Принцип виновной ответственности
и фактор вины в избирательном процессе
Конституционно-правовая ответственность - относительно новый институт юридической ответственности в российском праве. Однако, несмотря на отсутствие легального закрепления, существование такого правового явления, как конституционно-правовая ответственность (в том числе и в избирательном процессе), признается и конституционно-правовой доктриной, и судебной практикой.
В настоящее время остаются мало исследованными различные теоретические и практические аспекты конституционно-правовой ответственности, ее принципы, правила учета субъективных факторов, в частности, принцип виновной ответственности и фактор вины. Они не имеют нормативного закрепления и регулирования, как в других отраслях права (уголовное, административное, гражданское), однако признаются, несмотря на отсутствие единого понимания, конституционно-правовой наукой и имеют значение в правоприменительной практике.
Не имея возможности в рамках данной статьи полемизировать с различными точками зрения исследователей-конституционалистов о наименовании рассматриваемого вида ответственности (конституционно-правовая, государственно-правовая, публично-правовая, избирательно-правовая), сущности юридической ответственности в общем и конституционно-правовой ответственности в частности, отметим, что мерами конституционно-правовой ответственности участников избирательного процесса (или санкциями, установленными избирательным законодательством за нарушение его норм), безусловно, являются: отмена регистрации кандидата (списка кандидатов), удаление наблюдателя или иного лица из помещения для голосования, расформирование избирательной комиссии, признание члена избирательной комиссии с правом решающего голоса систематически не выполняющим свои обязанности. Мерами конституционно-правовой ответственности также могут являться: отказ в регистрации (отмена решения о регистрации) кандидата (списка кандидатов, избирательного блока), если только это не связано с выполнением необходимых условий регистрации (своевременная подача необходимых документов, представление подписей избирателей или внесение избирательного залога), а в некоторых случаях - отмена решения о результатах выборов с признанием их недействительными. Субъектами конституционно-правовой ответственности за нарушения избирательного законодательства могут быть участники избирательного процесса - избирательные комиссии, кандидаты, избирательные объединения и блоки, средства массовой информации, наблюдатели и некоторые иные лица.
Принцип виновной ответственности и необходимость учета фактора вины - предмет дискуссий в современном конституционном праве. Так, С.А. Авакьян полагает, что конституционно-правовая ответственность может наступать и без вины. В качестве примера автор приводит роспуск Государственной Думы в случае троекратного отклонения кандидатуры Председателя Правительства*(1). Однако данный пример характеризует политическую, а не конституционно-правовую (юридическую) ответственность. Большинство исследователей все же склоняются к признанию принципа виновной ответственности и учету фактора вины применительно к конституционно-правовой ответственности. Заслуживает внимания точка зрения М.А. Краснова, согласно которой "смысл и назначение института ответственности состоит не только в исправлении неправомерного поведения ответственного субъекта, не только в своеобразной государственно-правовой реституции, но и в учете субъективной стороны нарушения, выражаемой через категорию вины"*(2). Несколько иначе принцип виновной ответственности сформулирован в мотивировочной части постановления Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 г. по делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ: "Наличие вины - общий и общепризнанный принцип юридической ответственности, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно"*(3).
В различных отраслях российского права существует в достаточной степени универсальная формулировка принципа виновной ответственности. Вместе с тем имеют место различные понимания юридической категории вины, которые могут претерпевать изменения в зависимости от отраслевых особенностей. Принцип виновной ответственности формулируется примерно так: лицо подлежит юридической ответственности только за те противоправные общественно опасные (вредные) деяния (действия или бездействие), в отношении которых установлена его вина; объективное вменение не допускается, юридическая ответственность за невиновное нарушение закона (причинение вреда) не наступает; неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу лица, привлекаемого к ответственности.
В уголовном праве и в административном праве применительно к гражданам - субъектам уголовной (административной) ответственности понимание вины дается через ее форму - умысел или неосторожность. При таком понимании вины возможно выделение прямого и косвенного умысла, неосторожного легкомыслия и небрежности, правонарушения с двумя формами вины. Другое понимание вины заимствовано из определения вины юридического лица по Кодексу РФ об административных правонарушениях, согласно которому лицо признается виновным в совершении правонарушения, если у него имелась возможность соблюдения правил и норм, за несоблюдение которых предусмотрена ответственность, но оно не предприняло все зависящие от него меры по их соблюдению. Такое определение вины больше направлено на объективную сторону (противоправное поведение и возможность соблюдения закона), а не на субъективную (психическое отношение), но все же ориентирует на учет различных обстоятельств субъективного характера.
Некоторые исследователи предлагают распространить (в той или иной мере) понимание вины из уголовного и гражданского права на институт конституционно-правовой ответственности в избирательном праве. Так, А.Е. Штурнев предлагает дополнить главу 10 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" статьей "Принцип вины конституционно-правовой ответственности за нарушение избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации"*(4), в которой, помимо формулировки принципа виновной ответственности, содержалось бы определение вины граждан, аналогичное Кодексу РФ об административных правонарушениях (то есть выделялись умысел и неосторожность). А под виной коллективных субъектов (избирательных комиссий, избирательных объединений, блоков) понималось бы нарушение правил и норм при возможности их соблюдения и непринятие всех зависящих мер по их соблюдению.
Как показывает судебная практика, более востребованным является понимание вины, связанное со вторым определением, причем как для индивидуальных, так и для коллективных субъектов конституционно-правовой ответственности. Вина кандидатов (в большинстве случаев субъектами конституционно-правовой ответственности за нарушения избирательного законодательства являются именно кандидаты) обычно понимается как совершение или допущение нарушения избирательного законодательства при возможности его соблюдения, непринятие всех возможных мер для предотвращения его нарушения, а невиновность - как непричастность, значительно реже - как совершение нарушения, несмотря на все принятые меры для соблюдения законодательства либо вследствие виновных действий других лиц. Возможно, примерно такое определение вины и следует закрепить в избирательном законодательстве, при этом следует также сформулировать и закрепить основные принципы и перечень мер конституционно-правовой ответственности участников избирательного процесса.
Пожалуй, впервые в отечественной судебной практике принцип виновной ответственности применительно к конституционно-правовой ответственности участников избирательного процесса дан в широко известном юридической общественности Определении Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 6 марта 2000 г. N КАС 00-97 по жалобе В.В. Жириновского на постановление Центральной избирательной комиссии РФ от 17 февраля 2000 г. N 84/999-3 "Об отказе в регистрации кандидата на должность Президента Российской Федерации В.В. Жириновского, выдвинутого избирательным объединением "Либерально-демократическая партия России (ЛДПР)"*(5). Указанным постановлением ЦИК России В.В. Жириновскому было отказано в регистрации в качестве кандидата на должность Президента РФ ввиду существенной недостоверности сведений об имуществе, принадлежащем близкому родственнику кандидата. В.В. Жириновский не указал, как того требовало действовавшее в то время законодательство, сведения о квартире, принадлежащей его сыну И В. Лебедеву на праве собственности, а ЦИК России квалифицировала как существенную недостоверность сведений об имуществе и отказала кандидату в регистрации. Кандидат В.В. Жириновский обжаловал отказ в регистрации в Верховном Суде РФ, а его заявители представили в суде доводы о том, что квартира, не указанная кандидатом, фактически являлась собственностью партии, а неуказание сведений о квартире, составляющей около одного процента имущества, не является существенным обстоятельством. Верховный Суд РФ с доводами заявителя не согласился и решением от 25 февраля 2000 г. по делу N ГКПИ 2000-179*(6) отказал заявителю.
Отменяя решение ЦИК России и суда первой инстанции, Кассационная коллегия Верховного Суда РФ согласилась с доводами об отсутствии вины заявителя в сообщении недостоверных сведений и сослалась на одну из основополагающих норм международного права - ст. 25 Международного пакта о гражданских и политических правах (1966 г.), предусматривающую право граждан без необоснованных ограничений голосовать и быть избранными на подлинных периодических выборах, производимых на основе всеобщего и равного избирательного права при тайном голосовании и обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей, а также на общее правило основания ответственности при неисполнении обязательств, которое суд кассационной инстанции сформулировал следующим образом: "Согласно общему правилу какая-либо ответственность может возлагаться при наличии вины лица, не исполнившего обязанность либо исполнившего ее ненадлежащим образом (отступления от этого правила допускаются лишь в случаях, специально установленных законом)". Кассационная коллегия, признав, что отказ в регистрации кандидата по существу является санкцией (ответственностью) за неисполнение возложенных на кандидата обязанностей по представлению достоверных сведений, приняла во внимание доводы заявителя о том, что он принял все возможные и зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязанностей по представлению достоверных сведений об имуществе: запрашивал данные от сына, сверял их с данными, представленными на выборах в Государственную Думу, однако И.В. Лебедев о квартире не знал и отцу не сообщил, поскольку приобрел квартиру, выдав доверенность другому лицу, и не интересовался исполнением своего поручения. ЦИК России не представила никаких доказательств вины В.В. Жириновского в форме умысла либо неосторожности, а при решении вопроса об отказе кандидату в регистрации исходила из того, что неуказание сведений о квартире, находящейся в собственности сына, означает существенную недостоверность сведений и влечет обязанность отказать кандидату в регистрации. Однако Кассационная коллегия с таким толкованием закона не согласилась и решение отменила.
Полемизируя с состоявшимся судебным решением, Председатель ЦИК России А.А. Вешняков указывает на то, что такого общего правила (имеется в виду принцип ответственности лишь при наличии вины) "нет ни в Конституции, ни в избирательном законодательстве", а нормы международного права "никак не затрагивались решением суда первой инстанции и ЦИК России"*(7). По мнению А.А. Вешнякова, из избирательных законов "не вытекают право и обязанность ЦИК России устанавливать в действиях участников избирательного процесса наличие вины и предпринимать в зависимости от этого те или иные действия", а "негативные правовые последствия для гражданина, реализующего свое пассивное избирательное право, наступают в случае нарушения либо несоблюдения конкретных норм избирательного права", при этом "нормами избирательного права не предусматривается наличие (либо отсутствие) вины кандидата"*(8). Вместе с тем, указывая на то, что "сам характер нарушений, связанных с ненадлежащим представлением кандидатами установленных законом сведений, практически не требует установления вины, поскольку предполагает уже по факту как минимум наличие вины в форме неосторожности", а "возможные казусы форс-мажорного характера, к которым нельзя отнести "невнимательность", "забывчивость", могут иметь место, однако самостоятельного значения они не имеют и на практике учитываются избирательной комиссией при получении объяснений и представлении доказательств от заинтересованных лиц"*(9), А.А. Вешняков фактически признает существование проблемы вины и виновной ответственности участников избирательного процесса.
В практике рассмотрения судами дел о привлечении участников избирательного процесса к конституционно-правовой ответственности принцип виновной ответственности, несмотря на его неоднозначность, в целом получил признание. Нередко суды отказывают в применении мер конституционно-правовой ответственности (чаще всего по заявлениям об отмене регистрации кандидатов) ввиду отсутствия вины кандидатов, хотя вина в таких случаях на практике, как правило, понимается как причастность, а невиновность - как непричастность. Так, Пензенский областной суд отказал в удовлетворении заявления В.И. Илюхина об отмене решения Избирательной комиссии Пензенской области о регистрации кандидатом на должность губернатора Пензенской области В.К. Бочкарева*(10) и в удовлетворении аналогичной жалобы Б.И. Кожевникова*(11). Фактически заявители требовали отмены регистрации кандидата за допущенные им нарушения правил предвыборной агитации и финансирования избирательной кампании. Суд установил несколько случаев размещения в газетах материалов, содержащих признаки предвыборной агитации за действующего губернатора В.К. Бочкарева и не оплаченных из его избирательного фонда, но не установил причастность В.К. Бочкарева к размещению указанных материалов. Аналогичные формулировки встречаются и во многих других судебных решениях.
Размещение в средствах массовой информации материалов, имеющих признаки предвыборной агитации, без согласия кандидата, - распространенный в судебной практике случай. Но это далеко не единственное нарушение правил предвыборной агитации, которое может быть поставлено в вину кандидату. Встречаются дела по обвинению в использовании преимуществ должностного и служебного положения при проведении различных встреч и мероприятий (особенно этим "грешат" действующие губернаторы и иные высокопоставленные должностные лица), но в большинстве случаев обвинения не находят подтверждения. Так, 4 сентября 2002 г. Красноярский краевой суд отказал в удовлетворении заявления об отмене регистрации кандидата на должность губернатора Красноярского края А.В. Усса*(12). Кандидату, в частности, ставилось в вину злоупотребление должностным положением Председателя Законодательного Собрания Красноярского края, поскольку в ходе рабочих поездок он делал отдельные заявления в присутствии журналистов. Однако суд посчитал, что присутствие журналистов и вопросы, задаваемые ими кандидату, не могут быть поставлены ему в вину.
Нередки обвинения в подкупе избирателей. Например, 22 ноября 2003 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан отказала в удовлетворении заявления Центральной избирательной комиссии Республики Башкортостан об отмене регистрации кандидата на должность Президента Республики Башкортостан Р.Р. Сафина*(13). Комиссия ставила последнему в вину организацию ряда мероприятий с участием известных музыкантов, композиторов, актеров, спортсменов, проведение бесплатных концертов в порядке подкупа избирателей в целях предвыборной агитации за кандидата. Концерты проводились 11 октября в г. Уфе, 18 октября в г. Камбарке и во многих других населенных пунктах. Однако, как установил суд, Р.Р. Сафин не являлся ни организатором, ни спонсором указанных мероприятий, приезд знаменитых людей в Башкортостан на празднование Дня Республики не был организован с агитационными целями, а такие моменты, как выступление артиста Михаила Боярского, эстрадного певца Андрея Губина с агитацией за кандидата и появление на сцене дочери кандидата, эстрадной певицы Алсу Сафиной, носили неожиданный характер и не могли быть поставлены в вину кандидату.
30 августа 2003 г. Свердловский областной суд отказал в удовлетворении заявления Ю.Г. Кузнецова об отмене регистрации зарегистрированного кандидата на должность губернатора Свердловской области А.А. Вихарева*(14). Заявитель поставил в вину кандидату использование денежных средств помимо избирательного фонда путем размещения в период со дня начала избирательной кампании по выборам губернатора Свердловской области 10 июня 2003 г. до дня выдвижения А.А. Вихарева кандидатом на указанную должность 18 июля 2003 г. рекламных материалов, способствовавших формированию положительного отношения избирателей к данному кандидату, без их оплаты из избирательного фонда кандидата. Судом не установлена причастность самого А.А. Вихарева к размещению указанных материалов (они размещались "Некоммерческим детским благотворительным фондом Вихарева", который был учрежден другим физическим лицом с согласия А.А. Вихарева), но виновность кандидата в этом случае была невозможна в принципе, поскольку в период до выдвижения А.А. Вихарева отсутствовал специальный субъект ответственности - кандидат. Как специально указал суд, в Федеральном законе "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" отсутствует специальное указание на возможность применения к кандидату санкции в виде отмены регистрации за выполнение им какой-либо общественно значимой деятельности, которой он занимался, в том числе и в силу своего должностного положения, до выдвижения в качестве кандидата на выборную должность. Кроме того, суд обоснованно определил, что отмена регистрации является мерой публично-правовой ответственности к кандидатам, виновным в совершении определенных нарушений законодательства о выборах, применяется в целях наказания виновных лиц, состоит в принудительном отказе в реализации этими лицами пассивного избирательного права.
Имеют место также случаи, когда нарушения избирательного законодательства, допускаемые кандидатами, были обусловлены неправильными действиями избирательных комиссий. В этих случаях суды могут и должны принимать решения, направленные на защиту прав кандидатов, не ограничиваясь формальной оценкой действий кандидатов, не соответствующих требованиям закона, но оценивая также причины таких действий. Например, 15 ноября 2001 г. Верховный Суд Республики Саха (Якутия) признал незаконными действия Центральной избирательной комиссии Республики Саха (Якутия) по приему документов на регистрацию от кандидатов на должность Президента и вице-президента Республики В.А. Штырова и А.К. Акимова и отменил их регистрацию*(15) ввиду того, что прием документов был осуществлен 24 октября 2001 г., в то время как в соответствии с Законом Республики документы на регистрацию могли быть представлены не позднее чем за 60 дней до дня голосования, а поскольку голосование было назначено на 23 декабря, то последний день представления документов на регистрацию приходился на 23 октября. Однако нарушение допущено по вине избирательной комиссии, которая указала в Календарном плане мероприятий в качестве последнего дня подачи документов 24 октября, чем ввела в заблуждение участников избирательного процесса. Учитывая ряд различных юридически значимых обстоятельств, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 30 ноября 2001 г. отменила решение Верховного Суда Якутии*(16).
Кроме того, известны прецеденты, когда кандидаты приносили подписные листы и документы на регистрацию за несколько часов или даже минут до истечения сроков подачи документов на регистрацию, однако комиссии под разными предлогами не принимали их до истечения указанного в законе времени (обычно 18.00), а после наступления указанного времени отказывались принимать документы на регистрацию, ссылаясь на истечение установленных сроков. Суды в большинстве таких случаев восстанавливали права кандидатов путем возложения на комиссии обязанности принять документы на регистрацию, хотя бы и с пропуском установленных сроков, поскольку в непредставлении документов в установленные сроки устанавливалась вина комиссий, а не кандидатов. Здесь стоит обратить внимание, что непредставление документов на регистрацию в установленные сроки не является избирательным правонарушением в обычном понимании. Это лишь невыполнение условий регистрации, и принцип виновной ответственности на такие случаи не распространяется. Однако суды, исходя из принципа признания и защиты избирательных прав граждан, восстанавливали права кандидатов, нарушивших закон по вине организаторов выборов.
В других случаях, наоборот, суды, применяя к кандидатам или иным участникам избирательного процесса санкции (либо оставляя в силе санкции, примененные избирательными комиссиями), устанавливают вину кандидатов или иных участников избирательного процесса, привлекаемых к конституционно-правовой ответственности. Принимая 21 октября 2000 г. решение по заявлениям В.П. Суржикова и С.М. Мальцева об отмене регистрации кандидата на должность губернатора Курской области А.В. Руцкого*(17), суд, в частности, установил наличие вины в указании недостоверных сведений об имуществе, поскольку кандидат не принял все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязанности по представлению достоверных сведений об имуществе, факт отсутствия вины кандидатом не доказан. Суд специально указал, что ответственность в виде отмены регистрации должна применяться только при наличии вины кандидата, поскольку в избирательном законодательстве отсутствует специальное указание на возможность применения санкций к кандидату за неисполнение обязанностей по представлению достоверных сведений об имуществе без наличия вины в какой-либо форме (умысла либо неосторожности).
Однако во многих процессах, связанных с привлечением кандидатов к конституционно-правовой ответственности, вопрос вины не исследуется. Вина кандидата может быть очевидной, если кандидатом сделаны какие-либо противоправные агитационные заявления. В случае, если к наступлению неблагоприятных последствий приводит неправильное распоряжение средствами избирательного счета, вина кандидата также следует из обстановки, поскольку распоряжение средствами, находящимися на избирательном счете, помимо воли кандидата и уполномоченных им лиц, невозможно. Например, 28 апреля 2003 г. Норильский городской суд Красноярского края отменил регистрацию кандидата на должность главы Единого муниципального образования "Город Норильск" В.В. Мельникова*(18) ввиду использования кандидатом денежных средств помимо избирательного фонда, установив оплату кандидатом партии листовок по явно заниженным ценам.
Согласно избирательному законодательству и сложившейся судебной практике не требуется доказывание вины кандидата в случае отказа в регистрации, отмены решения о регистрации, отмены регистрации ввиду представления недостаточного количества достоверных и действительных подписей либо ввиду превышения допустимого процента недостоверных и недействительных подписей среди проверяемых подписей. Непредставление необходимого числа достоверных и действительных подписей либо превышение допустимой доли недостоверных и недействительных подписей (за исключением случаев одновременного внесения подписей и избирательного залога) представляют собой невыполнение необходимых условий регистрации кандидата, а не правонарушение, за которое наступает юридическая ответственность только при наличии вины. Так, 17 ноября 2003 г. Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда отменила регистрацию кандидата в депутаты Государственной Думы по Канавинскому избирательному округу N 120 А.А. Климентьева по вновь открывшимся обстоятельствам*(19), установив в ходе судебного разбирательства, что количество подписей, представленных кандидатом, недостаточно для регистрации.
Однако в случае с представлением недостаточного количества подписей для регистрации возможна ситуация, когда кандидат лишается права быть избранным по вине комиссии. Так, 27 августа 2003 г. Избирательная комиссия Чеченской Республики зарегистрировала в качестве кандидата на должность Президента Чеченской Республики М.М. Сайдуллаева на основании подписей избирателей и вернула кандидату избирательный залог, внесенный кандидатом "для подстраховки". 11 сентября 2003 г. Верховный Суд Чеченской Республики по заявлению кандидата Н.Т. Пайзулаева отменил решение Избирательной комиссии о регистрации кандидата М.М. Сайдуллаева*(20), признав недействительными подписи, внесенные в его поддержку. Избирательная комиссия не организовала надлежащим образом проверку подписей кандидата, неправильно установила основание решения о регистрации, которое само по себе было правильным, и ошибочно возвратила ему избирательный залог, который оказался к моменту рассмотрения дела в распоряжении кандидата, а не комиссии, что привело к отмене решения о регистрации. Впрочем, суд вполне мог изменить основание решения о регистрации, и, выйдя за пределы заявленных требований, взыскать ошибочно перечисленные средства избирательного залога в пользу избирательной комиссии.
Не всегда виновная ответственность участника избирательного процесса связана с противоправными действиями (бездействием), совершенными им непосредственно. Возможно наступление конституционно-правовой ответственности кандидата за виновные действия (бездействие) доверенных лиц или уполномоченного представителя по финансовым вопросам. Когда допущенное нарушение связано с распоряжением средствами избирательного фонда, почти всегда виновным лицом оказывается уполномоченный представитель по финансовым вопросам. Известно несколько случаев привлечения кандидатов к ответственности за противоправные высказывания и действия, допущенные доверенными лицами кандидата. Однако ответственность кандидата за действия доверенных лиц и уполномоченного представителя по финансовым вопросам было бы неправильно считать проявлением невиновной ответственности, поскольку закон прямо уполномочивает доверенных лиц и уполномоченного представителя кандидата по финансовым вопросам выступать от имени кандидата.
Еще больше взаимозависимость между виновными действиями одних участников избирательного процесса и негативными последствиями для других прослеживается в случае совершения нарушений избирательного законодательства коллективными субъектами конституционно-правовой ответственности - избирательными объединениями и блоками. Нарушения, допущенные руководителем, уполномоченным представителем либо кем-либо из кандидатов, выдвинутых в составе списка кандидатов, теоретически могут послужить основанием для отказа в регистрации или отмены регистрации списка кандидатов, что повлечет невозможность реализации пассивного избирательного права в составе данного списка другими кандидатами, не виновными в допущенном нарушении и не причастными к нему. Возможно, следует более последовательно разграничить основания отказа в регистрации и отмены регистрации и исключения кандидата из списка при регистрации и по суду после регистрации, хотя полностью исключить возможность наступления негативных последствий для кандидатов-списочников за противоправные действия других лиц, представляющих список кандидатов, видимо, не удастся.
Расформирование избирательной комиссии по суду, в зависимости от оснований принятия такого решения, может быть следствием как коллегиальных действий комиссии, так и действий отдельных должностных лиц избирательной комиссии. При расформировании избирательной комиссии негативные последствия в виде прекращения полномочий члена комиссии распространяются на всех членов избирательной комиссии с правом решающего голоса, независимо от наличия или отсутствия их вины в нарушениях, допущенных комиссией и послуживших основанием ее расформирования. Так, решением Красноярского краевого суда от 27 января 2003 г.*(21) по заявлению Центральной избирательной комиссии была расформирована Избирательная комиссия Красноярского края, допустившая неисполнение решения суда. Согласно Разъяснению Центральной избирательной комиссии, "расформирование Избирательной комиссии Красноярского края... является мерой ответственности коллегиального государственного органа Красноярского края за неисполнение решения суда и предполагает на
