Одним из ключевых принципов страхового права является принцип uberrima fides - наивысшей добросовестности. Он активно применяется страхователями, страховщиками и судами в английском праве. Есть ли у этого принципа будущее в России?
По примеру Англии
Принцип наивысшей добросовестности стал применяться в судебной практике Великобритании в XIX веке, но окончательно был сформулирован в Законе о Морском cтраховании Великобритании от 1906 года: "Страхователь обязан раскрыть страховщику перед заключением договора любые существенные обстоятельства, известные страхователю, и страхователь обязан знать любое обстоятельство, которое в процессе дела должно быть известным ему" (ст. 18).
Приведенный принцип понимается английскими юристами и судьями как принцип, обязывающий страхователя сообщать любые обстоятельства, которые были и стали известны ему в процессе заключения и после заключения страхового договора (Howard Bennett (1999.) Mapping the doctrine of utmost good faith in insurance contract law. Lloyd's Maritime and Commercial Law Quarterly, 2, 165-222). Даже если в договоре страхования или полисе страхования страховщик не оговаривает сообщение специфических обстоятельств, страхователь обязан сообщить любые условия, имеющие существенное значение для определения степени риска.
Определение существенности обстоятельства было закреплено в п. 2 ст. 18 Закона: "Любое обстоятельство является существенным, которое повлияло бы на решение предусмотрительного страховщика в установлении размера премии или определении того, возьмет ли он на себя такой риск". Поэтому английские суды не принимают во внимание, что страховщик не оговорил сообщение таковых условий в страховом договоре, и обязывают страхователя сообщать любые обстоятельства, имеющие существенное значение для определения риска и установления премии.
При несообщении таковых обстоятельств страховщик имеет право расторгнуть договор, а суд признать договор недействительным.
Толкование по-русски
В России принцип наивысшей добросовестности трактуется иначе: "При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику" (ст. 944 ГК РФ).
Иными словами, страхователь обязан сообщить любые обстоятельства, даже если они неизвестны и не должны были быть известны страховщику. Загвоздка заключается в приведенной в той же статье оговорке: "Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе". Это логически противоречит первому пункту, так как обстоятельства, которые неизвестны и не должны быть известны страховщику, не могут быть предусмотрены и оговорены им в договоре или в письменном запросе.
Страховщик обратился в суд с иском о признании страхового договора недействительным на основании ст. 179 ГК РФ (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75, дело N 14). Страховщик утверждал, что страхователь не сообщил об обстоятельстве, которое являлось существенным и не могло быть известно страховщику. Суд отказал на том основании, что страхователь не был обязан сообщать об обстоятельствах, ставших ему известными, если это не было оговорено в страховом договоре или полисе.
В принципе суд основывался на вышеуказанной оговорке, но доводы страховщика были тоже правомочны, даже если он основывался на другой статье и не потребовал о сообщении обстоятельства заранее в письменной форме, как требовалось законом. В решении суда отмечалось: "В случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности страховщик мог сделать письменный запрос в адрес страхователя для их конкретизации".
Но как страховщик мог запросить страхователя об обстоятельстве, которое не было и не должно было быть ему известно?
Если суд, как и закон, согласен с таким подходом, слова "обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику" не имеют силы в контексте данной статьи. В этом случае исполнение принципа наивысшей добросовестности должно обеспечиваться страховщиком, а не страхователем, как в английском праве. Теряет ли свою сущность принцип наивысшей добросовестности, будучи сформулированным в английском праве, или это своеобразное толкование российского законодате
