Проблемы оспаривания права собственности, разграничение федерального и муниципального имущества, налоговые споры, страхование банковских вкладов, борьба с захватчиками стратегических предприятий - лишь та небольшая часть дел, с которыми наиболее часто сталкиваются арбитражные суды не только в столичном регионе, но и по всей России. Заместитель главного редактора "эж-ЮРИСТ" Андрей Золотов попросил прокомментировать ситуацию председателя Арбитражного суда г. Москвы Олега Михайловича Свириденко.
- В первую очередь я бы отметил дела, связанные с оспариванием права собственности, и связана эта проблема с признанием зарегистрированного права собственности недействительным. Возможность повторной регистрации права собственности на один и тот же объект за тем же правообладателем Законом о регистрации не предусмотрена. В данном случае мы имеем различные мнения по этой проблеме с некоторыми судьями ФАС МО, которые придерживаются мнения, что такого способа защиты нет.
По нашему мнению, признание недействительным зарегистрированного права на недвижимое имущество (способ защиты, предусмотренный ст. 12 ГК РФ, иными нормативными правовыми актами) предполагает оспаривание в судебном порядке в совокупности основания государственной регистрации права и самой государственной регистрации, оформленной записью в ЕГРП и Свидетельством о государственной регистрации права. Таким образом, оспаривание зарегистрированного права является самостоятельным способом защиты, предусмотренным ст. 12 ГК РФ и ст. 2 ФЗ от 21.07.97 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним". Результат рассмотрения спора об оспаривании зарегистрированного права в резолютивной части судебного акта должен быть четко определен - признать недействительным зарегистрированное право конкретного лица на объект недвижимого имущества.
Согласно ст. 2 ФЗ от 21.07.97 "О государственной регистрации..." государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения прав на недвижимое имущество, является единственным доказательством существования зарегистрированного права на недвижимое имущество, которое может быть оспорено только в судебном порядке. Полагаем, что искусственное ограничение способов защиты влечет нарушение конституционных прав истца на судебную защиту.
Согласно Постановлению Правительства РФ от 18.02.98 N 219 (в ред. от 12.11.2004) "погасить" регистрационную запись без решения суда невозможно.
Возникает юридический нонсенс: получается, что договор признан недействительным, однако собственник не может зарегистрировать право, поскольку не погашена прежняя регистрация.
В настоящее время с учетом последовательной и твердой позиции председателя ФАС МО Людмилы Николаевны Майковой планируется в очередной раз рассмотреть этот вопрос на Президиуме ФАС МО и окончательно расставить все акценты.
К числу проблемных споров я бы отнес и разграничение федеральной и муниципальной собственности. Подобные дела надолго были приостановлены в связи с рассмотрением в КС РФ, который вынес Определение от 06.04.2006 о прекращении производства по делу. Таким образом, после принятия КС РФ Определения ничего принципиально не изменилось.
По налоговым делам ситуация изменилась к лучшему с учетом появления Методических рекомендаций ФАС МО, которые вышли в начале 2006 года. Этот документ появился не от хорошей жизни, и об этом уже было немало сказано.
Налоговики или организации, которые оспаривают то или иное решение, пытаются подменить суд и возложить на него функции налогового органа.
Почему-то многие СМИ сегодня неправильно трактуют эту проблему. Вот выдержка из публикации в деловой прессе: "В КС РФ намерены защитить компании от произвола налоговиков, там готовится Определение, которое обяжет суды при рассмотрении налоговых споров принимать у компаний документы, ранее не представленные в налоговую инспекцию. Сейчас судьи нередко отказываются рассматривать такие документы в качестве доказательств, лишая предпринимателей права защиты от необоснованных требований чиновников".
С моей точки зрения, вопрос поставлен неправильно: на самом деле суды не отказываются принимать документы в качестве доказательств, но если организация без уважительных причин не делает это совместно с налоговой инспекцией, избегая ее и полагает, что за налоговую это сделает суд, то такая практика порочна. Проблема комплексная и носит системный характер и может быть разрешена либо в режиме законодательных процедур, либо с использованием ведомственных нормативов, предполагающих сверку, согласование каких-то спорных сумм бухучета, а также некоего экспертного заключения, которое после совместной проработки налогового органа и налогоплательщика будет предоставляться в суд. Таким образом отпадет необходимость отправлять в суд всю бухгалтерию по соответствующей проверке без ее предварительной экспертной оценки.
Например, возникли разногласия по возврату НДС между налоговой и заявителем: почему не разрешить проблему в налоговой?
Существует и еще одна проблема. В соответствии с Законом о страховании вкладов банки, не включенные в систему страхования, должны прекратить работу с вкладчиками; получив отказ, они обращаются вверх по инстанциям, в последней инстанции отказ подписывает Председатель ЦБ РФ. Проблема заключается в том, что отказы являются немотивированными. В данном случае мы предлагаем внести изменения в банковское законодательство (в ФЗ о страховании банковских вкладов), которые позволят банкам получать отказы в более "цивилизованной" форме, а именно с мотивировкой. О мотивировке отказа банк узнает только в процессе судебного заседания. Эта проблема сегодня обсуждается в Ассоциации российских банков, в Банковском комитете Совета Федерации. Мотивированный отказ до суда следует возвести в императив.
Кроме того, существуют проблемы с исполнением судебных решений. Например, мы признаем предписание об исключении банка из системы страхования ЦБ РФ недействительным, однако это не означает, что банк автоматически подлежит включению в систему страхования, поскольку таких полномочий у суда нет и быть не должно - эти полномочия с учетом действующего законодательства принадлежат исключительно ЦБ РФ. Таким образом, выбор способов восстановления нарушенного права находится в компетенции ЦБ РФ.
