Определение Конституционного Суда РФ от 31 мая 2022 г. N 1142-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бочарова Ярослава Владимировича на нарушение его конституционных прав частями 2 и 3 статьи 13, пунктом 5 части 5 статьи 19, частью 1 статьи 20 и частями 4 и 5 статьи 22 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя B.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, C.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Я.В. Бочарова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Гражданин Я.В. Бочаров оспаривает конституционность частей 2 и 3 статьи 13 "Соблюдение врачебной тайны", пункта 5 части 5 статьи 19 "Право на медицинскую помощь", части 1 статьи 20 "Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и на отказ от медицинского вмешательства", частей 4 и 5 статьи 22 "Информация о состоянии здоровья" Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Как следует из представленных материалов, решением районного суда, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, включая Верховный Суд Российской Федерации, адвокату Я.В. Бочарову было отказано в удовлетворении его административного искового заявления к медицинской организации, подведомственной федеральной службе исполнения наказаний, о признании незаконным отказа в предоставлении медицинских сведений о пациенте по адвокатскому запросу. Суды указали, что приложенное к адвокатскому запросу согласие пациента (обвиняемого по уголовному делу) о предоставлении медицинских сведений о себе адвокату Я.В. Бочарову не расценивалось медицинской организацией как подлинное, поскольку не было направлено этим лицом самостоятельно либо удостоверено уполномоченным должностным лицом. Вместе с тем суды отметили, что после надлежащего заверения данного согласия соответствующие сведения адвокату были предоставлены.

По мнению Я.В. Бочарова, оспариваемые законоположения не позволяют определить условия и порядок доступа адвоката, указанного в согласии на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, к медицинской документации его подзащитного. В связи с этим, как полагает заявитель, данные нормы противоречат статьям 7 (часть 2), 17, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 24, 29 (часть 4), 41 (части 1 и 3), 52 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", являясь базовым законодательным актом, регулирующим отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, закрепляет в качестве одного из основных принципов охраны здоровья принцип соблюдения врачебной тайны (пункт 9 статьи 4), содержание которого определяется положениями его статьи 13, устанавливающей специальный правовой режим сведений, составляющих врачебную тайну. Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 данной статьи (часть 2 статьи 13). В частности, разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях допускается с письменного согласия гражданина (часть 3 статьи 13). Такое регулирование, как направленное на создание универсального механ