону деревни и отсутствовали около 1, 5 часов.

Пояснил, что о поездке его попросил Кальпин А, он же расплатился 1 000 рублей.

Осужденный Галкин подтвердил, что участники банды тщательно готовились к разбойному нападению.

Накануне совершения преступления, они (кроме Кальпина М.) осуществили выезд к дому потерпевших для "разведки" на местности.

Осмотрев через забор территорию домовладения, согласовали план нападения, распредели роли, определили способ проникновения в дом, пути сокрытия с похищенным.

Потерпевшие ФИО46 подтвердили, что на территорию домовладения сложно попасть, в связи с наличием двух периметров ограждения (домовладения и улицы "Сан-Сити", въезд на которую осуществляется по единственной дороге через КПП, оборудованный шлагбаумом), двух охранников, территория находится под наблюдением 9 камер видеонаблюдения, расположенных по фасаду дома, придомовая территория освещается.

Пояснили, что в ночь нападения дом был заперт изнутри, проникновение осуществлено через приоткрытое для проветривания окно бойлерной, которое было выдавлено.

По мнению потерпевшего ФИО46 о тщательной подготовке к нападению свидетельствует то, что на территории домовладения осужденные чувствовали себя уверенно, "шли мимо камер, зная, что камеры есть... прошли три камеры не сомневаясь".

О том же свидетельствуют зафиксированные в протоколе осмотра места преступления - домовладения ФИО56 от 16 декабря 2020 года и фототаблице к нему (Т.3, л.д.198-215) фактические сведения о повреждении серверного ящика в гардеробной комнате, сервер (цифровой видеорегистратор модели "RVI-1HDR16L", s/n 5H051B4PAZ9332C, 2019 года выпуска), подключенный к системе видеонаблюдения дома, сорван со стены, оторван от проводов.

В ходе данного осмотра, изломанный сервер обнаружен на диване в холле на первом этаже дома, что свидетельствует о том, что осужденные сорвали его со стены, оторвали от проводов, чтобы он перестал выполнять свои функции видеозаписи территории домовладения, перенесли его в другую комнату, где он и был обнаружен.

Потерпевшей ФИО46 в суде подтвердил, что видеозапись на жестком диске сервера отсутствовала (л.п.11).

О тщательной подготовке к разбойному нападению в составе банды свидетельствуют данные, предоставленные сотовыми операторами телефонов, которыми пользовались Кадьпин А, Калпин М, Галкин и лицо в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

В ходе подготовки к разбойному нападению на дом ФИО46 с 9 часов 51 минуты 14 декабря 2020 года по 22 часов 24 минут 15 декабря 2020 года зафиксированы многочисленные звонки (соединения) между ними, в том числе во время встречи на "адрес".

О том, что перед непосредственной поездкой к дому ФИО46 для совершения разбойного нападения участники банды встречались на "адрес" подтвердили все осужденные, в том числе осужденный Кальпин М, который показал, что "людей забирал" именно с этой улицы.

Последующее отсутствие телефонных соединений между абонентскими номерами, зарегистрированными на осужденных, согласуется с показаниями Кальпина А. и Галкина о том, что во время совершения разбойного нападения пользовались не своими мобильными телефонами, а телефонами марки "DIGMA", зарегистрированными на посторонних лиц, которые Кальпин А. специально для этого приобрел на радиорынке.

Один из этих телефонов Кальпин А. оставил у себя, а другой передал брату Кальпину М, который находился на "стреме" и осуществлял наблюдение за окружающей обстановкой для возможности передачи информации об опасности.

Об устойчивости банды свидетельствуют, в частности, такие признаки как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий.

Для участия в банде Кальпиным А. были привлечены близкие люди -родной брат Кальпин М. и Галкин, с которым он дружил с детства, что придавало ей сплоченности и организованности. В свою очередь Галкин по предложению Кальпина А. привлек в банду своего близкого знакомого - лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, по причине наличия у него огнестрельного оружия ("плетки") - пистолета.

Выводы суда о том, что устойчивость и сплоченность банды предопределялась еще и криминальным опытом участников подтверждаются материалами дела, поскольку Кальпин А. и Галкин имеют судимости за преступления против собственности.

Основой объединения в банду стало корыстное стремление осужденных извлекать в результате совместной преступной деятельности материальные блага.

Так, осужденный Кальпин А. признался, что решилсовершить разбойное нападение на дом ФИО46 в целях наживы, поскольку потерпевшие были обеспеченными людьми, а он нуждался в деньгах.

Сожительница Галкина - ФИО57. подтвердила, что осужденный длительное время нигде не работал, нуждался в деньгах.

Свидетель ФИО17 в показаниях на досудебной стадии подтвердила, что ее супруг Кальпин М. согласился на предложение брата Кальпина А. "подкалымить", съездив в "адрес". За это Кальпин А. обещал ему (Кльпину М.) дать денег для покупки родственникам подарков на "Новый год". Показала о намерении Кальпина М. заработать дочери на покупку куклы от "Дела Мороза" стоимостью 20 000 рублей.

Изменению показаний Щелоковой в судебном заседании судом дана надлежащая оценка, указанная позиция обусловлена ее стремлением помочь своему супругу избежать уголовной ответственности.

Указанными показаниями ФИО17 о намерении Кальпина М. заработать от поездке с Кальпиным А. значительную денежную сумму опровергаются доводы осужденного Кальпина М. о том, что он только подвозил участников банды, не зная о намерении совершить разбойное нападение, поскольку за аналогичную услугу Кириллову заплачена 1 000 рублей.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, наличие у Кальпина М. работы и заработка не опровергает выводов суда о корыстном мотиве, поскольку похищенное в результате нападений имущество делилось между всеми осужденными.

Осужденные Кальпин А. и Галкин подтвердили, что похищенные у потерпевших деньги поделили поровну между всеми участниками банды, включая Кальпина М.

На организованность банды указывают тщательная подготовка преступления, его планирование, распределение ролей, наличие иерархичности в группе (организатора, руководителя и исполнителей), подчинение участников ее руководителю, согласованность и последовательность действий, мобильность, выражавшаяся в использовании мобильных телефонов, в том числе зарегистрированных на посторонних лиц, которыми осужденные ранее не пользовались, транспортного средства (автомашины марки "CHERYSUVT11", принадлежавшей Кальпину М.), инструментов и технических средств (пассатижей, бокорезов, металлического ключа, кусачек, для отжима створки пластикового окна для проникновения внутрь дома и для вскрытия сейфа (тайника), лазерной указки, чтобы подавать условные знаки участникам банды, фонарика для освещения внутренней обстановки в доме, чтобы не включать свет, рюкзаков, чтобы складировать похищенное), использование средств маскировки и конспирации (масок с прорезями для глаз (балаклавов), перчаток, средств обездвиживания потерпевших (металлических наручников, липкой скотч-ленты), использование на месте преступления вымышленных имен (кличек) "Максим", "Олег", предварительное приискание и использование двух видов огнестрельного оружия - обреза ружья модели "ТОЗ" и пистолета "Baikal", снаряженных достаточным количеством патронов - 7 и 5, соответственно.

Указанные обстоятельства подробно исследовались в ходе судебного заседания, и нашли свое подтверждение.

Так, осужденный Кальпин А. подтвердил, что в рамках подготовки к разбойному нападению заранее приобрел на радиорынке два мобильных телефона марки "DIGMA", а также две сим-карты к ним, оформленные на посторонних лиц, которые ранее осужденными не использовались.

Там же (на радиорынке) купил металлические наручники, шапку с прорезями для глаз (балаклаву), перчатки.

Для совершения разбойного нападения подготовил инструменты - пассатижи, бокорезы, металлический ключ, кусачки, для отжима створки пластикового окна, чтобы проникнуть внутрь дома и для вскрытия сейфа (тайника), а также лазерную указку, чтобы подавать условные знаки участникам банды, фонарик для освещения внутренней обстановки, чтобы не включать свет, рюкзаки, чтобы складировать похищенное.

Из показаний осужденного Галкина также следует, что на месте преступления каждый из нападавших надел на лицо заранее подготовленные маски с прорезями для глаз (балаклавы), чтобы скрыть лицо, у каждого из них имелось по рюкзаку, для складирования похищенного, у Кальпина А, кроме того, имелся инструмент, необходимый для проникновения в дом и взлома сейфа (тайника).

Подтвердил наличие у Кальпина А. лазерной указки, с помощью которой он подал им (Галкину и лицу, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство) условный, заранее обговоренный, знак из дома потерпевших, после чего они перелезли через забор и проникли внутрь дома через входную дверь, которую Кальпин А. открыл для них изнутри, металлических наручников, которые они надели на руки ФИО46 и липкой скотч-ленты, которой обмотали руки ФИО46.

Подтвердил наличие у Кальпина А. двух телефонов марки "DIGMA", один из которых он отдал Кальпину М, для того, что бы он мог позвонить в случае возникновения опасности.

В задержанной автомашине Кальпина М. (Т.4, л.д.151-161) обнаружены 4 маски с прорезями для глаз (балаклавы), 4 пары перчаток (резиновые, кожаные, тканевые), рюкзаки, два сломанных мобильных телефона марки "DIGMA", липкая скотч-лента, фонарик, плоскозубцы, длинногубцы, ножовки, отвертки, сверла, пилки, что свидетельствует о тщательной подготовке к преступлению.

Из заключения экспертиз N7384Э от 28 января 2021 года и N7382 от 22 января 2021 года (Т.5, л.д.55-63, 119-131) следует, что на изъятых из автомашины Кальпина М. балаклавах обнаружен клеточный биологический материал Галкина и Кальпина А, а на перчатках клеточный материал Галкина, что свидетельствует об использовании их осужденными в ходе разбойного нападения.

По мнению Судебной коллегии о том же свидетельствует обнаружение в ходе осмотра места преступления еще 2 пар резиновых перчаток - около окна бойлерной, через которое произошло проникновение в дом, и на дороге за оврагом, где стояла автомашина Кальпина М, еще 1 липкой скотч-ленты и металлических наручников в доме потерпевших, а также еще 1 маски с прорезями (балаклавы) - в квартире Галкина, в ходе обыска.

Судом правильно установлена организаторская и руководящая роль Кальпина А. в банде, поскольку именно он выбрал объект нападения - дом ФИО46, первоначально, в одиночку, провел подготовительные действия к совершению нападения, впоследствии, после создания банды, организовал совместный выезд к этому дому Галкина и лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, в ходе которого были проведены разведывательные мероприятия, разработал четкий план (схему) нападения, подобрал участников банды, привлек к участию в банде своего брата Кальпина М, имеющего автомашину, друга детства Галкина, принял меры к вооружению банды, предварительно приискав обрез ружья и боеприпасы к нему, дал указание Галкину привлечь к участию в банде своего знакомого - лицо, в отношение которого уголовное дело выделено в отдельное производство, поскольку у него имелось огнестрельное оружие - пистолет "Baikal", поскольку посчитал, что одной единицы огнестрельного оружия - обреза ружья "ТОЗ" будет недостаточно, подыскал средства связи (мобильные телефоны, зарегистрированные на посторонних лиц), инструменты, технические средства, средства конспирации, распределил роли.

Осужденный Галкин подтвердил, что решение об использовании огнестрельного оружия при нападении на ФИО46 принимал именно Кальпин А, у которого уже имелся обрез ружья.

Показал, что именно Кальпин А. дал согласие на то, чтобы лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство взял с собой "плетку", то есть пистолет.

Показал, что он (Галкин) предлагал использовать для разбойного нападения муляжи оружия, которые имел, на что Кальпин А. сказал, что это "не серьезно".

Достоверность указанных показаний осужденного подтвердил его сын Галкин Е.С, пояснив о наличие в квартире макетов пистолета Борхард-Люгер ("Парабеллум") и пневматическего пистолета "Gletcher SW MP", принадлежавших его отцу.

В подтверждение этому, в ходе обыска в квартире Галкина (Т.8, л.д.98-100) обнаружены и изъяты макет 9 мм. пистолета Борхард-Люгер ("Парабеллум") мод 1908 (Р08) и пневматический пистолет "Gletcher SW MP" N 08МРМ1327.

Судом была установлена иерархичность организованной вооруженной группы (банды), Кальпин А. являлся организатором и руководителем банды, Галкин, Кальпин М. и лицо, в отношении которого уголовного дело выделено в отдельное производство - участниками банды.

Имевшиеся противоречия в показаниях осужденных на досудебной стадии, относительно состава участников банды и разбойного нападения, судом устранены.

При этом суд обоснованно взял за основу показания осужденных Кальпина А. и Галкина, в той части в которой они не противоречили установленным по делу обстоятельствам, в которых они указали об участии в банде и в совершенном ей разбойном нападении Кальпина М. и лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

Данные показания были даны с соблюдением требований норм уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением права на защиту, а поэтому правильно признаны допустимыми.

Осужденные Кальпин А. и Галкин опознали по фотографии лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство (ФИО19), как 4 участника банды и разбойного нападения на дом ФИО46 (протоколы предъявления для опознания по фотографии от 24 декабря 2020 года Т.15, л.д.86-89, Т.12, л.д.133-136).

Из показаний потерпевших ФИО46 также следует, что в доме нападавших было трое, при этом потерпевшие сообщили конкретные сведения о внешнем виде каждого из троих нападавших, их одежде, характере действий на месте преступления.

Они же (ФИО46) утверждали о наличии еще одного участника банды, находившегося на "стреме", которого один из нападавших в ходе телефонного разговора, после которого нападавшие резко убежали из дома, называл "брат".

Показания Кальпина А. и Галкина в суде об оговоре Кальпина М. с целью смягчения наказания, в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, суд обоснованно признал недостоверными, поскольку в своих показаниях до заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, осужденные изобличали Кальпина М. как участника банды и разбойного нападения.

Так, в показаниях в качестве подозреваемого от 16 декабря 2021 года и обвиняемого от 24 декабря 2021 года (Т.15, л.д.31-36, 72-85) Кальпин А, задолго до заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, указывал о привлечении для совершения разбойного нападения на дом ФИО46 своего брата Кальпина М.

В явках с повинной (Т.15, л.д.23, Т.12, л.д.75), которые осужденные Кальпин А. и Галкин подтвердили в суде, они сообщали об обстоятельствах разбойного нападения на дом ФИО46 совместно с Кальпиным М.

При совершении нападения каждый из участников банды выполнял свою заранее определенную роль, Кальпин А, кроме организаторской и руководящей роли также участвовал в разбойном нападении, Галкин, лицо в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство - "силовое звено", Кальпин М. выполнял роль водителя, а также находился на "стреме", наблюдал и контролировал обстановку на месте преступления и должен был предупредить об опасности.

Об организаторской и руководящей роли Кальпина А. при совершении нападения свидетельствует и то, что именно он (Кальпин А.) первым перелез через забор и проник в дом ФИО46, отжав руками и принесенными с собой кусачками створку окна в бойлерной, после чего изнутри открыл входную дверь дома, через которую проникли другие члены банды, после того как Кальпин А. подал им сигнал лазерной указкой.

Он же (Кальпин А.) в целях подавления воли потерпевших к сопротивлению, имитируя задержание последних сотрудниками правоохранительных органов, выкрикивал фразы: "Работает ОМОН!", "Всем лежать!", при этом на лицах осужденных были одеты маски с прорезями для глаз (балаклавы).

Именно он (Кальпин А.) участвовал в нападениях на всех потерпевших - супругов ФИО46 и престарелую Потерпевший N3.

В частности, Кальпин А. в показаниях на досудебной стадии подтвердил, что первым перелез через забор и направился в сторону дома, взяв с собой инструмент (металлический ключ, кусачки) для отжима створки окна и открытия входной двери в дом, а Галкин и указанное лицо остались ждать сигнала за забором.

Уточнил, что открыл приоткрытое в режиме "проветривание" окно бойлерной (надавив руками и отжав кусачками), через него проник в дом и открыл входную дверь дома изнутри.

Пояснил, что Галкин и другое лицо проникли в дом через входную дверь, после того как он (Кальпин А.) подал им заранее оговоренный сигнал лазерной указкой.

Показал, что они втроем по лестнице поднялись на второй этаж, где спали потерпевшие, при этом он (Кальпин А.) шел первым.

Не отрицал, что поднявшись на второй этаж они, с целью конспирации нападения под деятельность работников правоохранительных органов, выкрикивали фразы: "Работает ОМОН!", "Всем лежать!".

Подтвердил, что именно он (Кальпин А.) первым напал на вышедшую из спальни ФИО46 и потребовал, чтобы она вернулась в спальню, легла на пол, вниз лицом, после чего она подчинилась его требованиям.

Также подтвердил, что именно он (Кальпин А.) надел наручники на руки за спиной ФИО46, который лежал на кровати, а также положил подушку на голову, чтобы тот молчал и не дергался.

Показал, что именно он (Калпин А.) спустившись на первый этаж, напал и на престарелую Потерпевший N3, которая вышла из спальни.

Пояснил, что потребовал от Потерпевший N3 лечь обратно на кровать и не вставать, пока они не уйдут, чему она подчинилась.

Из показаний осужденного Галкина на досудебной стадии также следует об иерархичной структуре банды, руководящей роли в ней Кальпина А, подчиненности участников руководителю, его контроле за совершением преступления и координации действий всех соучастников, наличие заранее разработанного плана (схемы) разбойного нападения, согласно которому они втроем, находясь в доме потерпевших должны были подняться на второй этаж, связать потерпевших, чтобы они не могли сопротивляться, распределение ролей, согласно которым на Галкина возлагалась обязанность контролировать поведение связанных потерпевших, на Кальпина А. и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство - обязанность осмотреть дом, строения, с целью обнаружения денег, ценностей, а также сейфа (тайника), где они могли находиться, на Кальпина М. - роль водителя и наблюдателя за обстановкой, в случае опасности он должен был предупредить об опасности.

В частности, Галкин подтвердил, что именно Кальпин А. перелез через забор, в одиночку проник в дом через окно, открыл дверь дома изнутри, лазерной указкой дал им (Галкину и лицу, в отношении которого дело выделено в отдельное производство) сигнал о проникновении в дом.

Пояснил, что согласно разработанному плану, они втроем, находясь в помещении дома, поднялись на второй этаж, где спали потерпевшие.

Подтвердил, что Кальпин А. первым напал на ФИО46, которая проснувшись от шума, вышла к ним в холл второго этажа, потребовал вернуться в спальню, лечь на пол лицом вниз.

Показал, что Кальпин А. кричал: "Работает ОМОН!", требовал, чтобы все оставались на местах.

Пояснил, что Кальпин А. совместно с лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, напали на лежащего на кровати ФИО46, при этом указанное лицо потребовало лечь на живот, лицом вниз и не "дергаться", а Кальпин надел ему на руки наручники.

Показал, что ФИО46 сообщил о наличие у него в гараже, в чемодане, а также на банковских картах денег лишь после того, как осужденные приставили ствол обреза ружья к его спине.

В подтверждение руководящей роли Кальпина А. показал, что информацию о местонахождении денег передал последнему, однако он (Кальпин А.) сообщил, что указанные деньги в гараже уже нашел и забрал.

Показал, что на месте преступления именно Кальпин А. давал ему указание - присматривать за супругами ФИО46 и престарелой Потерпевший N3.

Именно он (Кальпин А.) дал команду покинуть дом, после получения сообщения по телефону от Кальпина М. о возникшей опасности.

Принимая указанные показания как достоверные, суд сопоставил сообщенные Кальпиным А. и Галкиным сведения с теми, которые были установлены судом в результате исследования других доказательств, в том числе показаний потерпевших ФИО46, протоколов осмотра мест происшествия, обыска и констатировал их соответствие между собой и согласованность.

В частности, ФИО46 и Потерпевший N3 также показали об организованности и согласованности действий осужденных на месте преступления, которые сразу после проникновения в дом побежали в спальню на втором этаже, где находились потерпевшие, об использование огнестрельного оружия, масок-балаклав, перчаток, вымышленных имен (кличек).

Из показаний ФИО46 следует, что она проснулась от стука хлопнувшей входной двери в дом.

Сразу же после этого, услышала быстрые шаги людей, поднимающихся на второй этаж по лестнице.

Когда вышла из спальни, увидела в холле на втором этаже, рядом со спальней, мужчин в масках-балаклавах с прорезями для глаз, на руках были перчатки.

Подтвердила, что указанные лица побежали на нее с пистолетом, направленным вверх и кричали: "ОМОН, всем лежать!".

Уточнила, что нападение произошло одновременно на нее и супруга ФИО46, который спал на кровати, она слышала шум от борьбы и поняла, что его связали.

Раскрывая конкретный механизм нападения, пояснила, что ее схватили обеими руками за плечи, с силой втолкнули в спальню, где повалили на пол, надавили на голову в области затылка и шею сзади руками, принуждая оставаться лежать на полу.

После этого она почувствовала, как на лопатки наступили коленом, завели обе руки с усилием за спину и связали скотчем.

Также ей связали скотчем и колготками ноги.

От указанных действий она испытывала физическую боль, у нее были синяки на плечах, в области шеи, на запястьях рук и лодыжках ног.

Пояснила, что указанные действия сопровождались угрозами: "Лежать, а то убью!", у нее многократно требовали сказать, где в доме деньги.

Не дождавшись положительного ответа, ей бросили на голову кофту, чтобы она не смогла наблюдать за происходящим.

Через приподнятый край кофты видела, как нападавшие открывали дверки, выдвигали ящики мебели, похищали ювелирные изделия, бижутерию.

Пояснила, что напавших было трое, поскольку, когда она видела перед собой двоих, третий кашлял на первом этаже; один из троих нападавших неоднократно спускался на первый этаж.

Уточнила, что всегда были под присмотром, в спальне всегда кто-то из нападавших находился.

Слышала угрозы в адрес ее супруга ФИО46: "Где деньги? Говори! Иначе я тебе прострелю печень!", после чего он сообщил о наличие денег в чемодане в гараже.

Также, слышала, как нападавшие требовали у супруга сообщить пин-коды банковских карт, сказать, где хранятся деньги в доме.

Подтвердила, что нападавшие убежали из дома сразу же после поступившего на телефон звонка, при этом один из нападавших называл собеседника по телефону "братом".

Потерпевший ФИО46 подтвердил, что нападение произошло одновременно на него и его супругу ФИО46, ночью, когда они спали в спальне на втором этаже.

Пояснил, что супруга успела встать и закричать, а ему не дали даже повернуться, двое нападавших завернули руки назад, надели наручники, прикрыли голову подушкой, один из нападавших сказал: "Лежи, молчи и не дергайся, иначе убью".

Видел на головах нападавших маски-балаклавы, в руках одного из них он видел пистолет, похожий на ПМ (пистолет Макарова), в руках другого - обрез охотничьего двуствольного ружья.

Подтвердил, что нападавших было трое, один из них постоянно находился в спальне, второй выгребал бижутерию, он слышал шорох и шум открывавшихся дверок и ящиков мебели в спальной, третий был на первом этаже.

Пояснил, что один из нападавших подошел к нему, приставил ствол обреза ружья в область спины с левого бока, выше поясницы и потребовал сказать, где в доме находятся деньги: "Где деньги? Говори! Иначе я тебе прострелю печень!", он же сказал: "Полиция не приедет, а то мы вас в заложники возьмем".

Воспринимая угрозы для жизни и здоровья реально, испытывая боль в руках от наручников, он сообщил о наличие в чемодане в гараже денег в сумме 200 000 рублей.

Пояснил, что после этого один из нападавших спустился на первый этаж, а другой нападавший требовал у его супруги сказать, где находятся деньги.

Подтвердил, что через некоторое время этот мужчина вернулся в спальню, совместно с другим нападавшим, продолжили требовать деньги, "тыкать" обрезом ружья в бок, угрожая, что "прострелят печень".

Утверждал, что нападавшие требовали сообщить, где в доме находится сейф, говорили: "Отдай деньги, и мы вас отпустим".

Он им ответил, что наличных денег в доме нет, но в портмоне в прихожей дома находятся банковские карты, на лицевых счетах которых имеются деньги.

Один из нападавших потребовал назвать пин-коды от банковских карт, но назвать он их не успел, так как нападавшие резко выбежали из спальни, спустились по лестнице на первый этаж и покинули дом.

О согласованности действий осужденных свидетельствует то, что они сразу же прошли на второй этаж дома, где располагалась спальня ФИО46, так как не знали о нахождении дома потерпевшей Потерпевший N3, которая приехала в гости за 5 дней до этого.

После того, как осужденные узнали от ФИО46 о нахождении в доме Потерпевший N3, Кальпин А, сразу же спустился в холл первого этажа, где напал на престарелую потерпевшую.

Из показаний Потерпевший N3 следует, что один из нападавших (Кальпин А.) схватил ее рукой за плечо и с силой "втолкнул" в комнату, потребовал, чтобы она легла на кровать на живот лицом вниз и не вставала, спрашивал, где в доме сейф. После чего, Потерпевший N3, подчинившись требованиям Кальпина, легла на кровать на живот.

Он же (Кальпин) открыто похитил у Потерпевший N3 телефон марки "LG КР200".

Указанный телефон Потерпевший N3 был обнаружен сотрудниками полиции в автомашине Кальпина М, среди другого похищенного имущества.

Использование идентичных форм и методов нападения на потерпевших - все потерпевшие принудительно были положены на живот лицом вниз, к супругам ФИО46, кроме того, применены средства обездвиживания - наручники и липкая скотч-лента, соответственно, также свидетельствует об организованности банды и согласованности действий ее участников.

Металлические наручники и липкая скотч-лента были обнаружены в доме ФИО46 в ходе осмотра места преступления (Т.3, л.д.198-216).

О применение этих наручников в отношении ФИО46 свидетельствует обнаруженный на них клеточный биологический материал потерпевшего, что следует из заключения эксперта N691Э от 30 марта 2021 года (Т.4, л.д.114-126).

Для устрашения и подавления воли к сопротивлению потерпевшим демонстрировалось огнестрельное оружие - Калипиным А. - обрез ружья, лицом в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство - пистолет, которые направлялись в сторону потерпевших, срез ствола обреза приставлялся ФИО46 в области спины с левого бока, высказывались угрозы "прострелить печень", которые потерпевшие воспринимали реально и опасались за свою жизнь и здоровье.

Именно после этого, ФИО46 сообщил о наличии в чемодане в гараже денег в сумме 200 000 рублей, а также на счетах банковских карт, хранящихся в портмоне.

По мнению Судебной коллегии, о руководящей роли Кальпина А. в банде, распределении ролей и согласованности действий всех членов банды на месте преступления свидетельствуют и обстоятельства хищения имущества потерпевших, согласно которым имущество похищалось ими одновременно из разных мест и комнат в доме ФИО46, расположенных как на первом, так и на втором этаже дома.

Так, Кальпин А. похитил из чемодана в гараже деньги ФИО46 в сумме 200 000 рублей; из прикроватной тумбочки в спальне на втором этаже принадлежавшие последнему часы "ROLEX-PRINCE", футляр с солнцезащитными очками марки "BVLGARI", а также часы ФИО46 марки "Chopard IMPERIALE"; из гардеробной комнаты на первом этаже деньги ФИО46 - купюры разного номинала банков России, США и Евросоюза на общую сумму 6 245 рублей 46 копеек, а из ящика в той же гардеробной комнате деньги в общей сумме 50 000 руб.

Он же (Кальпин А.) похитил из прикроватной тумбочки в комнате Потерпевший N3 принадлежащей ей мобильный телефон марки "LG КР200".

Одновременно с этим, Галкин и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, похитили: из гардеробной комнаты на втором этаже два цельномеховых полупальто ФИО46 из меха норки и соболя; с тумбочки в спальне на втором этаже деньги ФИО46 на общую сумму 638 рублей 65 копеек монетами банка России, США, Евросоюза в двух фарфоровых копилках в форме "Совы";

из прикроватной тумбочки в спальной комнате на втором этаже кольцо ФИО46 марки "BARAKKA" с брильянтом, а также ювелирные изделия ФИО46: золотую цепочку, комплекты золотых серег со вставками из янтаря, турмалина, бриллиантов, золотые кольца с различными вставками из камней, включая бриллианты, в том числе золотое обручальное кольцо марки "BULGARI" с бриллиантом, а также многочисленные бижутерные украшения ФИО46 (кольца, перстни, серьги, клипсы, подвески, кулоны, бусы, браслеты, крестик, броши, цепочки и ремешки), не представляющие для нее ценности;

из зальной комнаты телевизионную приставку марки "Эйпл-ТВ".

При задержании автомашины Кальпина М. указанные часы потерпевших ФИО46 "ROLEX-PRINCE" и "Chopard IMPERIALE" находились на запястьях обоих рук Кальпина А, что подтвердили сотрудники полиции ФИО20 и ФИО21

Осужденный Галкин также подтвердил, что видел на запястьях обеих рук Кальпина А. похищенные у потерпевших часы.

Указанные сотрудники также показали, что у Кальпина А. находился полиэтиленовый пакет с ювелирными изделиями, украшениями и иными предметами бижутерии, что, по мнению Судебной коллегии, также свидетельствует о его руководящей роли в банде, поскольку указанные изделия и предметы из дома были похищены Галкиным и лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

О причастности осужденных к разбойному нападению свидетельствует обнаружение в задержанной автомашине Кальпина М. похищенного телефона Потерпевший N3 марки "LG КР200", денег, монет банков России, США, Евросоюза, 2 меховых женских полупальто, футляра с солнцезащитными очками марки "BVLGARI", 2 фарфоровые копилки в форме "Совы", ювелирных изделий, бижутерии и другого похищенного имущества супругов ФИО46 (кроме денег в сумме 127 000 рублей, телевизионной приставки "Эйпл ТВ", мужского кольца из белого золота весом 3 грамма марки "BARAKKA", 3 женских золотых колец 750 пробы: из розового золота весом 5 грамм, с камнем аметист и бриллиантами, из белого золота весом 3 грамма с бриллиантами, из белого золота весом 5 грамм с бриллиантом марки "BULGARI").

О совершении преступления в составе организованной группы свидетельствуют обнаруженные в ходе того же осмотра места преступления от 16 декабря 2020 года на придомовой территории ФИО46 следы протектора обуви на правые ноги осужденных Кальпина А. и Галкина, что следует из заключения эксперта N33 от 11 февраля 2021 года (Т.4, л.д.55-70).

Не обнаружение при задержании Кальпина А, Галкина и Кальпина М. денег в сумме 127 000 рублей, телевизионной приставки "Эйпл ТВ" и 4 золотых колец не опровергает выводов суда об объеме похищенного, так как одному соучастнику с частью похищенного удалось скрыться.

Из материалов уголовного дела усматривается, что на вооружении банды находилось два огнестрельных оружия пригодных к целевому применению - пистолет "Baikal" и обрез двуствольного, гладкоствольного охотничьего ружья "ТОЗ", которое использовалось при нападении на дом ФИО46, находилось в исправном состоянии, осужденные готовы были их применить, а также об осведомленности об этом всех участников банды.

Обрез ружья и 7 патронов к нему, пистолет "Baikal" со снаряженным магазином с патронами в количестве 5 штук были обнаружены в автомашине Кальпина М. при ее задержании сотрудниками полиции (Т.4, л.д.151-161).

Сотрудники полиции ФИО20, ФИО21, ФИО62 и ФИО67 подтвердили, что в рюкзаке автомашины Кальпина М. при ее задержании обнаружено 2 огнестрельных оружия - пистолет "Baikal" с 5 патронами и обрез двуствольного, гладкоствольного охотничьего ружья "ТОЗ" с 7 патронами.

Согласно заключению экспертизы пистолет "Baikal" является огнестрельным оружием, а именно 9 мм нарезным пистолетом, пригодным для производства отдельных выстрелов 9 мм пистолетными патронами ПМ, переделанным самодельным способом из газового пистолета ИЖ-79-8, отечественного промышленного производства, путем внесения конструктивных изменений: установки самодельного ствола, расточки чашки затвора, изготовления и установки самодельного гнетка затвора; 5 патронов являются 9 мм боевыми пистолетными патронами отечественного промышленного производства к пистолетам ПМ, АПС и др, относятся к категории боеприпасов: пригодны для производства выстрелов.

Обрез ружья относится к категории огнестрельного оружия, пригоден для стрельбы охотничьими патронами 16 калибра, изготовлен самодельным способом из двуствольного, гладкоствольного охотничьего ружья 16-го калибра отечественного производства, модели "ТОЗ" модели Б, 1958 г.в, б/н (номер на рычаге защелки цевья "12882"), путем внесения конструктивных изменений: самодельного укорачивание ложа и ствола охотничьего ружья до остаточной длины; установки самодельного левого курка; восстановления правого курка (наплавления металла, термического воздействия, механического воздействия в виде изменения рельефа поверхности металла, разнонаправленных трасс (царапин) различной ширины и глубины). 7 патронов относятся к категории боеприпасов: являются охотничьими патронами 16 калибра отечественного промышленного производства; предназначены для использования с охотничьими гладкоствольными ружьями 16-го калибра.

Указанные пистолет и обрез ружья пригодны для производства выстрелов.

Потерпевший ФИО46 опознал пистолет "Baikal", как огнестрельное оружие, которое использовалось в ходе разбойного нападения.

Из показаний потерпевшего следует, что у нападавших также имелся обрез охотничьего двуствольного ружья, которым ему "тыкали" в бок, угрожая "прострелить печень".

Указанные показания подтвердила потерпевшая ФИО46, показав о наличие в руках нападавших огнестрельного оружия - "пистолетов".

Согласно заключению экспертизы N738Э от 28 января 2021 год на курке указанном пистолете "Baikal" обнаружен биологический материал Кальпина А. (Т.3, л.д.112-16).

О том, что в банде имелось огнестрельное оружие, о чем знали все участники банды, включая Кальпина М, показали осужденные Кальпин А. и Галкин.

Согласно показаниям осужденного Кальпина А, он сообщил Галкину и лицу, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, что о намерении использовать при нападении на дом ФИО46 огнестрельное оружие - обрез охотничьего ружья и патроны к нему. В свою очередь, указанное лицо обещало взять с собой "плетку" - пистолет.

Показал, что сообщил брату Кальпину М. о наличии в рюкзаке обреза ружья и патронов, когда сел в автомашину последнего для того, что бы ехать на место преступления.

Подтвердил, что его брат Кальпин М. знал и о наличии у лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство пистолета, поскольку указанное лицо, прежде чем сесть в автомашину, продемонстрировало его всем присутствующим, приподняв край куртки таким образом, чтобы видна была рукоятка.

Показал, что около дома потерпевших, достал обрез из рюкзака, собрал его, соединив стволы и приклад, зарядил его, вставив в оба ствола по патрону, но курки взводить не стал, опасаясь случайного выстрела.

Заряженный обрез и оставшиеся патроны к нему он намеривался использовать в отношении потерпевших.

Также видел, как лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство достал из-за пазухи пистолет.

Пояснил, что в доме ФИО46 держал указанный заряженный обрез ружья в руке.

Слышал, как лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство передернуло затвор пистолета, то есть перевело пистолет в боевое, готовое к применению положение.

Осужденный Галкин в своих показаниях на досудебной стадии подтвердил использование осужденными в ходе разбойного нападения огнестрельное оружие.

Показал, что в ходе разбойного нападения Кальпин А. использовал обрез ружья, который ему остался от умершего отца, а лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство - пистолет "Байкал" визуально похожий на ПМ (пистолет Макарова).

Дав надлежащую оценку приведенным и иным доказательствам, суд правильно квалифицировал действия Кальпина А. по части 1 статьи 209 УК РФ - создание устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан (банды) и руководство ею (бандой), а Галкина и Кальпина М. по части 2 статьи 209 УК РФ - участие в устойчивой вооруженной группе (банде) и в совершенном ею нападении.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все присущие деятельности банды признаки установлены и приведены в приговоре.

Созданная банда, участниками которой являлись осужденные, представляла собой организованную устойчивую группу с постоянным составом, которые заранее объединились для совершения нападения на дом ФИО46 в целях хищения их имущества. Эта группа была вооружена двумя видами огнестрельного оружия пригодного для стрельбы - пистолетом "Baikal" и обрезом ружья "ТОЗ".

О наличие оружия в банде были осведомлены другие члены банды, включая Кальпина М.

Именно в автомашине Кальпина М. в ходе ее задержания сотрудниками полиции указанное огнестрельное оружие было обнаружено.

Применением пистолета и обреза ружья осужденные угрожали потерпевшим ФИО46, при совершении разбойного нападения.

Нападения на потерпевших были совершены с целью хищения их имущества.

К моменту совершения этих нападений устойчивая организованная группа была сформирована и функционировала, осужденный Кальпин М. был представлен членам банды, как участник, до совершения разбойного нападения.

На это указывают показания осужденного Кальпина А, согласно которым последний довел до членов банды информацию о том, что к ним присоединился его брат Кальпин М, имеющий автомашину "CHERY", которому отведена роль водителя и наблюдателя за обстановкой, пока они будут совершать разбойное нападение, и получил согласие членов банды на привлечение нового участника.

Из этих показаний также следует, что он (Кальпин А.) поставил своего брата Кальпина М. в курс плана банды и получил от последнего согласие участвовать в ней и в совершенном нападении.

Из показаний осужденного