Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 декабря 2009 г. N 73-О09-26СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кудрявцевой Е.П., судей Чакар Р.С., Русакова В.В.,
при секретаре Назаровой Т.Д.
рассмотрела в судебном заседании от 30 декабря 2009 года кассационную жалобу потерпевшей З. кассационное представление государственного обвинителя Мархандаевой И.В. на приговор Верховного суда Республики Бурятия от 22 сентября 2009 года, которым
Стасив Г.В.
судимый
3 декабря 2008 года по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 1 год,
оправдан по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей за непричастностью к совершению преступления.
Заслушав доклад судьи Чакар Р.С., мнение прокурора Шаруевой М.В., поддержавшей доводы кассационного представления, объяснения защитника Захарченко А.А., возражавшего против доводов кассационной жалобы и кассационного представления, судебная коллегия установила:
Органами предварительного расследования Стасиву Г.В. предъявлено обвинение в убийстве, совершенном из корыстных побуждений.
Согласно предъявленному обвинению Стасив Г.В., не желая рассчитываться за купленную у М. автомашину "..." и отдавать М. ... рублей, решил лишить М. жизни. 23 мая 2008 года примерно в 23 часа на окраине лесного массива, расположенного в одном километре к северу ..., примерно, в 15 метрах от проселочной дороги он вставил патрон в патронник неустановленного оружия, на котором имелся прикрепленный патронташ с тремя патронами, спрятал это оружие под кучей срубленных веток. Примерно в 7 часов 24 мая 2008 года по предложению Стасива Г.В., он и М. на автомашине "..." прибыли в указанное место якобы для проверки технического состояния этой автомашины и передачи денег М. Стасив Г.В. попросил остановить автомашину, вышел из нее, взял заранее подготовленное огнестрельное оружие, произвел прицельный выстрел в голову вышедшего из автомашины М., который от выстрела упал на землю. Стасив Г.В. подбежал ближе и произвел в М. еще три выстрела в область грудной клетки, в результате чего М. было причинены огнестрельное пулевое сквозное ранение головы с переломом лобной и затылочной костей, повреждением головного мозга, огнестрельное пулевое сквозное ранение груди с повреждением легкого. Смерть М. последовала от полученных телесных повреждений на месте происшествия. Труп и орудие преступления Стасив Г.В. спрятал, а автомашину он забрал себе.
Вердиктом коллеги присяжных заседателей от 21 сентября 2009 года признано недоказанным, что убийство М. совершено Стасивом Г.В. и на основе указанного вердикта Стасив Г.В. оправдан за непричастностью к совершению преступления.
В кассационной жалобе потерпевшая З. пишет о своем несогласии с решением суда, ссылаясь на ряд обстоятельств. Утверждает, что в судебном заседании Стасив Г.В. и адвокат Захарченко А.А. неоднократно заявляли о давлении, оказанном на Стасива Г.В. со стороны сотрудников милиции. При допросе эксперта В. защитник задавал вопросы, ставящие под сомнение выводы экспертизы. В прениях сторон Стасив Г.В. сказал, что он не виновен, ему все показали. После вердикта адвокат Захарченко А.А. и несколько присяжных стояли вместе на крыльце и разговаривали.
В кассационном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель Мархандаева И.В. просит отменить приговор ввиду допущенных нарушений уголовно-процессуального закона, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. В нарушение требований ст. 335 УПК РФ до сведения присяжных заседателей доводились сведения процессуального характера, председательствующий не всегда реагировал на это обращением к присяжным заседателям не принимать такие обстоятельства во внимание при вынесении вердикта. Адвокат Захарченко А.А. неоднократно ставил под сомнение допустимость исследуемых доказательств. При допросе судебно-медицинского эксперта В. и специалиста Ю. в присутствии присяжных заседателей он выяснял юридические вопросы, ставил под сомнение заключения судебно-медицинских экспертиз, показания судебно-медицинского эксперта Ж. в судебном заседании. В судебных прениях адвокат оказывал незаконное воздействие на присяжных заседателей, исказив содержание показаний свидетеля К., данных протокола осмотра места происшествия. Подсудимый Стасив Г.В., его родственники и адвокат доводили до сведения присяжных заседателей сведения о применении недозволенных методов расследования. В присутствии присяжных заседателей подробно исследовались обстоятельства, которые не входят в круг подлежащих установлению ими. При вынесении оправдательного приговора судом принято решение об уничтожении вещественные доказательств, не решен вопрос о направлении уголовного дела для производства предварительного расследования. В совокупности нарушения закона оказали неправомерное воздействие на присяжных заседателей и повлияли на объективность вынесенного ими вердикта.
В возражениях на доводы кассационного представления и кассационной жалобы защитник Захарченко А.А. просит оставить приговор без изменения, так как, по его мнению, при рассмотрении уголовного дела нарушений уголовно-процессуального закона не допущено.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, судебная коллегия не усматривает оснований для их удовлетворения.
Оправдательный приговор суда постановлен в соответствии с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей.
В соответствии с положениями ст. 348 УПК РФ оправдательный вердикт коллегии присяжных заседателей обязателен для председательствующего судьи и влечет за собой постановление им оправдательного приговора.
Оправдательный приговор по уголовному делу председательствующим постановлен в соответствии с требованиями ст. 351 УПК РФ и правовые основания оправдания, указанные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам, признанным присяжными заседателями установленными.
Согласно ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменён при наличии таких нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.
Нарушений уголовно-процессуального закона, подпадающих под указанные в законе основания для отмены оправдательного приговора, основанного на вердикте присяжных заседателей, по данному уголовному делу не имеется.
Замечания, принесенные государственным обвинителем Мархандаевой И.В. на протокол судебного заседания были рассмотрены в установленном законом порядке и обоснованно отклонены, как не нашедшие своего подтверждения.
Из протокола судебного заседания усматривается, что председательствующим судьёй в судебном заседании были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
Согласно протоколу судебного заседания по делу не допущено также нарушений уголовно-процессуального закона, связанных с особенностями рассмотрения уголовного дела, рассматриваемого с участием присяжных заседателей. Протокол судебного заседания не содержит указанных в кассационном представлении и кассационной жалобе обстоятельств нарушения стороной защиты, подсудимым требований ст. 335 УПК РФ, определяющей особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей. В отдельных случаях имели место несостоявшиеся попытки затронуть процедурные вопросы в присутствии присяжных заседателей, однако они своевременно пресекались председательствующим судьёй.
В частности, в судебных прениях, когда подсудимый Стасив Г.В. высказался о том, что он срисовал схему, о чем упоминается в кассационном представлении, как это следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель принес свои возражения на это высказывание, а председательствующий сделал подсудимому замечание и просил присяжных заседателей не принимать во внимание высказывание подсудимого о срисовывании схемы, в связи с чем доводы кассационного представления в этой части находят свое подтверждение, но не свидетельствуют о наличии нарушения уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора.
Вопреки доводам кассационного представления ни подсудимым Стасивом Г.В., ни его родственниками и защитником Захарченко А.А. не сообщалось в присутствии присяжных заседателей о применении к Стасиву Г.В. незаконных методов ведения следствия.
Доводы о том, что при допросе в судебном заседании свидетеля Стасив М.А. на вопрос председательствующего она показала, что ее сутки продержали в милиции и заявила, что "вы не знаете, как меня допрашивали", опровергаются протоколом судебного заседания, в котором не имеется таких данных.
При проверке доводов кассационного представления относительно нарушений закона при допросе судебно-медицинских экспертов Ж. В. и специалиста Ю. принято во внимание то, что согласно данным протокола судебного заседания, эксперт Ж. и специалист Ю. были допрошены в присутствии присяжных заседателей по инициативе стороны обвинения, а эксперт В. - по инициативе стороны защиты, и каких-либо возражений по поводу их допроса с какой-либо стороны не последовало.
В процессе допроса по инициативе стороны защиты эксперта В. государственный обвинитель не заявлял каких-либо ходатайств, связанных с показаниями эксперта, имел возможность воспользоваться всеми предусмотренными уголовно-процессуальными правами стороны уголовного процесса.
Государственный обвинитель воспользовался своим правом задать вопросы данным участникам уголовного процесса, и имел возможность в прениях аргументировать свою позицию относительно предъявленного подсудимому обвинения и дать собственную оценку доказательств, представленных стороной защиты.
Утверждение государственного обвинителя о том, что вопросы стороны защиты экспертам выходили за пределы рассматриваемого в суде с участием присяжных заседателей уголовного дела - несостоятельно, поскольку указанные лица допрашивались в суде об обстоятельствах, имеющих значение для разрешения именно данного уголовного дела в отношении подсудимого Стасива Г.В. и эти вопросы не касались юридических аспектов уголовного дела.
При допросе эксперта В. государственный обвинитель не делал каких-либо заявлений по поводу недопустимости задаваемых ему стороной защиты вопросов.
Представленные сторонами доказательства, признанные председательствующим допустимыми, были исследованы в присутствии присяжных заседателей, которые имели возможность оценить их в совокупности и вынести объективный вердикт.
Доводы о том. что при допросе эксперта В. председательствующий в присутствии
