Возмещение морального вреда, причиненного потерпевшему:
уголовно-процессуальный аспект
Порядок возмещения материального ущерба от преступлений более-менее урегулирован законодательством: нормативно закреплена и действует специальная процедура, предусматривающая возможность предъявления соответствующего гражданского иска и компенсации причиненного имущественного вреда в рамках уголовного процесса (ст.ст.29, 54, 137, 310 УПК).
Введение в действие с 1 января 1995 г. части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.151 которого дает обновленное определение морального вреда, подлежащего компенсации в денежной форме, породило достаточно серьезную проблему, связанную с необходимостью четкого определения термина "моральный вред" применительно к уголовному судопроизводству.
До настоящего времени уголовно-процессуальное законодательство никак "не отреагировало" на происшедшие изменения в гражданском законодательстве, связанные с расширением перечня видов вреда, подлежащего материальной компенсации: формулировки упоминавшихся ст.ст.29 и 54 УПК по-прежнему позволяют взыскивать в уголовном процессе только материальный ущерб. Хотя, исходя из здравого смысла, вряд ли найдутся противники возмещения потерпевшим моральных страданий - в рамках уголовного судопроизводства. Подтверждением этому служат и многочисленные случаи из судебной практики, в том числе из практики Верховного Суда Российской Федерации (Бюллетень ВС РФ. 1995. N 4. С.15). Начиная с 1993 года суды при постановлении приговоров принимали решения об удовлетворении предъявленных потерпевшими исков о возмещении морального вреда. Следует, однако, отметить, что суды и судьи, постановляющие такие приговоры, идут по пути целесообразности, но отнюдь не законности. Практика эта, не подкрепленная законодательно, создает неразбериху; судьи просто не знают, чем же им руководствоваться - складывающейся судебной практикой или устаревшими положениями ст.ст.29, 54, 137 УПК, допускающими компенсацию только материального ущерба. От этого страдают и потерпевшие, которые не знают, в каком порядке им могут возместить причиненный моральный вред, а зачастую и не догадываются о наличии у них такой возможности, поскольку действующее уголовно-процессуальное законодательство не обязывает никого из должностных лиц правоохранительных органов разъяснять потерпевшим наличие у них соответствующего права.
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в п.9 которого говорится, что применительно к ст.29 УПК потерпевший вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу, не только не решает проблемы, но и еще больше ее запутывает. Данная формулировка отнюдь не обязывает суд при предъявлении гражданского иска признавать потерпевшего гражданским истцом, что противоречило бы ст.54 УПК, не говоря уже о том, что из нее вовсе не следует обязанность суда удовлетворять эти иски.
Попытки легализации таким образом возмещения морального ущерба в уголовном процессе лишь создают новый круг вопросов, требующих разрешения. Так, судья, руководствуясь указанным постановлением Пленума, должен соответственно решать и такие вопросы, как можно ли компенсировать причиненный моральный вред потерпевшему по инициативе суда в случае, если иск не предъявлен, и можно ли налагать арест на имущество виновного лица в целях обеспечения заявленного иска о возмещении морального вреда. О последнем случае хотелось бы сказать особо, поскольку ст.175 УПК обязывает следователя наложить арест на имущество в целях обеспечения гражданского иска, не уточняя при этом, какого именно. При складывающейся судебной практике это дает возможность трактовать термин "гражданский иск" и как иск, заявленный в связи с возмещением морального вреда. В то же время среди юристов не прекращается спор о возможности имущественного ареста по неимущественному иску в целях его обеспечения применительно к гражданскому судопроизводству ("Российская юстиция", 1994 г. N 3, 6, 8, 10; 1995 г. N 1).
Представляется, что для упорядочения складывающейся ныне практики в Уголовно-процессуальный кодекс (ст.ст.29, 53, 137) требуется незамедлительно внести дополнение о возможности возмещения в пользу потерпевших, помимо имущественного ущерба, также и мор
