Интервью с Л.Н. Майковой, председателем Федерального арбитражного суда Московского округа
- Людмила Николаевна, давайте посвятим наш разговор судебной реформе - разным ее аспектам. Что в ней, на Ваш взгляд, самое актуальное, какие перспективы она открывает, какие проблемы ставит? Какая ее сторона требует сейчас особого внимания?
- Реформа идет уже давно - с начала 90-х годов, и сделано немало, но предстоит сделать еще больше. Так, у нас до сих пор нет современного процессуального законодательства. Его подготовка составляет, на мой взгляд, наиболее важную часть судебной реформы. Причем процесс создания такого законодательства идет неравномерно: если арбитражная "ветвь" развивается очень динамично, то в гражданском и уголовном судопроизводстве судам общей юрисдикции приходится работать по старым правилам и применять устаревшие во многом процедуры.
- Реформа предусматривает расширение полномочий судов, а это неизбежно ведет к увеличению нагрузки на судей, которая и так велика. Какой выход Вы видите?
- Действительно, за период демократических преобразований компетенция судов в России значительно расширилась.
В арбитражных судах дополнительно стали рассматривать споры о банкротстве, об обжаловании ненормативных актов органов государственной власти и иных органов.
Увеличение нагрузки произошло и за счет налоговых исков. Если раньше широко практиковалось безакцептное списание денежных средств налоговыми и таможенными органами, то сейчас подобные дела поступают в арбитражные суды. Еще одна категория споров, переданных в арбитраж, касается обжалования нормативных актов налоговых органов. Возросло количество дел, связанных с государственным регулированием тарифов на электрическую и тепловую энергию. В результате работы у судей, безусловно, стало намного больше.
Чтобы не снизилось качество рассмотрения дел, я вижу два пути: во-первых, следует увеличить численность судей, во-вторых, необходимо усовершенствовать процессуальные процедуры. Что я имею в виду? Целесообразно предусмотреть специальный порядок разрешения некоторых категорий споров, например, о признании недействительными нормативных актов и дел, вытекающих из административных отношений (в настоящее время они рассматриваются по правилам искового производства, но вряд ли это оправданно). Кроме того, можно использовать упрощенную процедуру в случае признания иска ответчиком.
- В стране идет укрепление вертикали исполнительной власти, в частности, введен институт полномочных представителей Президента РФ в округах. Не мешает ли это расширению самостоятельности судов, нет ли противоречия между усилением административного регулирования и созданием независимых горизонтальных механизмов?
- Противоречия здесь нет, поскольку у каждой ветви власти - и законодательной, и исполнительной, и судебной - свои задачи, и баланс между ними должен обеспечиваться системой сдержек и противовесов. В свою очередь, внутри любой из этих ветвей есть собственная "вертикаль".
Рассмотрим, например, судебную власть. Существует установленная система судов, определены полномочия и компетенция судов каждого уровня. Любой суд самостоятелен в принятии решений по конкретным делам. Регулирование взаимоотношений между судами различных уровней осуществляется с помощью процессуального законодательства. Иными словами, внутри этой "вертикали" взаимоотношения чисто процессуальные, состоящие в проверке "верхними звеньями" законности решений, принятых "нижними".
Исполнительные органы нуждаются в аналогичной системе связей по вертикали, и Президент России пытается ее создать. Поэтому усиление исполнительной власти и укрепление самостоятельности судов - непересекающиеся государственные задачи.
Если все же возникают какие-то противоречия, то помочь может единственный цивилизованный механизм регулирования - суд.
- Людмила Николаевна, Вы - член рабочей группы, создавшей проект Арбитражного процессуального кодекса. Как Вы оцениваете постоянные корректировки нашего процессуального законодательства? Какие новеллы нового Кодекса наиболее значимы?
- Система арбитражных судов была создана в 1992 г., тогда же появился первый Арбитражный процессуальный кодекс. Он требовал совершенствования, и уже в 1995 г. был принят новый, действующий в настоящее время АПК РФ. Сейчас подготовлена и рассматривается Государственной Думой РФ уже третья версия Арбитражного процессуального кодекса.
Частые изменения процедурных правил, безусловно, усложняют работу. Но они необходимы и объясняются прежде всего особенностями переходного периода в экономике нашего государства, потребностями судебной практики. Присоединение к Европейскому сообществу и ратификация Конвенции о правах и свободах человека также требуют от России приведения национального процессуального законодательства в соответствие со стандартами Европы. Следует также устранить внутренние недоработки, имеющиеся в действующем Арбитражном процессуальном кодексе РФ.
В проекте Арбитражного процессуального кодекса, на мой взгляд, очень своевременно получили разрешение вопросы разграничения компетенции арбитражных судов и судов общей юрисдикции. Пока здесь нет ясности. Сложности бывают при рассмотрении споров с участием иностранных лиц, при обжаловании нормативных актов налоговых органов. Много проблем возникает в связи с тем, что при определении подсудности спора исходят только из субъектного состава сторон, не учитывая суть конфликта. Так, все споры с участием физических лиц попадают в суды общей юрисдикции, но при этом, исходя из содержания, некоторые такие дела могут быть рассмотрены арбитражным судом. Именно поэтому порой есть риск получить по одному и тому же иску разные решения, имеющие одинаковую силу.
Например, если решение органов акционерного общества обжалует юридическое лицо, то спор подведомствен арбитражному суду, а если это же решение обжалует физическое лицо - суду общей юрисдикции, хотя такой спор касается исключительно предпринимательских отношений.
Чтобы не допускать подобных коллизий, следует четко оговорить подведомственность дел указанного типа. Представляется, что такие споры должны рассматриваться арбитражными судами, что и предложено в новом Арбитражном процессуальном кодексе.
Четкие формулировки, определяющие содержание деятельности каждой из ветвей судебной власти, позволят снять возникающие на практике вопросы подведомственности дел, исключить возможность ее определения по усмотрению сторон.
Хочу упомянуть об одной процессуальной новелле, которая воспринимается неоднозначно. Я имею в виду реформирование института надзора. В чем ее суть? Во-первых, заявление о пересмотре дела в порядке надзора, согласно проекту, допустимо лишь тогда, когда исчерпаны все правовые возможности для решения вопроса в апелляционной и кассационной инстанциях. Иными словами, проверка судебных актов апелляционной и кассационной инстанциями является обязательной.
Во-вторых, инициировать процесс в высшей судебной инстанции предлагается не по протестам должностных лиц, а по соответствующему решению судей судебных составов.
- Обжалование нормативных актов налоговых органов - одна из важнейших категорий дел. В соответствии со ст.138 НК РФ такие споры рассматриваются как в арбитражных судах, так и в судах общей юрисдикции, и о возникающих коллизиях уже было сказано. Как, на Ваш взгляд, должна быть разграничена судебная компетенция по этим искам?
- Прежде всего необходимо выработать критерий разграничения полномочий судов. Думается, что таковым должно стать содержание отношений. В Налоговом кодексе установлен единственный налог для физических лиц - это налог на доходы.
Возникающие в связи с ним проблемы должен рассматривать суд общей юрисдикции.
Все остальные налоги установлены в предпринимательской сфере, и в соответствии с Налоговым кодексом соответствующие споры рассматриваются арбитражными судами. В проекте Арбитражного процессуального кодекса необходимо закрепить это положение и четко определить правила разграничения подведомственности по рассмотрению дел об обжаловании нормативных актов налоговых органов.
- Учитывались ли при создании проекта Арбитражного процессуального кодекса рекомендации судей, опыт судебной практики?
Какие проблемы пока не нашли решения в Кодексе?
- Являясь членом группы разработчиков нового Арбитражного процессуального кодекса и одновременно председателем Федерального арбитражного суда Московского округа, могу с удовлетворением отметить, что замечания судей арбитражных судов очень внимательно обсуждались и многие из них были приняты. Сейчас в Думе также идет кропотливая работа - анализируются многочисленные предложения. Все разумные советы, особенно подсказанные практикой, находят отражение в проекте.
Не вошли в окончательный вариант проекта Кодекса несколько новелл, которые наше общество пока не готово принять. В частности, предлагалось до основной процедуры судебного разбирательства проводить предварительное, доарбитражное урегулирование споров с помощью суда, с тем чтобы не доводить некоторые дела до рассмотрения в судебном заседании.
- Это так называемые примирительные процедуры?
- Да, именно они. Мы решили использовать американский опыт. В США немало активно действующих специализированных компаний по досудебному урегулированию споров, существуют специальные судьи - медиаторы. Мы посчитали возможным ввести этот институт и у нас, доверив организацию данной процедуры помощникам судей, - конечно, под контролем суда. Однако с нами не согласились ни Дума, ни Правительство, ни Президент.
Возможно, это предложение действительно появилось преждевременно. В нашей стране иной менталитет, отличается от американского и уровень правового сознания.
Граждане полагают, что если они пришли в суд, то именно суд, причем в полном составе, должен рассмотреть их вопрос.
И все же, возвращаясь к проблеме разгрузки судов, необходимо приветствовать и развивать и медиацию, и третейское разбирательство.
- Людмила Николаевна, должна ли третейская оговорка признаваться необязательной даже в случае отказа от обращения в третейский суд лишь одной стороны? Вы говорили о необходимости учитывать европейскую практику, а эксперты Совета Европы предлагают дать участникам соглашения возможность в любой момент обратиться в государственный суд независимо от наличия третейской оговорки в договоре и от того, рассматривается ли дело в третейском суде.
- Действующий Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации дает право любой стороне договора обратиться в арбитражный суд даже при наличии третейской оговорки. И если другая сторона до начала рассмотрения дела не заявит свои возражения, указанная оговорка считается аннулированной, и арбитражный суд в этом случае обязан рассмотреть спор по существу и вынести решение. При разработке проекта АПК эта тема не обсуждалась, данное положение предполагается сохранить.
Вместе с тем в подобных ситуациях, когда при наличии третейской оговорки одна из сторон подает иск в арбитражный суд, необходимо выяснить, почему сторона при подписании договора согласилась на это условие, осознавала ли свои действия и их последствия. Иногда выясняется, что человек действительно не осознавал своих действий. Такое бывает очень редко, но случается.
- Поскольку Федеральный арбитражный суд Московского округа является кассационной инстанцией, Вы на практике постоянно оцениваете соответствующие положения действующего АПК. Почему в проекте Кодекса было решено увеличить срок подачи кассационной жалобы с одного до трех месяцев после вступления в законную силу решения или постановления арбитражного суда?
- Его необходимо было продлить, поскольку практика показала, что месячного срока, который установлен в настоящее время, часто бывает недостаточно.
Кассационная инстанция является, в сущности, последней из тех, в которые сторона по собственной инициативе может обратиться за пересмотром дела. Правда, есть еще процедура надзора, но она применяется в исключительных случаях, поэтому большинство дел заканчивается на стадии кассационного обжалования. И, согласно статистике, число ходатайств о восстановлении срока для подачи кассационной жалобы из года в год растет. Например, в Московском регионе в 2000 г. такое ходатайство подано по каждому седьмому делу, а в первом полугодии 2001 г. - по каждому пятому.
Причин опоздания много, но наиболее распространенная - неправильное оформление документов. Как правило, кассационная жалоба подается в конце предусмотренного законом срока, поэтому - с учетом времени на возврат жалобы судом и устранение ошибок - повторно обращаться бывает поздно.
В опоздании истца может быть виноват и суд: нередко, провозгласив решение в судебном заседании, он не соблюдает сроки предоставления сторонам письменного решения. И поскольку месячный срок для обращения начинает течь не с момента получения решения, а с момента его провозглашения, отведенного времени часто не хватает. Ведь в арбитражных судах, в отличие от судов общей юрисдикции, не действует право на подачу немотивированной жалобы, которая приостанавливает течение срока до получения мотивированного решения суда. Поэтому задержка даже на три-пять дней может оказаться существенной.
Чтобы обеспечить гражданам доступ к правосудию, большинство подобных ходатайств сейчас удовлетворяется. В проекте Арбитражного процессуального кодекса эта практика учтена, и предложено ввести трехмесячный срок для кассационного обжалования. Эта норма уравновешена другой, устанавливающей предельный, или пресекательный, срок (полгода) для восстановления права подать кассационную жалобу. Думаю, что когда данные положения вступят в силу, указанные проблемы будут возникать значительно реже.
- Какие еще особенности главы 34 "Производство в арбитражном суде кассационной инстанции" проекта АПК Вы считаете наиболее важными?
- Радикальных изменений процедуры рассмотрения дел кассационной инстанцией проект Арбитражного процессуального кодекса не предполагает. Есть небольшие коррективы, которые в основном диктуются практикой. В числе нововведений, предлагаемых в проекте, необходимо отметить четкое определение полномочий кассационной инстанции. В настоящее время сложности возникают в связи с соотношением компетенции Высшего Арбитражного Суда как надзорной инстанции и кассационной инстанции. Суть работы кассационной инстанции заключается в проверке законности принятого решения. У надзорной инстанции полномочия несколько шире, они состоят в проверке не только законности, но и обоснованности принятого решения.
В проекте АПК резко сужены полномочия надзора. Разработчики исходили из того, что высшая судебная инстанция в исключительных случаях проверяет законность судебных актов, принятых нижестоящими судами. Поэтому были сформулированы основания возбуждения процесса по пересмотру судебных актов в высшей судебной инстанции. Останутся ли эти предложения в проекте, будут ли они изменены - посмотрим.
Полномочия кассационной инстанции в проекте не расширены, они лишь конкретизированы. Ее компетенция определена более четко. Как и в настоящее время, суд кассационной инстанции будет проверять законность принятых арбитражными судами решений. Правда, законность иногда понимается очень узко - только как соблюдение норм материального права, в действительности же процессуальные требования не менее важны. Если суд не исследовал все необходимые факты по делу, оценил не все доказательства и т. д., это говорит о нарушении процессуального законодательства и в этом смысле недостаточной обоснованности принятых судебных актов.
- С чем связано то обстоятельство, что некоторые дела неоднократно попадают в кассационную инстанцию и передаются на новое рассмотрение?
- Процент таких дел небольшой, но то, что они есть, свидетельствует о том, насколько эффективно правосудие.
Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.