Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

"О юридической природе процентов по денежным обязательствам" (Суханов Е.А., "Законодательство", 1997, N 1)

О юридической природе процентов по денежным обязательствам


С переходом к рыночной организации хозяйства существенно повысилась роль ряда традиционных гражданско-правовых институтов, призванных оформлять нормальный имущественный (товарно-денежный) оборот. К их числу относится и категория "процентов за пользование чужими денежными средствами", которые под наименованием так называемых "законных процентов" по денежным обязательствам были известны и ранее действовавшему отечественному законодательству (ср. ст. 226 ГК РСФСР 1964 г. и п. 3 ст. 66 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г.).

Речь идет о годовых процентах, подлежащих уплате кредитору по денежному обязательству, исполнение которого просрочено должником. Их размер определяется законом (3% годовых в соответствии со ст. 226 ГК 1964 г., 5% годовых согласно п. 3 ст. 66 Основ 1991 г., "учетная ставка банковского процента" по п. 1 ст. 395 ГК РФ), если иной размер прямо не установлен специальным законом или договором (соглашением сторон). Обычно эти проценты взыскиваются наряду с неустойкой, предусмотренной законом или договором на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения денежного обязательства.

В условиях инфляции "учетная ставка банковского процента" одно время значительно превышала 200% годовых (в настоящее время она составляет около 40% годовых, но нестабильность нынешней экономической ситуации не исключает ее резких колебаний). При таком положении кредитор по денежному обязательству получает возможность на законных основаниях взыскать с неисправного должника сумму, нередко в несколько раз превышающую размер основного долга (с учетом того, что неустойка за просрочку исполнения данных обязательств обычно устанавливается в договорах, прежде всего в кредитных, в размере от 1 до 5% годовых за каждый день просрочки, т.е. по сути колеблется в диапазоне от 365 до 1825% годовых!). Конечно, неустойка может быть уменьшена судом в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства (ст. 333 ГК). Однако не всякий спор доходит до суда, и не всякий истец в состоянии доказать несоразмерность неустойки и убытков, да и не всякий судья теперь осмелится "поднять руку" на принцип свободы договора (свободы сторон формировать условия договора в соответствии с п. 4 ст. 421 ГК) основополагающее начало рыночного оборота.

Ясно, что положение должника по денежному обязательству в данных условиях становится безнадежным, а невозвращенный в срок сколько-нибудь значительный по сумме банковский кредит в большинстве случаев практически должен означать для него наступление банкротства, ибо расплатиться с учетом процентов и неустойки нормальный должник обычно не в состоянии. Эти обстоятельства и породили как в предпринимательской, в том числе в банковской, так и в правоприменительной (судебной) практике споры о юридической (гражданско-правовой) природе процентов по денежному обязательству. Споры эти, как очевидно, имеют не схоластический, а весьма конкретный, практический характер, однако их удовлетворительное, юридически грамотное разрешение без обращения к теории гражданского права невозможно.

В ходе этих споров выявилось несколько различных позиций. Первая позиция опирается на буквальное толкование текста ст. 395 ГК (начиная уже с заголовка), акцентируя внимание на том, что проценты за пользование чужими денежными средствами взыскиваются "вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате, либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица", т. е. в случае совершения стороной обязательства правонарушения. Заголовок же ст. 395 ГК прямо говорит об "ответственности за неисполнение денежного обязательства". С точки зрения сторонников данного подхода все это не оставляет никаких сомнений в том, что речь идет о неустойке (выраженной в процентах годовых) как мере ответственности за гражданское правонарушение.

Из этого следует, что такие проценты нельзя взыскивать наряду с иными неустойками (ибо две неустойки за одно и то же правонарушение установить и взыскать невозможно), а потому указание в конкретном кредитном договоре каких-либо процентов, например, на случай просрочки его исполнения заемщиком, всегда исключает взыскание процентов, предусмотренных п. 1 ст. 395 ГК. Кроме того, даже при применении этого последнего правила размер таких процентов может быть уменьшен судом в соответствии со ст. 333 ГК. Наконец, применение неустойки как меры ответственности по общему правилу требует наличия вины в действиях правонарушителя (ст. 401 ГК) и иных условий его ответственности (п. 2 ст. 330 ГК), а их отсутствие (или наличие обстоятельств непреодолимой силы) должно освобождать должника от ответственности.

Разновидностью данной позиции является мнение о том, что предусмотренные в п. 1 ст. 395 ГК проценты есть заранее определенный законом размер убытков, которые может получить кредитор по денежному обязательству. Иногда говорят также, что эти проценты составляют неполученные доходы, или упущенную выгоду кредитора, т.е. лишь известную часть его возможных убытков. Но поскольку убытки, как известно, тоже представляют собой меру гражданско-правовой (имущественной) ответственности (п. 1 ст. 393 ГК), из указанного подхода следуют в основном те же практические выводы, что и из первого (в том числе относительно необходимости вины и других оснований для несения ответственности).

Различие между ними состоит в том, что размер убытков, в отличие от размера неустойки, не может быть уменьшен судом. Кроме того, согласно рассматриваемому взгляду, взыскание убытков само по себе не исключает взыскания неустойки. Однако последняя по общему правилу (при отсутствии прямых указаний закона) засчитывается в общий размер убытков (п. 1 ст. 394 ГК). Поэтому взыскание убытков в полном объеме (или в размере, заранее определенном законом) исключает взыскание неустойки (в том числе и предусмотренной договором).

Наконец, третий подход трактует предусмотренные ст. 395 ГК проценты как особую меру ответственности, существующую наряду с неустойкой и убытками. По своим практическим последствиям он также по сути ничего не меняет в сравнении с первым из изложенных взглядов. Если это - мера (форма) гражданско-правовой ответственности, хотя бы и особая, то для ее применения все равно необходимо наличие общих условий ответственности (включая, как правило, и вину). Она не может применяться наряду с неустойкой (ибо нельзя применять две меры ответственности за одно и то же правонарушение), а ее предельный размер не должен превышать общего размера убытков. Следовательно, он может быть уменьшен при превышении указанного лимита.

Как видно, все перечисленные подходы основываются на понимании процентов, уплачиваемых должником по денежному обязательству, в качестве меры гражданско-правовой ответственности, применяемой за соответствующее правонарушение (просрочку в возврате суммы долга, неправомерное использование чужих денежных средств и т.д.). Между тем с любого, в том числе и исправного заемщика ("ссудополучателя" по кредитному договору), за пользование денежными средствами кредитора-займодавца подлежат взысканию проценты в размере "ставки банковского процента (ставки рефинансирования)", если иной их размер прямо не предусмотрен договором (п. 1 ст. 809 ГК). Эти проценты, безусловно, не являются мерой имущественной ответственности (ибо при их начислении обычно отсутствует какое-либо правонарушение). Они представляют собой плату за кредит (плату за деньги как товар, передаваемый по договору займа или кредита).

Чем же эти проценты по своей юридической и экономической природе отличаются от процентов, начисляемых по денежному обязательству в соответствии со ст. 395 ГК? Ведь в обоих случаях должник использует чужие денежные средства, которые, будь они у кредитора, обязательно принесли бы ему определенный доход. Дело в том, что деньги как товар обладают рядом особенностей. Одна из них заключается в том, что в нормальном имущественном обороте деньги всегда дают некоторый "прирост" независимо от усилий их владельца (ибо он кладет их в банк и получает как минимум средний годовой процент, являющийся как бы "естественным приростом", подобным приросту шерсти у домашних животных). Поэтому возврат денег по обязательству всегда предполагает их возврат в соответственно увеличенной сумме (если только сам закон или договор не предполагают безвозмездного использования чужих денег, например, в соответствии с п. 3 ст. 809 ГК).

Размер такого "прироста" как раз и определяется средней ставкой процентов годовых, выплачиваемых банками по вкладам. Ранее у нас он прямо определялся законом (3 или 5%), а в условиях инфляции и резкого повышения стоимости кредитов стал определяться как "плавающая" (меняющаяся в зависимости от конъюнктуры) величина, определяемая "единой учетной ставкой Центрального банка РФ по кредитным ресурсам, предоставляемым коммерческим банкам (ставкой рефинансирования)" (п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ"), которая в данной ситуации практически всегда несколько ниже средней ставки банковского процента.

Таким образом, речь в данном случае должна идти не об ответственности должника, а о плате за кредит (т. е. за пользование чужими деньгами). Эта плата в принципе должна взыскиваться за фактическое пользование чужими денежными средствами независимо от того, происходит ли это пользование на законных (договорных) основаниях или является результатом неправомерного поведения должника (п. 50 названного постановления). В кредитных договорах она обычно определяется самими сторонами (а потому и правила п. 1 ст. 395 ГК в соответствии с последним предложением этого пункта применяются, если иной размер процентов не предусмотрен законом или договором), что никак не меняет ни юридической, ни экономической ее природы. Иначе говоря, стороны договора (а иногда - и сам законодатель) вольны сами определить размер этой платы, которая вполне может быть как выше, так и ниже среднего банковского процента. Лишь, если они сами этого не сделали, применяется правило п. 1 ст. 395 (или п. 1 ст. 809 ГК).

Следовательно, при просрочке возврата денежного долга должник обязан уплатить проценты за все время, пока за ним числились взятые у кредитора деньги (в размере, определенном либо специальным законом (например, 3% годовых, как это предусмотрено некоторыми из действующих транспортных уставов и кодексов), либо договором, либо (при их отсутствии) - правилом п. 1 ст. 395 ГК). Ведь они в любом случае дают этот "естественный прирост", который надо вернуть кредитору, если иное не предусмотрено законом или договором.

Помимо этого неисправный должник должен быть наказан за правонарушение - уплатить неустойку, предусмотренную законом или договором (в том числе, и в размере, указанном в п. 1 ст. 395 ГК, как это, например, предусматривает правило п. 1 ст. 811 ГК). Если же этим не компенсированы убытки кредитора, они также могут быть взысканы в части, не покрытой неустойкой и процентами за пользование его деньгами. Именно поэтому размер убытков в любом случае должен рассматриваться в качестве верхней границы (предела) сумм, взыскиваемых с неисправного должника (п. 50 названного постановления).

Итак, проценты за пользование чужими деньгами должны, следовательно, взыскиваться наряду с неустойкой, установленной за просрочку законом или договором, причем независимо от вины должника.

Размер этих процентов, предусмотренный законом или договором, ни при каких условиях не может быть уменьшен. Ведь само денежное обязательство подлежит исполнению не только независимо от вины, но даже и при наступлении обстоятельств непреодолимой силы (п. 1 ст. 202 ГК), в чем также состоит одна из его важных особенностей. Для исполнения такого обязательства никакого юридического значения не имеет наличие, например, стихийного бедствия или народных волнений в месте жительства или нахождения кредитора либо должника. В нормальном товарно-денежном обороте не существует никаких обстоятельств, препятствующих выплате денежного долга, кроме отсутствия у должника денег. Но последнее, разумеется, не должно освобождать должника от исполнения (п. 3 ст. 401 ГК). По этим же причинам должнику по денежному обязательству в любом случае придется выплатить своему кредитору не только сумму основного долга, но и проценты за пользование чужими денежными средствами (если иное не предусмотрено законом или договором). Данное положение - прямое следствие нормального имущественного (рыночного) оборота.

В подтверждение можно также сослаться на аналогичные правила, применяемые во внешнеэкономическом обороте. Так, согласно ст. 78 Конвенции ООН в договорах международной купли-продажи товаров (Венской конвенции), участницей которой является и Россия, просрочка в уплате цены, допущенная одной из сторон договора, дает право другой стороне требовать "проценты с просроченной суммы без ущерба для любого требования о возмещении убытков". Это означает, что такое требование может быть заявлено не только независимо от доказанности убытков и их размера (т.е. независимо от применения мер ответственности), но и независимо от обстоятельств, которые могли бы освободить должника от возмещения убытков или уменьшить их размер.* Еще более отчетливо этот подход зафиксирован в "Принципах Международных коммерческих договоров" ("Принципах УНИДРУА"), разработанных международным институтом унификации частного права (УНИДРУА) и имеющих рекомендательный характер. Согласно п. 1 ст. 7.4.9. упомянутых Принципов при неуплате денежной суммы по наступлении срока платежа "потерпевшая сторона имеет право на проценты годовых на эту сумму с момента наступления срока платежа до момента уплаты, независимо от того, освобождается ли сторона от ответственности за неплатеж". При этом проценты подлежат уплате и в том случае, когда просрочка является следствием форc-мажора, "поскольку должник продолжает получать проценты на сумму, которая не может быть им выплачена кредитору".** Названные правила развитого торгового оборота не могут не служить ориентирами для национальных правопорядков.

Иное дело - неустойка, предусмотренная законом или договором для нарушителя обязательства и взыскиваемая наряду с рассмотренными выше процентами. Верхней границей (пределом) всякого взыскания в гражданском праве является размер убытков, ибо даже применение мер ответственности к неисправному контрагенту не должно вести к неосновательному обогащению кредитора. Поэтому и появилось правило о возможности суда уменьшить размер взыскиваемой неустойки. Очевидно, например, что неустойка в 5 % годовых за каждый день просрочки, дающая возможность кредитору требовать по истечении года просрочки сумму, более чем в 18 раз превышающую размер основного долга, не должна взыскиваться судами в полном объеме. Такая неустойка, безусловно, многократно перекрывает все возможные убытки кредитора и по сути является кабальным условием сделки (см. ст. 179 ГК).

Невозможно также оправдать встречающиеся на практике попытки начисления предусмотренных ст. 395 ГК процентов на сумму подлежащей взысканию неустойки или на сумму процентов за пользование чужими денежными средствами (иначе говоря, "процентов на проценты").

Такая возможность не предусмотрена действующим гражданским законодательством (см. п. 1 ст. 811 ГК, прямо говорящий о начислении процентов на сумму займа, а не на сумму неустойки или процентов и абз. 2 п. 51 указанного Постановления "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ"), а также противоречит добросовестному и разумному пониманию принципа свободы договоров, будучи по сути одной из форм злоупотребления правом (п. 1 ст. 10 ГК). В силу названных причин она не поддерживается и судебно-арбитражной практикой.

Таким образом, при взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами они подлежат уплате независимо от вины должника в размере, предусмотренном законом или договором, а при отсутствии соответствующих правил - в размере, установленном п. 1 ст. 395 ГК. Возможны и такие ситуации, когда, например, в кредитном договоре предусматривается уплата повышенных процентов за пользование чужими денежными средствами на период просрочки с возвратом основного долга. Это обстоятельство ничего не меняет в их юридической природе, если, конечно, в договоре они прямо не названы неустойкой (см. ст. 431 ГК). В договоре могут и отсутствовать прямые указания на имущественные последствия просрочки для должника. Тогда будет применяться правило п. 1 ст. 395 ГК. Но убытки во всех этих случаях могут взыскиваться лишь в части, не покрытой указанными процентами (п. 2 ст. 395 ГК), а неустойка - в части, не превышающей размер убытков (с соблюдением общих условий гражданско-правовой ответственности).

В заключение следует отметить, что денежные обязательства возникают не только при возврате сумм, полученных по договорам займа и кредита. Они появляются в подавляющем большинстве возмездных договоров (за исключением мены), содержащих обязанность оплаты товаров, работ или услуг, при возврате аванса ("предоплаты"), во внедоговорных обязательствах. Во всех этих случаях такие обязательства должны исполняться с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами (с момента, когда соответствующее обязательство должно было быть исполнено должником до момента его фактического исполнения).

В связи с уменьшением размера учетной ставки (ставки рефинансирования) Центробанка в последнее время актуальность приобрел также вопрос о моменте, с которого следует исчислять проценты за пользование чужими средствами. Кредиторы иногда пытаются исчислять их даже с момента заключения договора (поскольку ранее размер этой ставки был выше), тогда как должники заинтересованы в их исчислении на момент предъявления к ним соответствующего требования (ибо размер этой ставки сейчас существенно понижается). Вместе с тем очевидно, что если размер данной ставки повысится, то интересы сторон в этом вопросе станут прямо противоположными. К сожалению, единства по данному вопросу нет и в правоприменительной практике.

Между тем, прямой ответ на него имеется в самом законе. Согласно п.1 ст. 395 ГК размер процентов должен определяться "на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части", ибо предполагается, что именно с этого момента кредитор мог бы использовать денежные средства, находящиеся у должника, в собственных целях. Лишь при судебном взыскании долга суд "может (т.е. вправе, но не обязан) удовлетворить" требование кредитора о взыскании с должника указанных процентов, "исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения". Для этого необходимо доказать соответствующее изменение размера указанных процентов к моменту предъявления иска или к моменту вынесения решения судом. Иначе говоря, расчет процентов с этого времени представляет собой исключение из общего правила, которое должно быть соответствующим образом обосновано.



------------------------------------------------------------

* См.: Венская конвенция о договорах международной купли-продажи товаров. Комментарий. - М., 1994. С. 181.

** См.: Принципы международных коммерческих договоров. - М., 1996, С. 239-241.


Суханов Е.А.


Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете подать заявку на получение полного доступа к системе бесплатно на 3 дня.

Получить доступ к системе ГАРАНТ

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.


О юридической природе процентов по денежным обязательствам


Автор


Суханов Е.А. - доктор юридических наук, профессор, декан юридического факультета МГУ


Практический журнал для руководителей и юристов "Законодательство", 1997, N 1