Купить систему ГАРАНТ Получить демо-доступ Узнать стоимость Информационный банк Подобрать комплект Семинары

О.М. Козырь. Комментарий к Постановлению Пленума ВС РФ от 25 февраля 1998 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (Наиболее актуальные вопросы предпринимательской деятельности. Комментарии судебной практики ВАС РФ. / Отв. ред. Л.А. Новоселова, М.А. Рожкова). - Специально для системы ГАРАНТ, 2009 г.

Комментарий к Постановлению Пленума ВС РФ от 25 февраля 1998 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав"

ГАРАНТ:

См. справку "Наиболее актуальные вопросы предпринимательской деятельности. Комментарии судебной практики ВАС РФ. / Отв. ред. Л.А. Новоселова, М.А. Рожкова"


1. Применению в судебной практике законодательства о собственности было посвящено Постановление Пленума ВАС РФ от 17 сентября 1992 г. N 13. Однако после его принятия гражданское законодательство существенно изменилось, значительное развитие получили и иные, помимо права собственности, вещные права. Была введена в общероссийском масштабе система государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Необходимость разъяснения законодательства о собственности и об иных вещных правах с позиции защиты прав и охраняемых законом интересов собственников, обладателей права хозяйственного ведения и права оперативного управления повлекли принятие в 1998 г. Постановления Пленума ВАС РФ от 25 февраля N 8, которым и было признано утратившим силу Постановление от 17 сентября 1992 г. (п. 29 комментируемого Постановления).

За время, прошедшее после принятия комментируемого Постановления, подавляющее большинство его положений не разошлись с действующим законодательством и не потеряли своей актуальности. Однако есть некоторые положения, которые вызывают неоднозначную оценку в юридической литературе, что будет показано в настоящем комментарии применительно к п. 25 Постановления.

2. В комментируемом Постановлении нашли отражение несколько блоков вопросов: равенство прав собственников - граждан, юридических лиц, государства и муниципальных образований - и как проявление этого равенства: равная судебная защита нарушенных прав собственников; права публичных собственников - субъектов федеральной, государственной (собственности субъектов РФ) и муниципальной собственности; права государственных и муниципальных предприятий и учреждений на закрепленное за ними имущество и на защиту своих имущественных прав; особенности приобретения права собственности на недвижимое имущество по договору и специфика защиты прав приобретателя недвижимости по договору купли-продажи; правовое положение объекта незавершенного строительства и возникновение права собственности на него; применение правил о приобретении имущества на основании приобретательной давности; особенности применения такого вещно-правового способа защиты права собственности и иных вещных прав, таких как виндикация, и защита в этом случае добросовестного приобретателя имущества и др.

3. Содержащиеся в комментируемом Постановлении разъяснения в отношении прав унитарных предприятий и учреждений носят двоякий характер. С одной стороны, подчеркивается, что государственные и муниципальные унитарные предприятия пользуются всеми правами собственника на защиту закрепленного за ними имущества, в том числе и против собственника этого имущества (п. 6). С другой стороны, положения Постановления направлены против "разбазаривания" государственными и муниципальными унитарными предприятиями имущества, закрепленного за ними собственником.

В Постановлении разъясняется, что, поскольку правоспособность унитарных предприятий имеет целевой характер, их действия по распоряжению имуществом не должны выходить за рамки обеспечения выполнения уставной деятельности и, соответственно, целевого использования предоставленного для этого имущества. Это, в частности, означает, что совершенная предприятием сделка по отчуждению или передаче в долгосрочное пользование имущества, непосредственно участвующего в производственном процессе, является недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ, даже если на совершение такой сделки было получено согласие собственника имущества, т.е. были соблюдены все правила, предусмотренные п. 2 ст. 295 ГК РФ (п. 9 Постановления)*(1). Как показывает практика, арбитражные суды при разрешении споров достаточно единообразно отслеживают соблюдение унитарными предприятиями принципа специальной правоспособности и в большинстве решений основываются на следующем критерии: после совершения сделки предприятие должно иметь возможность продолжать свою деятельность, и в результате сделки не должно возникнуть препятствий для реализации им уставных целей и задач*(2).

Важность разъяснений, содержащихся в комментируемом Постановлении применительно к унитарным предприятиям, не утрачена и после принятия Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", который воспроизводит положения ГК РФ о целевой правоспособности унитарного предприятия*(3), ставшие предметом рассмотрения в комментируемом Постановлении.

В Постановлении разъясняется статус доходов учреждения, полученных им от разрешенной учредительными документами деятельности, и приобретенного на эти доходы имущества (п. 10). Природа этих доходов и имущества законом четко не определена, что дало основание для появления различных трактовок титула, на котором учреждения владеют названным имуществом (от права хозяйственного ведения до самостоятельного вещного права). Поэтому весьма важно указание Пленума ВАС РФ на то, что такого рода доходы и имущество в процессе существования учреждения не могут быть изъяты у него по решению какого-либо государственного или муниципального органа, даже если они используются учреждением не по целевому назначению или не используются вовсе.

Право на самостоятельное распоряжение полученными доходами такой новой разновидностью учреждения, как автономное учреждение, закреплено непосредственно в Федеральном законе от 3 ноября 2006 г. N 174-ФЗ "Об автономных учреждениях" (п. 8 ст. 2). Таким образом, содержащиеся в п. 10 комментируемого Постановления разъяснения приобретают значение и для доходов этой разновидности учреждения.

4. В условиях российского рынка самостоятельным, причем достаточно распространенным, объектом гражданского оборота в середине - конце 90-х гг. XX в. стали объекты незавершенного строительства. ГК РФ не упоминал их в перечне объектов недвижимого имущества, более того в соответствии со ст. 219 ГК РФ право собственности на вновь создаваемый объект недвижимости может возникнуть лишь с момента государственной регистрации, а таковая по общему правилу осуществляется на основании документов, подтверждающих факт создания объекта (здания, сооружения и т.п.).

Тем не менее в п. 2 ст. 25 Закона о регистрации прав на недвижимость была предусмотрена возможность регистрации прав на не завершенный строительством объект при соблюдении определенных условий, а именно при необходимости совершения гражданско-правовых сделок с соответствующим объектом. Такая ситуация позволила Пленуму ВАС РФ прийти к важнейшему для практики выводу, что не завершенные строительством объекты относятся к недвижимому имуществу, следовательно, к ним применяются соответствующие правила, регулирующие правоотношения собственности на недвижимое имущество и совершение сделок с ним (п. 16 комментируемого Постановления).

Условием для признания объектов незавершенного строительства недвижимостью стало, как указано в Постановлении, то, что соответствующий объект не является предметом действующего договора строительного подряда. Самостоятельным объектом права собственности, в соответствии с законодательством, такой объект мог стать только после внесения соответствующей записи о праве на него в государственный реестр.

Оценивая решение, содержащееся в п. 16 Постановления, нельзя не обратить внимания на то, что Пленум ВАС РФ исходил не из буквального толкования ст. 25 Закона о регистрации прав на недвижимость (необходимость совершения сделки с объектом как основания для возникновения права собственности на него как на объект недвижимого имущества), а отразил широкое толкование п. 2 названной статьи, "позволяющее считать недвижимостью, конечно, при условии регистрации, объект незавершенного строительства, поскольку он способен стать предметом сделки"*(4).

Оборот объектов незавершенного строительства, причем именно как самостоятельных объектов права собственности, продолжал развиваться и после принятия комментируемого Постановления. Поскольку созрели все предпосылки для непосредственного закрепления этих объектов в примерном перечне объектов недвижимого имущества, приведенном в ст. 130 ГК РФ, в конце 2004 г. такое закрепление было осуществлено законодателем*(5). Таким образом, на протяжении почти семи лет безусловное признание объектов незавершенного строительства недвижимостью осуществлялось во многом благодаря комментируемому Постановлению.

В настоящее время для признания такого объекта недвижимостью не имеет значения, был ли договор строительного подряда прекращен (если строительство осуществлялось на основе договора подряда) или нет, поскольку в действующей редакции ст. 130 ГК РФ такое признание не связано никакими требованиями к объекту, а обусловлено его природой, т.е. тесной связью с земельным участком, на котором он расположен. В этой связи п. 16 рассматриваемого Постановления нуждается в корректировке, с тем чтобы не ограничивать признание в качестве недвижимого имущества тех объектов незавершенного строительства, в отношении которых договор подряда не является прекращенным*(6), и не расходиться в этой части с действующим законодательством.

Важнейший вопрос о том, объектом чьего права собственности является объект незавершенного строительства, в комментируемом Постановлении не рассматривается. А с ответом на этот вопрос связаны важные последствия для гражданского оборота этого специфического объекта недвижимости (возложение риска случайной гибели или порчи имущества и др.). Право собственности на объект незавершенного строительства должно принадлежать собственнику земельного участка или законному владельцу такого участка, получившему разрешение на осуществление строительства, а не какому-либо иному лицу (в том числе подрядчику по договору подряда), даже если строительство осуществлялось на основании договора подряда.

5. В процессе предоставления судебной защиты покупателям по договорам купли-продажи недвижимости выявилась практика заключения продавцами нескольких договоров купли-продажи в отношении одного и того же объекта недвижимости. При этом продавцы в обоснование своих действий пытались ссылаться на то, что в соответствии с действующим законодательством заключение и даже исполнение договора купли-продажи недвижимости до государственной регистрации перехода права собственности к покупателю не влияет на отношения сторон договора с третьими лицами, следовательно, не препятствует продавцу, сохраняющему право собственности, вновь распорядиться принадлежащим ему имуществом.

Пленум ВАС РФ в п. 14 комментируемого Постановления высказал обоснованный подход к решению возникшей проблемы, направленный на защиту прав приобретателя имущества по первому договору купли-продажи. После передачи имущества покупателю, но до осуществления государственной регистрации перехода права собственности покупатель является законным владельцем имущества. Это означает, что продавец, заключивший новый договор об отчуждении ранее переданного покупателю имущества, не сможет исполнить новый договор, не имея уже владения недвижимым имуществом и не имея возможности истребовать имущество у его законного владельца - первого покупателя, т.е. фактически продавец уже является неуправомоченным лицом в отношении распоряжения названным имуществом. Таким образом, продавец будет вынужден нести ответственность перед вторым покупателем за неисполнение нового договора.

В последующем потребовалось дополнительное разъяснение о судьбе второго договора купли-продажи жилого помещения, поскольку в отношении этого объекта предусмотрена как регистрация договора, так и регистрация перехода права собственности. Для ситуации, когда первый договор купли-продажи квартиры уже зарегистрирован, Президиум ВАС РФ указал, что учреждение юстиции вправе отказать в регистрации договора купли-продажи той же квартиры, заключенного продавцом с другим покупателем*(7).

В комментируемом Постановлении обращается внимание также на то, что, поскольку до государственной регистрации перехода к покупателю права собственности названное право сохраняется за продавцом, покупатель по исполненному сторонами договору продажи недвижимости не вправе распоряжаться переданным ему имуществом (абз. 3 п. 14). Сделки, заключенные в отношении недвижимости покупателем в этот период, будут являться недействительными.

6. Значительное место в комментируемом Постановлении уделено вопросам истребования имущества из чужого незаконного владения (п. 21-26), т.е. возможностям защиты прав собственника посредством предъявления им виндикационного иска. В Постановлении содержится важное для практики положение о том, что собственник вправе истребовать свое имущество только от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении (п. 22)*(8). При наличии между собственником и лицом, к которому собственник обращается с иском, обязательственных правоотношений по поводу спорного имущества, виндикация имущества не применима, а спор подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим обязательственные правоотношения сторон (п. 23).

Одним из наиболее сложных вопросов, связанных с возвратом собственнику выбывшего из его владения имущества, является вопрос об истребовании имущества у добросовестного приобретателя. Пленум ВАС РФ исходит из того, что в случае с добросовестным приобретателем именно на собственника должно быть возложено бремя доказывания того, что имущество выбыло из владения собственника или лица, которому оно было передано во владение, вследствие утраты, похищения или иным путем помимо их воли (абз. 2 п. 24 Постановления).

В то же время доказывание возмездности приобретения недвижимости и добросовестности ее приобретения возлагается на приобретателя недвижимости (абз. 3 п. 24), т.е. сам приобретатель должен будет доказывать, что он не знал и не мог знать, что имущество приобретается у лица, которое не имело право его отчуждать. При этом наличие в действиях приобретателя умысла или грубой неосторожности исключает возможность защиты его интересов*(9). Такое распределение бремени доказывания (т.е. возложение на приобретателя доказывания его добросовестности) сделано в изъятие из общего принципа, сформулированного в п. 3 ст. 10 ГК РФ, согласно которому в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли они разумно и добросовестно, разумность и добросовестность предполагаются.

Действительно, в рассматриваемой ситуации собственнику практически невозможно доказать недобросовестность приобретателя, поскольку он в большинстве случаев вообще не располагает никакими данными о способе и условиях приобретения имущества приобретателем, в то время как сам приобретатель может доказывать свою добросовестность, опираясь на данные Государственного реестра и на другие обстоятельства, которые ему достоверно известны*(10). Вероятно, соображения именно такого практического свойства и легли в основу названного пункта Постановления. Судебная практика его последовательно воплощает, однако в юридической литературе это положение вызывает и критическое отношение как необоснованно отступающее от положений ГК РФ*(11).

Весьма распространенной в судебной практике является ситуация, когда за защитой своих прав обращается собственник, чье имущество приобретено по возмездному договору у лица, которое не имело права отчуждать это имущество (п. 25 Постановления). В этом случае собственнику не запрещен выбор средства правовой защиты - он может обратиться в суд как с виндикационным иском, так и с иском о признании недействительной сделки купли-продажи и о возврате имущества, переданного покупателю*(12). Такая позиция ВАС РФ в отношении использования собственником различных способов защиты его нарушенного права собственности исходит из понимания того, что выбор конкретного способа защиты должен предоставляться самому собственнику. Она согласуется с толкованием, данным в последующем Конституционным Судом РФ, согласно которому ГК РФ не ограничивает собственника "в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов..."*(13).

В то же время следует иметь в виду, что результат такого выбора будет зависеть от того, насколько избранный способ соответствует характеру правонарушения и отношениям между собственником и нарушителем его права. Поэтому при выборе способа защиты собственнику выбывшего имущества следует иметь в виду, что, если при разрешении спора по иску о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, будет установлено, что покупатель отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю (ст. 302 ГК РФ), "в удовлетворении исковых требований о возврате имущества должно быть отказано" (абз. 2 п. 25 комментируемого Постановления). Положения ст. 167 ГК РФ о последствиях недействительности сделки в таком случае будут неприменимы. Этот подход нашел широкое распространение в практике как арбитражных судов, так и судов общей юрисдикции*(14). Он соответствует позиции, высказанной Конституционным Судом РФ в Постановлении от 21 апреля 2003 г. N 6-П, согласно которой общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, "по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 ГК Российской Федерации, не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом...".

Постановление предполагает, что в рассматриваемой ситуации судом будет исследован вопрос о добросовестности приобретателя. В последующем, после принятия Постановления Конституционного Суда РФ N 6-П от 21 апреля 2003 г., вышестоящие суды стали ориентировать нижестоящие на обязательное определение того, является ли приобретатель добросовестным. Так, в одном из решений федерального суда округа указывается: "Из приведенного разъяснения Конституционного Суда РФ следует, что при рассмотрении иска к ответчику, приобретшему имущество у лица, которое не имело права его отчуждать (вторичная сделка), суд в любом случае, независимо от предмета иска, должен исследовать вопрос о том, является ли владелец добросовестным приобретателем"*(15).

Из положения об отказе собственнику в возврате имущества от добросовестного приобретателя Пленум ВАС РФ сделал следующий вывод: "Если право собственности подлежит государственной регистрации, решение суда является основанием для регистрации перехода права собственности к покупателю" (абз. 3 п. 25 комментируемого Постановления). Тем самым допускается возможность признания в судебном порядке за незаконным, но добросовестным приобретателем имущества права собственности на то имущество, в виндикации которого было отказано на основании добросовестности его владения. Для признания права собственности добросовестного приобретателя недвижимого имущества в рассматриваемом случае, по мнению ВАС РФ, не требуется истечения срока приобретательной давности, установленного ст. 234 ГК РФ. Таким образом, в Постановлении Пленума ВАС РФ сделан еще одни шаг в направлении признания собственником добросовестного приобретателя недвижимости, у которого имущество не может быть истребовано его прежним собственником.

В юридической литературе это положение вызвало неоднозначное отношение. Такой подход критиковался как попытка установить не предусмотренное законом основание прекращения права собственности*(16) и как новое основание возникновения права собственности добросовестного приобретателя, минуя правила о приобретательной давности*(17).

Сформулированное в Постановлении правило о признании добросовестного приобретателя собственником с момента вступления в законную силу судебного решения, в котором приобретатель признается добросовестным, а собственнику отказывается в виндикации имущества (а именно это и означает положение о регистрации перехода права собственности к покупателю на основании решения суда), нуждается в закреплении непосредственно в законе. К такому выводу приходят как критики названного пункта Постановления*(18), так и его сторонники*(19).

После принятия комментируемого Постановления практическая значимость защиты прав добросовестного приобретателя имущества, в первую очередь применительно к жилым помещениям, постоянно возрастает. В этой связи были предприняты попытки законодательного усиления позиций добросовестных приобретателей недвижимости, в том числе посредством перераспределения сложившегося в российском праве баланса защиты прав собственника, из владения которого имущество выбыло помимо его воли, и интересов последующего добросовестного приобретателя имущества.

В результате был найден достаточно нейтральный компромисс*(20), и ст. 223 ГК РФ о моменте возникновения права собственности у приобретателя по договору была дополнена правилом о том, что добросовестный приобретатель становится собственником недвижимости с момента осуществления государственной регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя*(21).

И еще на одно немаловажное обстоятельство указано в комментируемом Постановлении применительно к виндикации имущества. Сам факт продажи имущества с публичных торгов, проведенных в порядке, установленном для исполнения судебных актов, не исключает для собственника возможности обращения к лицу, приобретшему имущество на торгах, с виндикационным иском. Такой иск подлежит удовлетворению в случае, если проданное с торгов имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо было похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо воли, поскольку, как указано в п. 26 Постановления, согласно ст. 302 ГК РФ собственник вправе в этом случае истребовать имущество и у добросовестного приобретателя, и способ приобретения имущества (на публичных торгах) не может в данном случае повлиять негативно на использование собственником способов защиты его права, предоставленных ему законом*(22).


О.М. Козырь,

начальник отдела Исследовательского центра частного права,

кандидат юридических наук


-------------------------------------------------------------------------

*(1) В судебной практике Президиума ВАС РФ, в частности, рассматривалось дело, в котором со ссылкой на п. 9 комментируемого Постановления было указано, что лишение муниципального предприятия розничной торговли здания магазина могло привести к невозможности его хозяйственной деятельности, и, соответственно, имеются основания того, что сделка купли-продажи здания магазина является недействительной (см.: Постановление Президиума ВАС РФ от 19 октября 1999 г. N 5733/99.

*(2) См. об этом подробнее: Степанов В.Г. Особенности правового регулирования деятельности унитарных предприятий в деловом обороте // Юрист. 2004. N 2. В связи с этим интересна судьба договора долгосрочной аренды, заключенного между ГУП "Администрация аэропорта "Домодедово" и ЗАО "Международный аэропорт "Домодедово". Постановлением ФАС Московского округа от 21 февраля 2005 г. по делу N КГ-А41/438-05-П-1,2 договор аренды, предметом которого являлось все закрепленное за ГУП имущество, был признан недействительным со ссылкой на п. 9 комментируемого Постановления. В последующем выяснилось, что в уставе унитарного предприятия содержится запись, согласно которой эксплуатация аэродромного комплекса осуществляется предприятием посредством сдачи в аренду имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения. Это дало возможность в дальнейшем подтвердить вывод о соответствии действий арендодателя целям создания его как предприятия; Постановлением Президиума ВАС РФ от 24 октября 2006 г. N 4017/05 соответствующие решения были отменены и утверждено мировое соглашение между сторонами.

*(3) Согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ унитарное предприятие "может иметь гражданские права, соответствующие предмету и целям его деятельности, предусмотренным в уставе этого унитарного предприятия...".

*(4) Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. 3-е изд. М., 2002. С. 405.

*(5) Статья 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 213-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации". В результате развития законодательства к 2007 г. в примерном перечне объектов недвижимости, закрепленном в ст. 130 ГК РФ, помимо земельных участков и участков недр названы только здания, сооружения и объекты незавершенного строительства.

*(6) Несколько ранее в Обзоре практики разрешения споров, возникающих по договорам купли-продажи недвижимости (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 ноября 1997 г. N 21), Президиум ВАС РФ уже высказался за то, что не завершенный строительством объект является самостоятельным объектом недвижимости (и, соответственно, предметом договора купли-продажи) по самой своей природе как объект, настолько прочно связанный с землей, что перемещение его без несоразмерного ущерба его назначению невозможно (п. 7 Обзора). Именно эта позиция и нашла отражение в действующей редакции ст. 130 ГК РФ.

*(7) См.: п. 4 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним": информационное письмо Президиума ВАС РФ от 16 февраля 2001 г. N 59.

*(8) В развитие этого положения в решении по одному из дел Президиум ВАС РФ отметил, что "признание лица добросовестным приобретателем в порядке, предусмотренном статьей 302 ГК РФ, возможно лишь в случае фактической передачи спорного имущества в его владение" (Постановление Президиума ВАС РФ от 30 января 2001 г. N 5482/00).

*(9) См.: Постановление ФАС Московского округа от 21 ноября 2003 г. по делу N КА-А40/9329-03.

*(10) Подробнее о "нестандартном" распределении бремени доказывания в данном случае см.: Ханашевич С.К. Добросовестное приобретение имущества от неуправомоченного лица.

*(11) См.: Шелютто М.Л. Защита прав участников общей собственности на квартиру в случае ее незаконного отчуждения // Комментарий судебной практики. Вып. 9. М., 2004.

*(12) В отличие от этой ситуации, в которой собственник имеет возможность выбора средства защиты, в случае нарушения преимущественного права покупки доли в праве общей долевой собственности любой участник долевой собственности имеет право требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя, но не может защищать свои права посредством предъявления иска о признании сделки недействительной. Такой иск в рассматриваемой ситуации не подлежит удовлетворению (п. 20 Постановления).

*(13) Постановление Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева".

*(14) См., например: Постановления Президиума ВАС РФ от 22 мая 2001 г. N 1940/00, от 3 июня 2003 г. N 1461/03, от 25 ноября 2003 г. N 7068/03, от 1 февраля 2005 г. N 11954/04, Определение Верховного Суда РФ от 2 сентября 2003 г. и др., а также многочисленные постановления нижестоящих судов. На сегодняшний день данный пункт в рассматриваемом Постановлении является наиболее цитируемым в судебных решениях и в юридической литературе.

*(15) См.: Постановление ФАС Московского округа от 5 июля 2006 г. по делу N КГ-А40/5796-06-1.

*(16) См.: Эрделевский А.М. Об изменениях в законодательстве о регистрации прав на недвижимость.

*(17) Скловский К.И. Некоторые проблемы владения в судебной практике // Вестник ВАС РФ. 2002. N 4.

*(18) Эрделевский А.М. Указ. соч.

*(19) Рахмилович В.А. О праве собственности на вещь, отчужденную неуправомоченным лицом добросовестному приобретателю (к вопросу о приобретении права от неуправомоченного лица) // Проблемы современного гражданского права / Отв. ред. В.Н. Литовкин, В.А. Рахмилович. М., 2000.

*(20) Существуют, однако, и резко отрицательные оценки этого законодательного положения, указывающие на недопустимость создания двух различных режимов приобретения права собственности на недвижимое имущество - по истечении срока приобретательной давности, на основании ст. 234 ГК РФ, и без такого срока, на основании ст. 223 ГК РФ (см., например: Скловский К.И. Дикому рынку - соответствующий закон // ЭЖ-Юрист. 2005. N 2).

*(21) Статья 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 217-ФЗ "О внесении изменений в статью 223 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральный закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

*(22) Так, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 2 декабря 2004 г. по делу N А65-24993/03-СГ3-14 со ссылкой на п. 26 комментируемого Постановления указано, что спорное имущество выбыло из владения истца помимо его воли в результате незаконных действий судебного пристава-исполнителя.


Вы можете открыть актуальную версию документа прямо сейчас.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

О.М. Козырь. Комментарий к Постановлению Пленума ВС РФ от 25 февраля 1998 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (Наиболее актуальные вопросы предпринимательской деятельности. Комментарии судебной практики ВАС РФ. / Отв. ред. Л.А. Новоселова, М.А. Рожкова). - Специально для системы ГАРАНТ, 2009


Автор


Козырь Оксана Михайловна - начальник отдела Исследовательского центра частного права, кандидат юридических наук