Кассационное определение СК по уголовным делам Московского городского суда от 19 декабря 2011 г. N 22-15373/11
Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:
председательствующего Колесниковой И.Ю.,
судей Буяновой Н.А., Широкова А.И.,
при секретаре Стратиенко В.А.
рассмотрела в судебном заседании от 19 декабря 2011 года кассационную жалобу осужденного Старшинова А.Г. на приговор Тверского районного суда города Москвы от 31 октября 2011 года, которым
Старшинов А.Г., ранее судимый 2 марта 2011 г. районным судом города Москвы по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, освобожденный 12 мая 2011 г. по отбытии срока наказания;
осужден по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Срок отбывания наказания исчислен с 15 августа 2011 года.
В приговоре также содержатся решения по вопросу о вещественных доказательствах и о мере пресечения в отношении осужденного.
Заслушав доклад судьи Буяновой Н.А., выслушав объяснения осужденного Старшинова А.Г. и адвоката Корчагина В.П., поддержавших доводы кассационной жалобы и просивших о переквалификации действий Старшинова на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, мнение прокурора Коловайтес С.О. об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия установила:
Старшинов признан виновным в совершении разбоя, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья.
Судом установлено, что преступление совершено 15 августа 2011 г. в городе Москве, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В судебном заседании Старшинов виновным себя признал частично.
В кассационной жалобе осужденный указывает, что приговор является необоснованным и несправедливым.
Отмечает, что потерпевшая П1, а также свидетели С1 и С2 не были допрошены в судебном заседании, что могло существенно повлиять на выводы суда, так как их показания на предварительном следствии, оглашенные при отсутствии оснований, предусмотренных ст. 281 УПК РФ, противоречат друг другу относительно того, кто первым подошел к автомобилю и, соответственно, что мог видеть каждый из потерпевших и свидетелей.
По мнению автора жалобы в ходе судебного следствия не были устранены существенные противоречия между показаниями потерпевших и свидетелей.
Обращает внимание на показания потерпевших о том, что часть инкриминируемых ему вещей, в том числе магнитола, оставались лежать рядом с автомобилем, в связи с чем считает необоснованным указание о хищении предметов, оставшихся на месте преступления около машины.
Указывает, что показания потерпевшего С1 о том, что он считает, что стекло было разбито рукой, поскольку в салоне автомобиля была кровь, основаны на предположении, так как при освидетельствовании в травматологическом пункте у него не обнаружено порезов и царапин. Кроме того, обнаруженные в салоне автомобиля следы крови подлежали проверке на предмет их происхождения.
Считает, что судом нарушен п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, поскольку экспертиза оценки вещественных доказательств не проводилась и как установлена стоимость каждой из вещей не известно.
Утверждает о нарушении требований ч. 2 ст. 94 УПК РФ, поскольку с момента его задержания до избрания меры пресечения в виде заключения под стражу прошло более 48 часов.
Просит разобраться в нарушениях по уголовному делу.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Сергуняева Л.А. указывает, что вина осужденного, вопреки занятой им позиции, нашла свое полное подтверждение, назначенное наказание соразмерно содеянному. Просит приговор оставить без изменения, а жалобу - без удовлетворения.
Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, находит, что виновность осужденного Старшинова в совершении разбоя, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, установлена совокупностью доказательств, тщательно исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.
Так, из показаний потерпевшего С3 следует, что приехал на принадлежащей ему автомашине с братом и знакомыми к парку, припарковал машину так, чтобы она была в поле зрения. Через некоторое время услышал звук бьющегося стекла и увидел как незнакомый мужчина, оказавшийся впоследствии Старшиновым, проник в салон автомашины. Подбежав к машине, увидел Старшинова на переднем пассажирском сидении, а рядом с машиной сложенные на асфальте принадлежащие ему личные вещи и документы, в том числе автомагнитолу. Увидев его и подошедших в это время друзей, Старшинов вышел из машины, держа в одной руке нож, лезвие которого направил в его (С3) сторону. Находясь в агрессивном состоянии и размахивая ножом, Старшинов двигался в его направлении. Такие действия Старшинова он воспринимал как реальную угрозу жизни и здоровья. Он стал отступать, после чего Старшинов таким же образом направился в сторону С4 и П1. П1 стала прятаться за С4, который стал кричать, чтобы вызвали полицию. После чего Старшинов убежал в парк, где и был задержан сотрудниками полиции.
Согласно показаниям потерпевшего С4, он, увидев как С1 и остальные лица, с которыми он приехал в парк, побежали к автомашине, также подбежал к автомашине, где увидел как перед С1, который, подняв руки, отступал назад, находится ранее незнакомый Старшинов, в руках у которого он заметил нож. П1 стала прятаться за него (С4), а Старшинов, держа нож лезвием по направлению к ним, находясь в агрессивном состоянии, размахивая ножом и совершая выпады, стал приближаться к ним. Данные действия он (С4) воспринимал как реальную угрозу жизни и здоровью. После слов о вызове полиции, Старшинов убежал в парк, где был задержан. По пути следования Старшинова он нашел принадлежащую ему (С4) связку ключей, которая до этого находилась в салоне автомашины. Вернувшись к машине, он обнаружил, что стекло передней пассажирской двери разбито, а рядом с автомашиной на асфальте находятся сложенные в кучу предметы, в том числе автомагнитола.
Судом также исследованы показания потерпевшей П1, свидетелей С1 и С2, данные в ходе предварительного расследования, которые согласуются с показаниями потерпевших С3 и С4.
Вопреки доводам кассационной жалобы, нарушений требований ст. 281 УПК РФ при оглашении показаний потерпевшей и свидетелей, не установлено.
У суда не было оснований не доверять приведенным в приговоре показаниям потерпевших и свидетелей, которые нашли свое подтверждение в письменных материалах дела: заявлении потерпевшего по факту хищения принадлежащего ему имущества из салона автомашины; протоколах осмотра места происшествия; протоколе личного досмотра Старшинова; других доказательствах, содержание которых в необходимом объеме приведено в приговоре суда.
Оснований для оговора осужденного со стороны потерпевших и свидетелей, как и существенных противоречий в их показаниях, которые могли повлиять на выводы суда о виновности или невиновности осужденного, а также на квалификацию его действий, вопреки доводам кассационной жалобы, судом установлено не было.
Судебная коллегия считает, что фактические обстоятельства совершенного преступления, установлены судом правильно, а выводы суда о виновности осужден
