Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20 февраля 2021 г. N Ф08-208/21 по делу N А53-39983/2019

 

г. Краснодар

 

20 февраля 2021 г.

Дело N А53-39983/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Посаженникова М.В., судей Воловик Л.Н. и Драбо Т.Н., при участии в судебном заседании от заявителя - общества с ограниченной ответственностью "Азовское производственное объединение Алеко-Полимеры" (ИНН 6140026296, ОГРН 1076140001464) - Иваницкой В.В. (доверенность от 23.08.2019), Пелецкой В.А. (доверенность от 01.02.2021), в отсутствие в судебном заседании заинтересованного лица - Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 18 по Ростовской области (ИНН 6140111110, ОГРН 1096140000296), надлежаще извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем опубликования информации на сайте в телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Азовское производственное объединение Алеко-Полимеры" на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2020 по делу N А53-39983/2019, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью "Азовское производственное объединение Алеко-Полимеры" (далее - общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 18 по Ростовской области (далее - налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения от 10.06.2019 N 06 в части начисления к уплате 4 976 400 рублей налога на прибыль, соответствующих сумм пени и штрафа (требования уточнены в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением суда первой инстанции от 04.08.2020 заявленные обществом требования удовлетворены. С инспекции в пользу общества взыскано 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 27.11.2020 указанное решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных обществом требований отказано.

В кассационной жалобе общество просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам соблюдения правильности исчисления, своевременности уплаты налогов за период за период с 01.01.2015 по 31.12.2017.

По результатам проверки составлен акт от 15.02.2019 N 3 и принято решение от 10.06.2019 N 6, которым обществу к уплате начислено 8 013 266 рублей налога на прибыль организации, 231 607 рублей пени, 96 416 рублей штрафа.

Общество, не согласившись с указанным решением инспекции, обратилось с апелляционной жалобой в Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее - Управление).

Решением Управления от 29.08.2019 N 15-18/3262 апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения.

Налогоплательщик, не согласившись с указанным решением в части, обратился за защитой нарушенных прав в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Кодекса налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В силу подпункта 37 пункта 1 статьи 264 Кодекса к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся, в том числе, расходы налогоплательщика в виде периодических (текущих) платежей за пользование правами на результаты интеллектуальной деятельности и правами на средства индивидуализации (в частности, правами, возникающими из патентов на изобретения, полезные модели, промышленные образцы).

Согласно пункту 3 статьи 257 Кодекса нематериальными активами признаются приобретенные и (или) созданные налогоплательщиком результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности (исключительные права на них), используемые в производстве продукции (выполнении работ, оказании услуг) или для управленческих нужд организации в течение длительного времени (продолжительностью свыше 12 месяцев).

Для признания нематериального актива необходимо наличие способности приносить налогоплательщику экономические выгоды (доход), а также наличие надлежаще оформленных документов, подтверждающих существование самого нематериального актива и (или) исключительного права у налогоплательщика на результаты интеллектуальной деятельности (в том числе патенты, свидетельства, другие охранные документы, договор уступки (приобретения) патента, товарного знака).

К нематериальным активам, относится, в том числе, исключительное право на товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товаров и фирменное наименование.

В пунктах 1, 3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 1489 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на товарный знак (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования товарного знака в определенных договором пределах с указанием или без указания территории, на которой допускается использование, в отношении всех или части товаров, для которых зарегистрирован товарный знак.

В силу пункта 1 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору об отчуждении исключительного права одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ей исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю).

Согласно пункту 2 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации переход исключительного права по договору подлежит государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 1232 данного Кодекса.

Пунктом 4 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации переходит от правообладателя к приобретателю в момент заключения договора об отчуждении исключительного права, если соглашением сторон не предусмотрено иное. Если переход исключительного права по договору об отчуждении исключительного права подлежит государственной регистрации, исключительное право на такой результат или на такое средство переходит от правообладателя к приобретателю в момент государственной регистрации.

Согласно пункту 2 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с данным Кодексом государственной регистрации, отчуждение исключительного права на такой результат или на такое средство по договору, залог этого права и предоставление права использования такого результата или такого средства по договору, а равно и переход исключительного права на такой результат или на такое средство без договора, также подлежат государственной регистрации, порядок и условия которой устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации при несоблюдении требования о государственной регистрации перехода исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации по договору об отчуждении исключительного права или без договора, залога исключительного права либо предоставления другому лицу права использования такого результата или такого средства по договору переход исключительного права, его залог или предоставление права использования считается несостоявшимся.

Суды установили, что обществом с индивидуальным предпринимателем Докукиным А.Н. (далее - предприниматель) заключен лицензионный договор от 07.06.2010 N 404681 на использование товарного знака "А-Лен A-Len" (далее - товарный знак). Договором предоставляется неисключительная лицензия на использование исключительного права на товарный знак для производства и введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации красящей добавки к полипропилену и полиэтилену на основе карбоната кальция.

Указанным лицензионным договором предусмотрена ежемесячная уплата роялти (вознаграждения) с момента государственной регистрации договора в рублях за один килограмм ввозимой на территорию в Российской Федерации продукции.

Размер роялти определен Протоколом согласования цены к лицензионному договору на 2014 год в размере 3 рублей за 1 кг, 2015 год - 4 рубля за 1 кг, 2016 год - 6 рублей за 1 кг, 2017 год - 6 рублей за 1 кг.

Величина начисленного обществом роялти по товарному знаку за 2015-2017 годы составила 195 882 300 рублей.

Решением единственного учредителя ООО "ТМ" (физическое лицо Докукин А.Н.) от 17.11.2015 N 1 в уставный капитал вновь образуемого общества (ООО "ТМ") внесено 10 000 рублей денежными средствами и исключительные права на объекты интеллектуальной собственности (товарные знаки), в том числе на спорный товарный знак.

Между предпринимателем и ООО "ТМ" заключен договор об отчуждении исключительного права на группу товарных знаков в качестве вклада в уставный капитал от 11.01.2016 N 0029-ИС.ОТЗ/01-16. Согласно указанному договору правообладатель (предприниматель) передает, а правопреемник (ООО "ТМ") принимает в качества вклада в уставный капитал исключительное право на группу товарных знаков, в том числе на спорный товарный знак. Договор предполагается безвозмездным.

Государственная регистрация изменений, внесенных в зарегистрированный ранее лицензионный договор, в части отчуждения исключительного права на товарный знак с предпринимателя на ООО "ТМ" (приобретатель) внесена в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 15.06.2016 за N РД 0200137.

Уведомление Роспатента о государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору также датировано 15.06.2016.

Судом установлено, что согласно анализу сведений о движении денежных средств по расчетному счету ООО "ТМ" основным источником поступления денежных средств в период 01.01.2016 - 30.06.2016 является приход денежных средств от общества за использование товарного знака, которые в тот же день направляются на выдачу процентных займов взаимозависимым компаниям, входящим в группу "ALEKO" (общество, ООО "Ника", ООО "Алеко Машинери"), а также приход (возврат) средств с депозитных счетов после их первоначального размещения.

Согласно имеющейся у налоговой органа информации ООО "ТМ" зарегистрировано 29.12.2015. Основные и транспортные средства, земельные участки у данной организации отсутствуют. Общество и ООО "ТМ" зарегистрированы по одному юридическому адресу: Ростовская область, г. Азов, пер. Некрасова 47. Указанные организации используют одни и те же IP-адреса для предоставления налоговой отчетности с 2015 года.

Согласно бухгалтерской и налоговой отчетности ООО "ТМ" за 2016 - 2017 годы при наличии чистой прибыли за 2016 год в сумме 75 737 000 рублей, за 2017 год - 96 330 000 рублей начисления и выплаты дивидендов Докукину А.Н. как выгодоприобретателю не производились. Какие-либо иные виды доходов ООО "ТМ" Докукину А.Н. не начислялись и не выплачивались. Нераспределенная прибыль за 2016-2017 годы на увеличение уставного капитала ООО "ТМ" не направлялась.

Суд установил, что лицензионный договор на использование товарного знака на использование товарного знака заключен с предпринимателем, находящимся в проверяемом периоде на упрощенной системе налогообложения (доходы, ставка налогообложения - 6%). При этом доказательства выплаты обществом предпринимателю роялти, предусмотренное заключенным между сторонами лицензионным договором, в материалах дела отсутствуют.

Согласно налоговой декларации предпринимателя по УСН за 2015 год величина задекларированного дохода составила 67 154 000 рублей при предельном размере доходов за 2015 год, ограничивающем право применения УСН с 2016 года, - 68 820 000 рублей. Исходя из этого, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии у предпринимателя заинтересованности в передаче прав на товарный знак с целью сохранения права применение УСН.

Согласно имеющейся у налогового органа информации взаимозависимыми к обществу лицами являются Докукин А.Н. - учредитель общества, доля участия составляет 100%; ООО "ТМ", учредитель - Докукин А.Н., доля участия составляет 100%. Таким образом, в данном случае имеет место подконтрольность указанных юридических лиц Докукину А.Н.

Судом апелляционной инстанции признан обоснованным довод налогового органа о том, что фактически передача товарного знака в данном случае имела целью перераспределение имущества между взаимозависимыми лицами.

Надлежащим образом исследовав представленные в материалы дела документы, суд пришел к обоснованному выводу о том, что у ООО "ТМ", как лицензиата, до 14.06.2016 отсутствовало право на товарный знак, поскольку договор об отчуждении исключительного права не был зарегистрирован в установленном законом порядке, и передача исключительных прав на товарный знак заявителю не могла быть признана состоявшейся.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что налоговая (выгода) экономия общества заключалась также в отнесении на внереализационные расходы процентов, уплаченных налогоплательщиком в адрес ООО "ТМ" по полученным займам из средств, ранее уплаченных заявителем в адрес данной организации в форме роялти.

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии реальной деловой цели и наличии необоснованной налоговой выгоды заявителя в виде уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 N 1440-О указано, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

Также Конституционный Суд Российской Федерации указал, что контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем.

При этом, с учетом всего многообразия хозяйственных отношений в сфере осуществления предпринимательской деятельности, налоговая выгода может быть признана необоснованной, что, в свою очередь, предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса Российской Федерации, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора.

Соответствующие разъяснения об этом также содержит постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", в котором указано, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Надлежащим образом исследовав в совокупности представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае действия налогоплательщика и его контрагентов, применяющих специальные режимы налогообложения, направлены на разделение бизнеса и получение необоснованной налоговой выгоды, в том числе в виде увеличения размера расходов при исчислении и уплате в бюджет сумм налога на прибыль и сохранения права на использование специальных налоговых режимов.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, что в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену или изменение судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2020 по делу N А53-39983/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Посаженников

 

Судьи

Л.Н. Воловик
Т.Н. Драбо

 

Налоговый орган полагает, что у налогоплательщика отсутствовала реальная деловая цель при заключении договора отчуждения товарного знака.

Суд, исследовав обстоятельства дела, признал позицию налогового органа обоснованной.

Недобросовестная цель налогоплательщика подтверждена фактом дробления одного бизнеса между несколькими лицами с целью использования УСН вместо ОСН.

Суд установил, что передача товарного знака в данном случае имела целью перераспределение имущества между взаимозависимыми лицами.

Поскольку в данном случае взаимозависимость имеет юридическое значение в целях налогового контроля, используется участниками сделки для получения налоговой выгоды, суд пришел к выводу, что начисление налогов по ОСН, пени и штрафа обоснованно.