Методика расследования хищений оружия и боеприпасов, совершенных
военнослужащими в районах вооруженного конфликта
Оружие и боеприпасы в зависимости от порядка и условий хранения могут похищаться различными способами, что существенно влияет на методику расследования, особенно на характер и последовательность первоначальных следственных и розыскных действий.
В районах вооруженного конфликта очень трудно, а зачастую невозможно соблюдать порядок выдачи и сохранности оружия и боеприпасов, установленный ведомственными нормативными актами для мирных условий*(1). Так, в период вооруженного конфликта в Чеченской Республике (1994 - 1996 гг.) оружие и боеприпасы поступали из окружных складов артвооружения в воинские части без надлежаще оформленных документов, а отсутствие складских помещений для хранения огромного количества оружия и боеприпасов вынуждало командование складировать их в ящиках и цинках под "открытым небом" под охраной караула. При этом сами места временного хранения оружия и боеприпасов окружались по периметру проволочными и минно-взрывными заграждениями. Что касается освещения по периметру мест временного хранения оружия и боеприпасов и оборудования техническими средствами охраны и сигнализации, то это было, во-первых, нецелесообразно из-за демаскировки расположения базового военного лагеря, а во-вторых, невозможно из-за отсутствия бесперебойного электропитания от дизельных электростанций.
Какого-либо номерного учета оружия не велось, велся только поштучный учет, к тому же не во всех воинских частях, а все утраченное и похищенное оружие списывалось на "боевые потери". Военнослужащие участвовали в боевых действиях как со своим оружием, выданным им для служебного пользования, так и с оружием своих раненых и убитых сослуживцев или с трофейным оружием, поэтому не все из них заботились о его сохранности.
Выявить большинство хищений боеприпасов в районах вооруженного конфликта не представлялось возможным из-за огромного их расходования при ведении боевых действий и отсутствия практически какой-либо отчетной документации об этом. Командиры рот (начальники выездных групп) после возвращения подразделения с боевых выездов, чтобы не заниматься в течение 3 - 6 часов подсчетом, упаковкой, оформлением и сдачей неизрасходованных боеприпасов в места временного хранения оружия и боеприпасов, докладывали рапортом начальнику штаба войсковой части об "израсходовании" всех полученных боеприпасов. В действительности боеприпасы либо оставались на руках у военнослужащих, либо выбрасывались на свалку и в выгребные ямы на территории базового военного лагеря, что создавало предпосылки для их хищения в целях сбыта или обмена их у местных жителей или лиц из незаконных вооруженных формирований (НВФ) на наркотики, спиртные напитки, украшения из золота или продукты питания.
Хищения оружия и боеприпасов в районах вооруженного конфликта чаще всего совершались путем кражи (72,3%), присвоения или растраты (3,5%), значительно реже оружие и боеприпасы утрачивались военнослужащими и похищались лицами из НВФ в результате боестолкновений (5,4%). Кражи из мест временного хранения оружия и боеприпасов или палаток для хранения оружия личного состава роты почти всегда осуществлялись путем свободного доступа (должностными лицами в силу служебных полномочий или военнослужащими из состава караула) либо путем разрушения преград (обычно проволочных заграждений). Иногда кражи личного оружия и боеприпасов, выданных для служебного пользования, совершались военнослужащими при самовольном оставлении части или места службы.
При расследовании хищений оружия и боеприпасов следователь военной прокуратуры может встретиться на начальном этапе расследования со следующими пятью типовыми следственными ситуациями:
1) хищение оружия и боеприпасов из мест временного хранения оружия и боеприпасов или палаток для хранения оружия личного состава роты обнаружено вскоре после его совершения, на месте происшествия имеются следы проникновения через проволочные заграждения;
2) недостача оружия и боеприпасов вскрыта при отсутствии данных о проникновении кого-либо в места временного хранения оружия и боеприпасов или палатку для хранения оружия личного состава роты и о точном времени образования этой недостачи;
3) оружие и боеприпасы, выданные военнослужащим для служебного пользования, похищены при нахождении их на территории базового военного лагеря или блок-поста (в случаях оставления их без присмотра в палатках для отдыха, на посту или сна часовых, при проведении хозяйственных работ или ремонта техники, совместном употреблении спиртных напитков и наркотиков и т. д.);
4) обнаружено отсутствие в базовом военном лагере или на блок-посту военнослужащего с оружием и боеприпасами, которые были выданы ему для служебного пользования;
5) оружие и боеприпасы утрачены военнослужащими и похищены лицами из НВФ или местными жителями в результате боестолкновений.
Другие следственные ситуации складываются при наличии оснований подозревать в хищении оружия и боеприпасов конкретных лиц, при обнаружении признаков инсценировки хищения, совершенного якобы посторонними лицами, при подбрасывании преступником похищенного оружия и боеприпасов.
Несмотря на особенности расследования в каждой следственной ситуации, наиболее актуальными, требующими первоочередной проверки являются версии: о происшедшем событии; о лицах, совершивших хищение; о вероятных местах хранения похищенного оружия и боеприпасов. Так, к версиям о происшедшем событии относятся следующие: 1) совершено хищение оружия и боеприпасов; 2) хищения оружия и боеприпасов не было (допущена ошибка в ходе проверки наличия оружия и боеприпасов в местах временного хранения оружия и боеприпасов, или боеприпасы были израсходованы во время боевых выездов без документального подтверждения).
Если версия о хищении оружия и боеприпасов имеет достаточные основания, одновременно выдвигаются и проверяются версии о тех лицах, которые могли их похитить: 1) хищение совершено военнослужащими из состава караула, охранявшими места временного хранения оружия и боеприпасов; 2) хищение совершено военнослужащими, временно имевшими доступ в места временного хранения оружия и боеприпасов или палатки для хранения оружия личного состава роты либо непосредственно к оружию и боеприпасам при выполнении ими погрузочно-разгрузочных работ; 3) оружие и боеприпасы похищены другими, не имевшими никакого отношения к местам временного складирования оружия и боеприпасов или палаткам для хранения оружия личного состава роты военнослужащими вследствие ненадлежащей их охраны; 4) оружие и боеприпасы утрачены военнослужащими и были похищены лицами из НВФ или местными жителями; 5) хищение оружия и боеприпасов совершено материально ответственными, а также иными лицами, которым они были выданы для хранения и технического обслуживания. Одновременно проверяется версия об инсценировке хищения этими лицами в целях сокрытия присвоения или утраты вверенных им оружия и боеприпасов.
Наряду с проверкой версий о событии преступления и о лицах, совершивших хищение, проверяются следующие версии о вероятных местах нахождения похищенных оружия и боеприпасов: 1) похищенные оружие и боеприпасы спрятаны в расположении воинской части на территории базового военного лагеря или блок-поста; 2) похищенные оружие и боеприпасы уже реализованы и находятся за пределами территории базового военного лагеря или блок-поста у местных жителей или лиц из НВФ, так как преступник стремится сбыть оружие и боеприпасы как можно быстрее (обычно в первые 2 - 3 дня после хищения).
В первом случае проверяются детализирующие следующие версии: 1) оружие хранится преступником в личных вещах, в боевой и иной специальной технике, которую он обслуживает; 2) оружие находится в местах отдыха личного состава, полуразрушенных нежилых строениях и т. д. (в зависимости от особенностей расположения базового военного лагеря или блок-поста и доступности этих мест).
Что касается случаев хранения оружия и боеприпасов за пределами базового военного лагеря или блок-поста, то анализ следственной практики в районах вооруженного конфликта показывает, что они встречались очень редко из-за того, что территория базовых военных лагерей и блок-постов была окружена по периметру минно-взрывными заграждениями, которые делались бессистемно, без каких-либо карт минных полей, и использовалось такое количество мин различных типов, которое во много раз превышало все разумные пределы. Поэтому военнослужащие могли свободно перемещаться лишь в пределах базового военного лагеря или блок-поста и, как правило, вблизи расположения своей роты. Во время боевых выездов они также не могли оборудовать постоянного тайника, так как не знали о том, смогут ли когда-нибудь оказаться в этом месте и воспользоваться похищенным. Таким образом, если военнослужащий похищал оружие и боеприпасы на территории базовых военных лагерей или блок-постов, то места оборудования тайников для похищенного находились, за редким исключением, там же.
Если же военнослужащий похищал оружие и боеприпасы вне территории базовых военных лагерей или блок-постов (на боевом выезде, на марше, во время кратковременных стоянок) и не имел реальной возможности незамедлительно сбыть похищенное, то местами оборудования тайников являлись либо его личные вещи, либо боевая и иная специальная техника. В последующем, после возвращения в базовый военный лагерь или на блок-пост, военнослужащий либо перепрятывал похищенное на территории базового военного лагеря или блок-поста, либо оставлял храниться в боевой и иной специальной технике. Поэтому доказательственное значение порой имели не столько изъятые при обыске похищенные предметы вооружения, сколько место их обнаружения. Такая детализация при выдвижении версий с учетом конкретных обстоятельств позволяла целенаправленно вести розыск похищенного как на территории базового военного лагеря или блок-поста, так и далеко за ее пределами.
В зависимости от следственной ситуации, имеющихся в распоряжении следователя доказательств производятся различные следственные и розыскные действия.
Так, в первой следственной ситуации обнаружения хищения оружия и боеприпасов вскоре после его совершения в первую очередь производятся: 1) осмотр места происшествия; 2) розыскные действия, направленные на обнаружение похищенного, на установление лиц, совершивших кражу; 3) выявление и допрос свидетелей; 4) мероприятия, препятствующие выносу (вывозу) похищенного оружия и боеприпасов за пределы базового военного лагеря или блок-поста; 5) осмотр и выемка документов; 6) инвентаризация; 7) обыск; 8) допрос подозреваемых.
Во второй следственной ситуации, обусловленной недостачей оружия и боеприпасов, образовавшейся в неопределенно длительный период, предшествующий ее обнаружению, при расследовании в первую очередь производятся следующие действия: 1) допрос материально ответственных лиц; 2) осмотр места происшествия; 3) проведение инвентаризации; 4) проведение ревизии; 5) выемка и осмотр различных документов; 6) выявление и допрос всех лиц, которые прежде бывали на складе, охраняли его, имели отношение к оружию и боеприпасам в течение всего исследуемого периода. Одновременно с этим производятся розыскные действия, направленные на обнаружение похищенного оружия и боеприпасов.
В третьей следственной ситуации, в случае хищения оружия и боеприпасов, выданных военнослужащим для служебного пользования, при нахождении их на территории базового военного лагеря или блок-поста, первоначальными следственны
