О российском акционерном законодательстве*
Проблема учета в новом отечественном законодательстве о рынке старых российских традиций представляется весьма актуальной. Совершенно очевидно, что современное законодательство должно учитывать собственные исторические традиции, а не только и не столько заимствовать правила пусть из самых развитых, но нередко чужеродных правопорядков.
При создании нового Гражданского кодекса РФ рабочая группа пыталась максимально учесть эти обстоятельства. Скажем, организационно-правовая форма "общества с дополнительной ответственностью", иногда вызывающая недоумение, прямо заимствована из первого российского ГК 1922 г., в котором таким образом трактовалось общество с ограниченной ответственностью как новая для того времени юридическая конструкция.
Специалистам хорошо известны достоинства дореволюционного русского акционерного законодательства. Теоретические работы того времени, не утратившие актуальности до сих пор, были, по сути, возвращены к жизни путем их переиздания начиная с 1994 г. сначала учебников профессора Г.Ф. Шершеневича, а потом и целой серии "Классика российской цивилистики". Делалось это для того, чтобы современные читатели, в том числе юристы и даже законодатели, познакомились с богатством нашего исторического наследия в области частного права.
Именно поэтому было весьма обидно наблюдать, как недостаточно квалифицированные люди, основываясь на рекомендациях далеко не лучших зарубежных специалистов, начали формировать отечественное акционерное законодательство в начале 90-х годов. Было создано печально знаменитое Положение об акционерных обществах 1990 г. N 601, а затем ряд проектов акционерных законов, построенных по американскому образцу (их разработка даже финансировалась американцами). Часть этих неудачных идей реализована в законодательстве о приватизации (имеется в виду не менее известный Типовой устав акционерного общества, созданного в результате приватизации). В результате Россия опять прошла через те же аферы и злоупотребления, о которых говорили и писали русские цивилисты начала века, прекрасно знакомые с "темными сторонами" акционерного дела.
Крайне неудачной представляется и навязанная нашему законодательству конструкция закрытых акционерных обществ, воспроизводящая категорию англо-американской closed corporation и, по сути, выполняющая те же функции, что и давно известное общество с ограниченной ответственностью. Все это еще раз подтвердило бесперспективность прямого заимствования законодательных решений из англо-американского права и отказа от учета собственных законодательных традиций.
В Гражданском кодексе РФ была заложена более близкая российскому законодательству германская модель акционерного общества. Однако от разработки российского акционерного закона большинство создателей ГК было намеренно отстранено (хотя именно им удалось создать более удачные модельные законы для стран СНГ об обществах с ограниченной ответственностью и об акционерных обществах). Этот закон, используя, как указывалось, американские принципы, часто вступает в прямое противоречие с ГК РФ и имеет другие существенные недостатки. В частности, его создатели даже не попытались учесть известный дореволюционный опыт, о котором говорится в статьях В.А. Томсинова и который давно и хорошо известен квалифицированным специалистам. Сейчас от американского подхода страдает и акционерное законодательство Украины, которому тоже навязываются, мягко говоря, странные законопроекты.
Рассматривая данную проблему, следует учитывать то очевидное обстоятельство, что сейчас - конец XX, а не XIX века. Уже давно юридически грамотно (с позиций континентального правопорядка) решен когда-то спорный вопрос о собственности на акции и на имущество акционерного общества. Всякому квалифицированному юристу теперь ясно, что собственником имущества общества является оно само как единое юридическое лицо (и никакой "коллективной собственности" здесь нет и быть не может).
Многое в организации акционерных обществ существенно изменилось в сравнении с классическими конструкциями. Возможность быстрого отчуждения и переуступки акций на биржах превратило членство в таких обществах в простое и нередко весьма кратковременное участ
