Правовое регулирование использования результатов интеллектуальной
деятельности в составе единой технологии
Одной из новелл части четвертой Гражданского кодекса является включение в нее отдельной статьи, регулирующей вопросы, связанные с использованием результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта (ст. 1240). К числу сложных объектов, включающих в себя несколько охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, относится и единая технология. Положения, регламентирующие режим использования результатов интеллектуальной деятельности в составе единой технологии, также появились в российском законодательстве впервые. В гл. 77 ГК РФ дается понятие единой технологии, определяются особенности первоначального приобретения прав на нее, а также особенности оснований, условий и порядка передачи прав на технологию другим лицам.
Следует отметить, что единая технология не включена законодательством в перечень результатов интеллектуальной деятельности, данный в ст. 1225 ГК РФ. Рассматривать новую технологию как произведение науки, т.е. объект авторского права, представляется затруднительным, так как в отличие от такого сложного объекта, как аудиовизуальное произведение, технология включает в себя не только результаты творческой деятельности, охраняемые авторским правом, но и объекты, защищаемые в рамках иных институтов права интеллектуальной собственности. Кроме того, технология будет охраняться и иметь ценность лишь в случае, если она практически применима. Наличие указанного свойства не присуще объектам авторского права, охраняемым независимо от их качества и возможности использования в практической деятельности.
Единой технологией признается выраженный в объективной форме результат научно-технической деятельности, который включает в том или ином сочетании изобретения, полезные модели, промышленные образцы, программы для ЭВМ или другие результаты интеллектуальной деятельности, подлежащие правовой охране в соответствии с нормами об интеллектуальной собственности, и может служить технологической основой определенной практической деятельности в гражданской или военной сфере (п. 1 ст. 1542 ГК РФ).
Из данного определения можно вывести следующие признаки единой технологии.
Во-первых, единая технология является результатом научно-технической деятельности, т.е. деятельности, направленной на получение, применение новых знаний для решения технологических, инженерных, экономических, социальных, гуманитарных и иных проблем, обеспечения функционирования науки, техники и производства как единой системы*(1). Таким образом, технологию можно рассматривать как результат творческой деятельности в научно-технической сфере.
Во-вторых, законодатель предполагает обязательное сочетание в составе технологии различных объектов права интеллектуальной собственности.
В ст. 1542 ГК РФ не дано исчерпывающего перечня объектов, которые могут входить в состав единой технологии, а указано лишь на то, что данный объект должен подлежать охране нормами об интеллектуальной собственности. Следует отметить, что не могут включаться в единую технологию объекты смежных прав, а также объекты интеллектуальной собственности, направленные на индивидуализацию участников гражданского оборота их продукции, работ, услуг, поскольку данные объекты не соответствуют целевому назначению и существу единой технологии как решения определенной научно-технической задачи.
В единую технологию могут включаться как объекты интеллектуальной собственности, подлежащие охране в соответствии с правилами раздела VII ГК, так и иные объекты исключительных прав. Например, технические данные и другая информация. Технические данные и иная информация не всегда являются результатами творческой деятельности, но они признаются объектами исключительных прав. Их правовая охрана осуществляется специальными нормативными актами. Так, правовой режим информации устанавливается ФЗ от 27 июля 2006 г. Об " информации, информационных технологиях и о защите информации"*(2), а информации, имеющей коммерческую ценность, также ФЗ от 29 июля 2004 г. "О коммерческой тайне"*(3) и т.д.
Однако, если наличие в том или ином сочетании объектов, охраняемых положениями раздела VII ГК РФ, обязательно для единой технологии, то иные объекты могут присутствовать в составе технологии, т.е. являются ее факультативными элементами.
В-третьих, для получения правовой охраны единая технология как и иные результаты интеллектуальной деятельности, должна иметь объективную форму выражения.
В-четвертых, единая технология должны быть практически применима. Прикладной характер рассматриваемого объекта вытекает из самого понятия технологии (от греч. techne - искусство, мастерство, и logos - учение) как совокупности производственных операций, методов и процессов в определенной отрасли производства, приемов, применяемых в каком-либо деле*(4).
Следует отметить, что для применения положений гл. 77 ГК РФ единая технология должна соответствовать еще одному требованию. Оно касается источника финансирования деятельности по созданию технологии. Глава 77 ГК РФ распространяется на технологии, которые полностью или частично финансировались Российской Федерацией или субъектом РФ. При этом под финансированием понимается предоставление средств без условий о возвратности и платности, т.е. средства должны предоставляться на безвозмездной основе.
Если средства из бюджета РФ или ее субъекта выделены на условиях возмездности, к созданной за счет этих средств технологии положения ст. 77 ГК РФ неприменимы. Также не предусматривается применения гл. 77 ГК РФ при финансировании единой технологии за счет средств муниципальных бюджетов.
Следует отметить, что специальное регулирования только отношений, связанных с использованием технологий, созданных с привлечением средств бюджетов РФ и ее субъектов, нельзя назвать достоинством части четвертой ГК РФ. В результате все отношения, связанные с использованием единых технологий, созданных за счет средств частных лиц или средств муниципальных образований, остаются практически не урегулированными. Единственной специальной нормой для них является ст. 1240 ГК РФ. Вместе с тем и технологии, созданные за счет частных лиц, могут иметь существенное значение для научно-технического прогресса. Тем более, что часть норм, закрепленных в статьях гл. 77 ГК РФ, целесообразно распространить и на технологии, не финансировавшиеся государством. Прежде всего это ст. 1542 ГК РФ, содержащая понятие единой технологии. Также можно было бы распространить на указанные технологии положения ст. 1545 ГК РФ об обязанности внедрения технологии, ст. 1549 ГК РФ об осуществлении права на технологию совместно несколькими лицами, ст. 1550 ГК РФ об условиях передачи права на технологию. Обеспечению интересов Российской Федерации могло бы служить и правило о преимущественном использовании на территории РФ созданных в России технологий, независимо от того, кем финансировалась разработка этих технологий. По крайней мере, это могло бы касаться технологий, имеющих важное социально-экономическое значение или тех, которые могут быть использованы в целях обеспечения обороны и безопасности России.
Законодательство закрепляет право использовать результаты интеллектуальной деятельности в составе единой технологии за лицом, организовавшим создание этой технологии. Данное положение аналогично общему правилу об использовании результатов интеллектуальной деятельности в составе сложного объекта (ст. 1240).
Создатель технологии также именуется исполнителем. Законодательство не определяет понятия "создатель технологии" (исполнитель). Вероятно, создателем технологии должен считаться субъект, организовавший деятельность по созданию технологии, а также получивший для этого необходимые финансовые средства. При этом необязательно, чтобы создатель вкладывал в разработку технологии свои средства либо сам непосредственно занимался созданием технологии.
В п. 2 ст. 1547 ГК РФ предусмотрено преимущественное право на приобретение технологии исполнителем, организовавшим создание результатов интеллектуальной деятельности, входящих в технологию. Из данного положения можно сделать вывод, что не всегда исполнитель является организатором создания результатов интеллектуальной деятельности для использования в составе технологии. При этом неясно, может ли создание соответствующих результатов организовать кто-либо иной. Вероятно, законодатель лишь разграничивает права исполнителя, приобретшего результаты интеллектуальной деятельности для использования в технологии, в ситуации, когда необходимость в создании новых объектов интеллектуальной собственности отсутствует, и права исполнителя, который заказал создание определенных объектов для использования их в технологии.
Представляется, что отсутствие определения понятия "создатель технологии" ("исполнитель") может повлечь за собой его неоднозначное толкование.
Необходимым условием существования права на использование в составе технологии результатов интеллектуальной деятельности, права на которые принадлежат иным лицам, нежели создатель технологии, является приобретение в установленном порядке прав на соответствующие результаты интеллектуальной деятельности. Приобретение соответствующих прав является обязанностью создателя технологии. Последствием ее нарушения может явиться приобретение прав на технологию Российской Федерацией или субъектом РФ, финансировавшим создание технологии. Кроме указанного последствия обладатель права на результат интеллектуальной деятельности, используемый в составе технологии без надлежащего оформления, может применить меры защиты своих прав, предусмотренные общими положениями раздела VII ГК РФ, а также специальные меры защиты, предусмотренные для отдельных видов объектов права интеллектуальной собственности.
Представляется, что существование исключительного права на технологию может признаваться только за лицом, которое надлежащим образом приобрело права на входящие в технологию результаты интеллектуальной деятельности. До этого момента ни создатель, ни иные лица не имеют права использовать технологию, а также осуществлять передачу или отчуждение прав на нее третьим лицам.
Права на результаты интеллектуальной деятельности, входящие в технологию, могут быть приобретены как на основании договоров об отчуждении исключительных прав, так и на основании лицензионных договоров. Гражданский кодекс в диспозитивной форме установил правило, согласно которому в случае, когда объект интеллектуальной собственности специально создавался для включения в технологию, права на этот результат переходят к создателю технологии по договору об отчуждении исключительного права, а в случае, когда речь идет об использовании созданного независимо от технологии результата интеллектуальной деятельности, - по лицензионному договору.
Таким образом, выбор вида договора зависит от того, связано ли создание объекта интеллектуальной собственности с созданием технологии или нет.
При наличии такой связи справедливо предположить, что права должны быть переданы в полном объеме и окончательно. В обратной ситуации решать вопрос подобным образом нет оснований, поскольку объект мог создаваться в иных целях. Кроме того, изначально не подразумевается его использование в составе технологии. Поэтому в данном случае речь идет не об отчуждении, а о передаче права. При этом права могут передаваться не полностью, а в объеме, необходимом для использования результата интеллектуальной деятельности в составе технологии. Однако и в этом случае для создателя технологии, как и любого другого сложного объекта, предусмотрены дополнительные гарантии.
В частности, лицензионный договор на использование результата интеллектуальной деятельности в составе единой технологии должен быть заключен на весь срок и в отношении всей территории действия соответствующего исключительного права. Правда, данное правило диспозитивно. Соответственно, обязать обладателя права на результат интеллектуальной деятельности заключить лицензионный договор на указанных выше условиях создатель технологии не вправе. Представляется, что императивное закрепление правил о сроке и территории действия передаваемого права нецелесообразно, поскольку во многих случаях для использования объекта интеллектуальной собственности в технологии этого не требуется. Вместе с тем рассматриваемая норма имела бы смысл, если бы создателю технологии предоставлялось право требовать заключения договора на указанных условиях.
Что касается вида лицензионного договора, то поскольку специальных правил для сложных объектов не установлено, руководствоваться следует положением о том, что если лицензионным договором не предусмотрено иное, лицензия предполагается простой, т.е. неисключительной (п. 2 ст. 1236 ГК РФ).
Вместе с тем, определяя условия лицензионного договора, необходимо учитывать, что они не должны ограничивать использование результата интеллектуальной деятельности в составе единой технологии. Если подобные условия в договор включены, договор в этой части является ничтожным.
Особенностью правового режима единой технологии является то, что право на технологию в установленных законом случаях может возникнуть непосредственно у Российской Федерации или у ее субъекта (ст. 1546 ГК РФ).
Право на технологию, созданную за счет или с привлечением средств федерального бюджета, принадлежит Российской Федерации в случаях, когда:
1) единая технология непосредственно связана с обеспечением обороны и безопасности Российской Федерации;
2) Российская Федерация до создания единой технологии или в последующем приняла на себя финансирование работ по доведению единой технологии до стадии практического применения;
3) исполнитель не обеспечил до истечения шести месяцев после окончания работ по созданию единой технологии совершение всех действий, необходимых для признания за ним или приобретения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, которые входят в состав технологии.
Право на технологию, созданную за счет или с привлечением средств бюджета субъекта Российской Федерации, принадлежит субъекту Российской Федерации в случаях, когда:
1) субъект Российской Федерации до создания единой технологии или в последующем принял на себя финансирование работ по доведению технологии до стадии практического применения;
2) исполнитель не обеспечил до истечения шести месяцев после окончания работ по созданию единой технологии совершение всех действий, необходимых для признания за ним или приобретения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, которые входят в состав технологии.
Как видно, публичное образование, у которого возникает право на технологию, определяется в зависимости от того, кто участвовал в финансировании создания технологии. При этом законодательство не урегулировало ситуацию, когда финансирование осуществлялось несколькими публичными образованиями. Если речь идет о возникновении права на технологию, непосредственно связанную с обеспечением обороны и безопасности РФ, проблем не возникает. Что касается другого основания - принятия на себя обязанности финансировать работы по доведению единой технологии до стадии практического применения, то в данном случае есть основания полагать, что такая обязанность может быть принята на себя совместно публичными образованиями, финансировавшими создание технологии. Наличие нескольких правообладателей прямо предусмотрено ст. 1549 ГК РФ.
Однако последнее основание - приобретение права на технологию в ситуации, когда исполнитель в течение шести месяцев не исполнил обязанности по приобретению прав на включенные в технологию результаты интеллектуальной деятельности, предусмотренной ст. 1544 ГК РФ, на практике может вызвать ряд трудностей. Прежде всего, поскольку в ст. 1546 ГК РФ речь идет о приобретении права на технологию в силу прямого указания закона, возникает вопрос о возможности одного из публичных образований отказаться от приобретения соответствующего права, при условии, что другое публичное образование против этого не возражает.
Кроме того, из положений гл. 77 Кодекса невозможно определить, какие органы и в каком порядке уполномочены заявить о приобретении права на технологию публичным образованием по основанию, предусмотренному пп. 3 п. 1 и пп. 2 п. 2 ст. 1546 ГК РФ. Таким образом, для применения рассматриваемого основания необходимо наличие конкретизирующих положения ст. 1546 ГК РФ нормативных актов.
Не вполне логичным представляется распространение на ситуации, когда публичное образование приобретает право на технологию в силу неисполнения создателем обязанности по приобретению прав на результаты интеллектуальной деятельности, входящие в технологию, п. 3 ст. 1546 ГК РФ. Представляется, что в данном случае более эффективным было бы приобретение прав непосредственно публичным образованием через уполномоченные органы, но с возмещением создателем понесенных на это затрат.
Приобретение прав на технологию публичным образованием имеет целью, главным образом, ее скорейшее внедрение. Однако технология не должна использоваться непосредственно публичным образованием, а подлежит отчуждению лицу, которое должно будет осуществить ее практическое применение. Таким образом, основная задача публичного образования заключается в обеспечении приобретения прав на результаты интеллектуальной деятельности, входящие в технологию, а также финансирование мероприятий по подготовке технологии к внедрению. Права на технологию, готовую к использованию, должны быть отчуждены публичным образованием не позднее, чем через шесть месяцев со дня получения прав на входящие в технологию результаты интеллектуальной деятельности.
Исключением является лишь технология, непосредственно связанная с обеспечением обороны и безопасности. Ее отчуждение осуществляется незамедлительно, как только такое отчуждение будет признано возможным уполномоченным на то органом государства.
Право на технологию может принадлежать одновременно Российской Федерации, ее субъекту, другим инвесторам проекта, в результате осуществления которого создана технология, исполнителю и иным правообладателям (п. 1 ст. 1549 ГК РФ). Основания возникновения права на технологию у нескольких лиц гл. 77 ГК РФ не устанавливает. Поскольку, по общему правилу, правообладателем становится организатор создания технологии, лица, инвестировавшие средства в эту технологию, такого права не приобретают. Один из вариантов приобретения права на технологию соинвесторами рассматривался выше. Речь идет о совместном финансировании деятельности по созданию технологии несколькими публичными образованиями. Можно предположить, что множественность лиц, имеющих право на технологию, изначально может возникнуть при участии нескольких субъектов в организации создания технологии. Также право нескольких лиц на технологию может появиться в результате совместного приобретения такого права по договору.
Поскольку технология - единый объект, право на технологию, принадлежащее нескольким лицам, осуществляется правообладателями совместно, по общему согласию. Так как законодатель не устанавливает возможности решения вопроса об использовании технологии и распоряжении правом на нее большинством голосов, все вопросы должны решаться единогласно.
Доходы от использования технологии, право на которую принадлежит совместно нескольким правообладателям, а также от распоряжения этим правом распределяются между правообладателями по соглашению между ними.
Если часть технологии, право на которую принадлежит нескольким лицам, может иметь самостоятельное значение, т.е. может использоваться независимо от других частей, соглашением между правообладателями может быть определено, право на какую часть технологии принадлежит каждому из них. Каждый из правообладателей при этом, по общему правилу, может по своему усмотрению использовать соответствующую часть технологии. Однако правомочие распоряжения правом на часть технологии не предусмотрено.
Распоряжение правом на технологию, т.е. отчуждение данного права либо передача по лицензионному соглашению, должно осуществляться по общему согласию. Сделка, совершенная без получения согласия всех правообладателей, считается оспоримой. Требование о признании такой сделки недействительной могут предъявить только правообладатели, чье согласие на ее совершение не было получено. Оспоримый характер сделки позволяет правообладателям одобрить ее и после совершения.
Поскольку право на технологию не подлежит государственной регистрации и установить всех правообладателей не всегда возможно, законодательство гарантирует права добросовестного приобретателя права на технологию. Сделку по распоряжению правом на технологию можно признать недействительной только при наличии доказательств того, что приобретатель знал или заведомо должен был знать об отсутствии у правообладателя правомочий на совершение данной сделки.
На обладателя права на технологию возлагается обязанность по ее практическому применению (п. 1 ст. 1544 ГК РФ).
Поскольку право на использование технологии правообладателя следует считать исключительным и возможности принудительного его предоставления иным лицам не предусмотрено, установление обязанности по внедрению технологии должно гарантировать от ситуаций, когда единая технология не используется без каких-либо объективных причин.
Содержание обязанности по внедрению технологии Гражданский кодекс не раскрывает. Также не установлены Кодексом условия и порядок исполнения этой обязанности, последствия ее неисполнения и условия прекращения. Все указанные вопросы должны быть определены Правительством РФ. Таким образом, пока не принято соответствующее постановление Правительства РФ, механизм реализации данной обязанности отсутствует.
Помимо конкретизации обязанности по внедрению необходимо также определить субъектов, управомоченных предъявлять требования об исполнении данной обязанности, а также требовать применения последствий ее неисполнения или ненадлежащего исполнения.
Одним из последствий неисполнения обязанности по внедрению могло бы быть предоставление возможности заинтересованному в использовании технологии лицу предъявить требования о передаче ему прав на использование технологии на возмездной основе. Практика подобного регулирования имеется в российском законодательстве (ст. 1239 Кодекса). В частности, ст. 1362 ГК РФ предусматривает возможность предоставления принудительной лицензии при неиспользовании в течение установленного срока изобретения, полезной модели или промышленного образца. Однако применение по аналогии положений ст. 1362 или ст. 1546 Кодекса недопустимо, так как переход исключительного права к другим лицам без договора допускается по основаниям, предусмотренным законом (ст. 1241 Кодекса). Поскольку основания перехода исключительных прав должны определяться законом, Правительство своим постановлением не сможет ввести подобных норм.
Неисполнение обязанности по использованию единой технологии следует отграничивать от ситуаций, когда исполнитель не обеспечил до истечения шести месяцев после окончания работ по созданию единой технологии совершение всех действий, необходимых для признания за ним или приобретения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, которые входят в состав технологии. В последнем случае речь идет не об использовании, а о приобретении права на технологию, так как вряд ли данное право можно считать возникшим, если не урегулированы отношения по использования входящих в технологию объектов интеллектуальной собственности. В этой ситуации право на технологи
