Субъекты кассационного обжалования в арбитражном процессе
Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от 24 сентября 1999 г. "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" отчасти коснулся проблем, связанных с лицами, имеющими право на подачу кассационной жалобы. Вместе с тем этот вопрос заслуживает специального рассмотрения.
Особенность стадии кассационного обжалования в арбитражном процессе состоит в том, что названные в ст.32 АПК РФ лица не являются здесь субъектами спорных правоотношений. Спора в буквальном смысле в кассации нет, поскольку правовая неопределенность закончена вступившим в законную силу судебным решением. Участвующие в деле лица сохраняют свои "процессуальные имена" условно, а их роль и полномочия существенно отличаются от тех, что были в первой и апелляционной инстанциях. Более того, в кассационной инстанции могут появиться субъекты, вообще не присутствовавшие в процессе на предыдущих стадиях и даже те из них, участие которых в арбитражном споре исключено. Все это позволяет объединить лиц, имеющих право на подачу кассационной жалобы, под общим наименованием субъектов кассационного обжалования. Желательно, на мой взгляд, чтобы такое или другое их специальное определение нашло свое закрепление в Арбитражном процессуальном кодексе.
В соответствии со ст.161 АПК лица, участвующие в деле, вправе подать кассационную жалобу на решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, и постановление апелляционной инстанции. Согласно ст.32 АПК такими лицами являются: стороны арбитражного суда (истец и ответчик); третьи лица (с самостоятельными требованиями и без них); заявители и иные заинтересованные лица (в делах об установлении фактов, имеющих юридическое значение, о несостоятельности организаций и граждан); прокурор, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в арбитражный суд с иском в защиту государственных и общественных интересов.
Общее правило ст.161 АПК, обозначившее круг субъектов кассационного обжалования, дополняет исключение, сформулированное в п.5 ч.3 ст.176 Кодекса следующим образом: если арбитражный суд принял решение или постановление о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, они вправе обжаловать такое решение или постановление в порядке, установленном настоящим Кодексом.
Вынесение одного из субъектов кассационного обжалования за рамки общей нормы (ст.161 АПК) не вызывается необходимостью, на что уже обращалось внимание в юридической литературе. Напротив, указание на него в ст.176 Кодекса, посвященной совершенно другим вопросам, нарушает целостность содержания и структурную согласованность закона, что затрудняет его практическое применение.
Из сравнения ст.ст.161 и 176 АПК видно, что законодатель наделяет правом кассационного обжалования тех лиц, которые участвовали или должны были участвовать в арбитражном деле на предыдущих стадиях процесса. Исходя из п.1 ч.1 ст.22 АПК дело не может рассматриваться в арбитражном суде, когда среди участников экономического спора окажутся не ведущие предпринимательскую деятельность некоммерческие организации или обычные граждане. Тут можно прийти, казалось бы, к очевидному выводу, что поскольку такие лица в соответствии со ст.22 АПК не могут быть участниками арбитражного дела, то на них и не распространяется п.5 ч.3 ст.176 АПК, т.е. они не вправе подать кассационную жалобу.
Однако, как справедливо отмечено в п.1 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, право на обращение с кассационной жалобой в порядке п.5 ч.3 ст.176 АПК имеют "...в том числе граждане, не являющиеся индивидуальными предпринимателями, не привлеченные к участию в деле, если арбитражный суд принял судебные акты непосредственно об их правах и обязанностях". Полагаю, что приведенное разъяснение дает основание утверждать о возможности вовлечения в крут субъектов кассационного обжалования, помимо обычных граждан, любых лиц, не вписывающихся в рамки ст.22 Кодекса. Это могут быть религиозные организации, благотворительные фонды, политические партии и иные правоспособные субъекты, не имеющие отношения к коммерческим операциям.
Поскольку предпринимательской деятельности свойственна динамичность оборота, то промедление в восстановлении нарушенных имущественных прав, невольно вовлеченных арбитражным судом в коммерческую сферу, чревато необратимыми негативными последствиями. В этой ситуации крайне важно быстро разрешить конфликт. Скорее всего именно отмеченными особенностями предпринимательства руководствовался законодатель, введя в арбитражный процесс нетрадиционную фигуру субъекта кассационного обжалования в порядке п.5 ч.3 ст.176 АПК. И кем бы ни был этот субъект, он не должен ограничиваться условиями подведомственности, определенными в ст.22 АПК.
Статья 40 АПК допускает процессуальное правопреемство. Поскольку согласно указанной норме оно возможно на любой стадии арбитражного процесса, то и тут могут появиться новые субъекты кассационного обжалования, в том числе и не отвечающие общим требованиям.
Известно, что переход гражданских прав и обязанностей может состояться между юридическим и физическим лицом, предпринимателем и тем, кто им не является. Таким образом, после вступления арбитражного решения в законную силу у стороны может появиться правопреемник, не отвечающий условиям ст.ст.22 и 32 АПК РФ, присущим участвующим в арбитражном деле лицам. Думается, что тут необходимо пойти по намеченному уже пути и признать за любым правопреемником право на подачу кассационной жалобы.
Норма ч.1 ст.40 АПК допускает возможность процессуального правопреемства у участвующих в деле лиц, если они являются действительными или предполагаемыми субъектами спорного или установленного судом правоотношения. Ими по смыслу главы 4 АПК РФ являются истец, ответчик и третье лицо с самостоятельными требованиями. Третьи лица без самостоятельных требований согласно ст.39 АПК могут вступать в процесс в первой судебной инстанции на стороне истца или ответчика до принятия решения, если последнее может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон. Степень правовой связанности с арбитражным делом у таких лиц различна и нуждается в специальном исследовании.
Таким образом, из сопоставления ст.ст.39 и 40 АПК вытекает, что третье лицо без самостоятельных требований не является стороной спорного или установленного судом правоотношения и у него не может возникнуть процессуального правопреемства. После вступления в законную силу судебного решения правопреемники таких лиц в материальном правоотношении не приобретут право на подачу кассационной жалобы.
При буквальном толковании ст.40 АПК нельзя не отметить еще одно затруднение, вытекающее из ее сравнения со ст.32 Кодекса, определяющей круг участвующих в деле лиц. Под указанную в ст.40 АПК категорию сторон в спорном правоотношении не подходят такие участники процесса, как государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в арбитражный суд с иском в защиту государственных и общественных интересов. Согласно ч.3 ст.32 и ст.42 АПК названные органы в случае необходимости защиты государственных или общественных интересов вступают в процесс только в его начальной стадии путем предъявления иска. Причем, не являясь сторонами в спорных правоотношениях, действуют наряду с ними в качестве так называемых "процессуальных истцов". У таких субъектов, несмотря на их своеобразие, нельзя исключить материального правопреемства, хотя бы в универсальной форме ввиду реорганизации. Но поскольку они, как было замечено, не связаны со спорным правоотношением, то и вновь образованные на их месте структуры (правопреемники) не смогут занять соответствующее положение в арбитражном процессе. Не приобретут они и права на кассационное обжалование.
До вступления судебного решения в законную силу участвующие в деле лица находятся в состоянии правовой неопределенности относительно спорного предмета. На данном этапе правопреемство в спорных правоотношениях может возникнуть у любой из сторон и любым допустимым законом образом. Между тем после вступления в законную силу судебного акта ситуация существенно меняется. Здесь уже ранее спорное правоотношение конкретно определено, а стороны могут располагать только теми правами, которые признаны за ними судом.
Поясним на примере. При рассмотрении виндикационного иска было отказано в его удовлетворении и решение вступило в законную силу. Затем истец уступил свое требование на предмет спора другому лицу по договору цессии, а последнее, считая решение незаконным, обратилось с кассационной жалобой, ссылаясь на процессуальное правопреемство в порядке ст.40 АПК. Кассационная инстанция, на мой взгляд, правомерно отказала в приеме жалобы, не признав права на ее подачу. Мотивы были таковы. Вступившим в законную силу судебным решением истцу отказано в предмете виндикации. В результате он не мог распоряжаться правом на него и передавать требование по договору цессии. До вступления решения в силу принадлежность имущества была спорной, и у сторон имелись одинаковые встречные правовые возможности. Но они существовали лишь до устранения правовой неопределенности. Следовательно, передать правопреемнику свои процессуальные полномочия относительно такого права истец и ответчик могут только в первой и апелляционной инстанциях (до вступления судебного акта в законную силу). В дальнейшем эта возможность будет зависеть от содержания судебного решения, закрепляющего спорное право за одной из сторон. Очевидно, что рассмотренная ситуация не затрагивает правопреемство универсальное, на которое, на мой взгляд, характер судебного решения не влияет.
Из сказанного видно, что указание в ч.1 ст.40 АПК на прямую зависимость правопреемства от участия в спорном правоотношении не всегда соответствует интересам реального судопроизводства. Для того чтобы на всех его стадиях процессуальные права были признаны за правопреемниками всех участвующих в деле лиц, ч.1 ст.40 Кодекса лучше сформулировать следующим образом: "В случаях выбытия одного из участвующих в деле лиц (реорганизация, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и в других случаях) суд производит замену этого лица его правопреемником, указывая об этом в определении или постановлении. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса".
Как отмечалось, причастность не участвующих в деле заявителей кассационных жалоб к спорным правоотношениям определена в п.5 ч.3 ст.176 АПК РФ. В ст.38 АПК, посвященной третьим лицам, заявляющим самостоятельные требования, они полностью приравнены к истцам, кроме обязанности соблюдения претензионного порядка урегулирования спора с ответчиком. Значит, эти лица непосредственно связаны со спорным правоотношением, являются его участниками и защищают свои права путем предъявления иска о том же предмете, что и сторона (истец). Такая причастность к арбитражному делу на стадии кассационного обжалования вполне подпадает под приведенную формулировку п.5 ч.3 ст.176 АПК. Отсюда следует, что право на подачу кассационной жалобы на основании этого пункта имеют субъекты, которые почему-то не предъявили собственный иск на предмет спора и не вступили в процесс в первой инстанции в качестве лиц, заявляющих самостоятельные требования. А как быть с теми, кто должен привлекаться в процесс в качестве третьих лиц без самостоятельных требований в соответствии со ст.39 АПК, но по какой-либо причине этого не произошло? Правовая связь таких лиц с арбитражным делом выражена в Кодексе через формулировку "если решение по делу может повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон". Уже говорилось о достаточно широком диапазоне подобной связи, не делающей указанных субъектов непосредственными участниками спорного правоотношения. А если так, то арбитражное решение или постановление, состоявшееся по этому правоотношению, будет принято не об их правах и обязанностях. Значит, право не участвовавших в деле лиц на подачу кассационной жалобы не распространяется на субъектов, которые могли быть привлечены в дело в качестве третьих лиц без самостоятельных требований. Такая логика законодателя, при всей ее спорности, понятна. Ведь в отличие от субъекта, права которого будут нарушены в будущем, лицо, уже лишенное этих прав вступившим в силу судебным актом, утратило возможность их своевременно защищать. Заявление им в последующем самостоятельного иска связано с потерей времени и риском необратимых последствий. Субъект же, подпадающий под признаки третьего лица без самостоятельных требований, будет в несравненно более выгодном положении, так как не потеряна возможность своевременной защиты (заявление регрессного иска и т.п
