Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 апреля 2002 г. N 49-ВПР02-6
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
рассмотрела в открытом судебном заседании от 2 апреля 2002 г. гражданское дело по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на решение Миякинского районного суда Республики Башкортостан от 24 марта 2000 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 15 мая 2000 г. и постановление Президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 12 сентября 2001 г. по иску Г.Р.Г. к колхозу "Дружба" Миякинского района Республики Башкортостан о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Х.А.В., объяснения представителя Г.Р.Г. - И.P.P., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации В.Т.А., поддержавшей доводы протеста, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:
Г.Р.Г. обратился в суд с иском к колхозу "Дружба" Миякинского района Республики Башкортостан о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании незаконным приказа об увольнении.
В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании вступившего в законную силу определения арбитражного суда от 18.08.99 г. в отношении колхоза "Дружба" была введена процедура внешнего управления сроком на 15 месяцев (л.д. 12-15), а он, как председатель, был отстранен от занимаемой должности и с 18.08.99 отправлен в очередной отпуск (л.д. 9). По окончании отпуска вопрос о его трудоустройстве решен не был, и, в связи с тем, что ни на какую работу не вышел, он приказом арбитражного управляющего от 23.10.99 г. N 25 был уволен за прогул в соответствии с п. 4 ст. 39 Трудового кодекса РБ, то есть - по п. 4 ст. 33 КЗоТ РФ (л.д. 5).
Решением Миякинского районного суда от 24.03.2000 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан от 15.05.2000 г., Г. в иске отказано.
Постановлением президиума Верховного суда РБ от 12.09.01 г. оставлен без удовлетворения протест прокурора республики.
В протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации ставится вопрос об отмене указанных судебных постановлений в связи с неправильным применением норм материального права и существенным нарушением норм процессуального права, повлекших вынесение незаконных судебных постановлений.
Проверив материалы дела, обсудив доводы протеста, Судебная коллегия находит его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела на момент возникновения спорных правоотношении предприятие, в котором работал председателем истец, представляло из себя разновидность производственного сельскохозяйственного кооператива, действующего на основе официально зарегистрированного и никем не оспоренного Устава.
Согласно ч. 3 ст. 32 Устава трудовые отношения членов колхоза регулируются кроме законов РФ Уставом колхоза, а граждан, работающих в колхозе по трудовому договору, законодательством РФ о труде.
В соответствии с ч. 1 ст. 67 Устава председатель колхоза, являющийся одновременно председателем правления колхоза, избирается сроком на 5 лет из числа колхозников собранием уполномоченных колхоза.
Из искового заявления усматривается, и никем в суде не оспаривалось, что Г. являлся членом колхоза и на законных основаниях осуществлял полномочия его (колхоза) председателя.
Характер предусмотренных ст. 67 Устава прав и обязанностей председателя не дает оснований рассматривать взаимоотношения Г. с колхозом как трудовой договор в смысле, вкладываемом в это понятие ст. 15 КЗоТ РФ.
Согласно указанной статье "трудовой договор (контракт) есть соглашение между трудящимся и предприятием..., по которому трудящийся обязуется выполнять работу по определенной специальности, квалификации или должности с подчинением внутреннему трудовому распорядку, а предприятие, учреждение, организация обязуется выплачивать трудящемуся заработную плату и обеспечивать условия труда, предусмотренные законодательством о труде, коллективным договором и соглашением сторон".
Таким образом, специфика обязанностей работника по трудовому договору состоит в выполнении конкретной трудовой функции, то есть работы по определенной специальности, должности, соответствующей квалификации, причем эта обязанность неразрывно связана с подчинением внутреннему трудовому распорядку, что в Уставе колхоза "Дружба" применительно к обязанностям председателя отражения не нашло.
Следовательно отношения Г. с ответчиком регламентировались не трудовым договором, а Уставом колхоза.
Поскольку ст. 33 КЗоТ РФ (ст. 39 ТК РБ), по п. 4 которой уволен истец, предусматривает расторжение по инициативе администрации именно трудового договора, арбитражный управляющий оспариваемым приказом "расторг" контракт, которого фактически не существовало, и, к тому же - по компрометирующим истца основаниям.
Отказывая в удовлетворении иска, судебные инстанции, неправильно применив закон, не подлежащий в данном случае применению, исходили из правомерности приказа об увольнении, хотя в решении об этом не указано.
Между тем, требование о признании не
