|
29 декабря 2017 г.
|
Дело N А60-42169/2017
|
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
судьи Кощеевой М.Н.,
рассмотрев апелляционную жалобу истца, ООО "Уральский научно-исследовательский институт водного хозяйства",
На мотивированное решение Арбитражного суда Свердловской области.
от 20 октября 2017 года
по делу N А60-42169/2017,
рассмотренному судьей Артепалихиной М.В. в порядке упрощенного производства,
по иску ООО "Уральский научно-исследовательский институт водного хозяйства" (ОГРН 1156658070777, ИНН 6670355560)
к Городскому округу Староуткинск в лице Администрации городского округа Староуткинск (ОГРН 1036601473655, ИНН 6657001604)
о расторжении муниципального контракта, взыскании убытков,
установил:
ООО "Уральский научно-исследовательский институт водного хозяйства" (далее - институт, истец) обратилось в арбитражный суд с иском к Администрации городского округа Староуткинск (далее - Администрация, ответчик) о расторжении муниципального контракта от 06.06.2016 N 0162300017916000029-0138800-01, взыскании 186 620 руб. убытков, составляющих стоимость фактически выполненных работ.
12.10.2017 Арбитражным судом Свердловской области вынесено решение по существу спора путем подписания резолютивной части. Иск удовлетворен частично - муниципальный контракт расторгнут, во взыскании убытков отказано, с ответчика в пользу истца взыскано 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 20.10.2017 судом первой инстанции по заявлению истца изготовлено мотивированное решение по делу.
Не согласившись с принятым решением, истец обжаловал его в апелляционном порядке, просит отменить в части отказа во взыскании убытков, иск удовлетворить полностью. В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что не получал равноценного встречного предоставления за фактически выполненные работы, в связи с чем, ответчик неосновательно обогатился. Отмечает, что отзыв на исковое заявление от ответчика не получал, отзыв представлен за пределами установленного судом срока и размещен на официальном сайте суда только 19.10.2017, в связи с чем, истец лишен был возможности представить свои возражения на доводы ответчика.
Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.266, 268 АПК РФ.
Как следует из материалов дела, 06.06.2016 между институтом (исполнитель) и Администрацией (заказчик) по результатам электронного аукциона (протокол N 18/1 от 23.05.2016, извещение от 06.05.2016) заключен муниципальный контракт N 0162300017916000029-0138800-01 на выполнение работ по разработке декларации безопасности гидротехнического сооружения в р.п. Староуткинск (п.1.1, 1.2).
В приложении N 1 к контракту подписано техническое задание, которым установлены виды и содержание работ, условия их выполнения, требования к качеству и др.
В п.4.1 срок выполнения работ установлен в течение 180 календарных дней со дня заключения контракта. Вместе с тем решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2017 по делу N А60-8383/2017 названный пункт контракта изложен в новой редакции, согласно которой срок окончания работ установлен до 09.08.2017.
Цена работ определена контрактом в размере 285 000 руб. как твердая (п.5.1).
Исполнитель приступил к выполнению работ по разработке декларации безопасности гидротехнического сооружения, однако письмом от 24.10.2016 сообщил заказчику, что декларация может быть сдана на экспертизу и утверждена только после ввода в эксплуатацию гидротехнического сооружения, в то время как гидротехнические сооружения Староуткинского водохранилища не сданы в постоянную эксплуатацию, решением рабочей комиссии предполагается осуществить ввод в 2017 году. Исполнитель предложил юридически оформить завершение выполненных работ (65% общего объема работ по контракту), оплатить стоимость фактически выполненных работ.
В ответ на данное письмо Администрация отметила, что исполнитель не укладывается в срок выполнения работ, результат фактически выполненной части работ не прошел необходимые согласования, не передан заказчику. Администрация указала, что говорить об однозначном вводе объекта в эксплуатацию в 2017 году не представляется возможным, сам по себе результат части выполненных исполнителем работ потребительской ценности для заказчика не имеет, основания для оплаты работ отсутствуют.
В письме от 22.11.2016 исполнитель представил перечень фактически выполненных работ, указав, что остальные работы не могут быть завершены поскольку реконструкция гидротехнического сооружения не завершена, сооружения не приняты в эксплуатацию, уровень безопасности не установлен. Исполнителем, согласно письму, произведены обследование ГТС, сбор и обработка исходных данных, расчет размера вероятного вреда в результате аварии, при этом расчет согласован с ГУ МЧС России по Свердловской области, разработаны и согласованы паспорт безопасности опасного объекта, план ликвидации аварии, правила эксплуатации гидротехнических сооружений, разработана и оформлена декларация безопасности (частично). Исполнитель предложил оплатить выполненные работы и подписать соглашение о продлении срока выполнения работ.
Между тем письмом от 05.12.2016 Администрация пояснила, что контракт не может считаться исполненным, если работы выполнены в части, а результат не достигнут, срок выполнения не подлежит изменению по соглашению сторон.
Администрацией руководителю Уральского управления Ростехнадзора направлено письмо от 24.11.2016 с просьбой подтвердить возможность утверждения декларации безопасности ГТС и получения разрешения на ее эксплуатацию.
В ответ на запрос исполнителя Федеральное агентство водных ресурсов (письмо от 29.11.2016) указало, что реконструкция на ГТС Староуткинского водохранилища не завершена, в эксплуатацию они не приняты, уровень безопасности ГТС не установлен, в связи с чем, декларация безопасности до окончания работ по реконструкции и приемки ГТС в эксплуатацию не должна представляться экспертный центр для прохождения экспертизы.
В своем письме заказчику от 05.12.2016 Уральское управление Ростехнадзора также указало, что в настоящее время работы по реконструкции ГТС не завершены, уровень безопасности этих сооружений не определен, Администрации предложено принять меры по устранению нарушений, выявленных Департаментом государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области и указанных в предписании от 23.09.2016 N 29-15-06/418. Согласно названному документу, лицу, осуществлявшему реконструкцию ГТС (ООО "Рифей"), предписано в срок до 30.06.2017 устранить выявленные нарушения при проведении реконструкции (инфильтрация воды, просадка грунта, трещины и разрушения бетонных конструкций).
Письмом от 12.12.2016 исполнитель приостановил работы, просил до 31.03.2017 осуществить ввод ГТС в эксплуатацию, подписать акты на фактически выполненные работы, произвести оплату, подписать дополнительное соглашение о продлении срока выполнения работ.
По накладной от 14.12.2016 заказчику передана документация во исполнение контракта - расчет размера вреда, план ликвидации аварии, паспорт безопасности опасного объекта, правила эксплуатации ГТС, акт преддекларационного обследования ГТС. Акт N 0007 от 03.12.2016 на сумму 186 620 руб. заказчиком не подписан.
Ссылаясь на то, что завершение работ по контракту невозможно, при этом заказчик необоснованно уклоняется от оплаты фактически выполненных работ, исполнитель обратился в арбитражный суд с настоящим иском о расторжении контракта и взыскании убытков.
Расторгая муниципальный контракт, суд первой инстанции счел, что обстоятельства, из которых стороны исходили при заключении контакта, изменились впоследствии настолько существенно, что завершение предусмотренных контрактом работ в соответствии с условиями обязательства не представлялось возможным. Отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков, составляющих стоимость фактически выполненных истцом работ, суд указал, что стороны не вправе требовать того, что было исполнено ими до момента расторжения контракта, посчитав при этом, что ущерб истцу не причинен.
В соответствии с ч.5 ст.268 АПК РФ, а также согласно разъяснениям, данным в п.25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 N 36 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суда апелляционной инстанции", в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.
При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в ч.4 ст.270 АПК РФ.
От лиц, участвующих в деле, возражений относительно проверки законности и обоснованности решения только в обжалуемой части не поступало, в связи с чем, апелляционным судом судебный акт пересмотрен в пределах доводов апелляционной жалобы, касающихся правомерности отказа суда первой инстанции во взыскании 186 620 руб. 00 коп.
Исследовав материалы дела, доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда следует в обжалуемой части отменить.
Согласно ч.2 ст.453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.
Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон (ч.4 указанной статьи).
Вместе с тем, согласно рекомендациям, изложенным в п.1 информационного письма Президиума ВАС РФ N 49 от 11.01.2000 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась. При этом, положения п.4 ст.453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.
В данном случае истец, заявляя требование о взыскании убытков, фактически просит взыскать с ответчика стоимость фактически выполненных им до расторжения контракта работ. В обоснование размера требований истцом представлен расчет, согласно которому стоимость работ по проведению обследования составила 7 904 руб., работ по расчету вероятного вреда - 138 815 руб., работ по разработке плана ликвидации и паспорта безопасности опасного объекта - 62 806 руб., разработке правил по эксплуатации ГТС - 117 060 руб., всего, с учетом понижающего коэффициента, - 186 620 руб.
Расчет произведен истцом на основании справочников базовых цен на проектные работы для строительства, ответчиком не опровергнут (ст.9, 65 АПК РФ).
Из переписки сторон усматривается, что выполнение истцом части работ, предусмотренных контрактом, ответчик не оспаривал. Так, в письме от 22.11.2016 исполнитель указал, что им произведены обследование ГТС, сбор и обработка исходных данных, расчет размера вероятного вреда в результате аварии, при этом расчет согласован с ГУ МЧС России по Свердловской области, разработаны и согласованы паспорт безопасности опасного объекта, план ликвидации аварии, правила эксплуатации гидротехнических сооружений, разработана и оформлена декларация безопасности (частично). Возражений относительно объема фактически выполненных работ заказчик не заявил, при этом на письме имеется его отметка о получении письма 23.11.2016 (заместитель Главы Администрации Бурухина Л.Н.).
Более того, по накладной от 14.12.2016 заказчик получил расчет размера вреда, план ликвидации аварии, паспорт безопасности опасного объекта, правила эксплуатации ГТС, акт преддекларационного обследования ГТС.
Ссылаясь в письмах исполнителю об отсутствии у результата части работ потребительской ценности, заказчик свои доводы документально не подтвердил. Напротив, суд апелляционной инстанции с учетом характера выполненных истцом работ, цели заключения муниципального контракта, обстоятельств, вследствие которых контракт был расторгнут, полагает, что результат работ института может быть в дальнейшем использован Администрацией после завершения реконструкции гидротех
