|
29 января 2019 г.
|
Дело N А40-114845/2018
|
Резолютивная часть постановления объявлена 22.01.2019 г.
Постановление изготовлено в полном объеме 29.01.2019 г.
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Расторгуева Е.Б.
Судей Головкиной О.Г., Трубицына А.И.
при ведении протокола судебного заседания секретарем И.М. Албаковым
рассматривает в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общественной организации - международного физкультурно-спортивного общества "СПАРТАК" им. Н.П. Старостина на решение Арбитражного суда г. Москвы от 24.10.2018 г. по делу N А40-114845/2018, принятое судьей Мищенко А.В.
по иску Общественной организации - международного физкультурно-спортивного общества "СПАРТАК" им. Н.П. Старостина (ОГРН 1037739746681, юр.адрес: 115054, г. Москва, Озерковская набережная, д. 50, корп. 1) к ООО "Спортивный клуб "Спартак" (ОГРН 1167746403362, юр.адрес: 107497, г. Москва, ул. Монтажная, д. 9, стр. 1, пом. IV, комн. 48) о признании договора недействительным
при участии в судебном заседании:
от истца: Константинов В.А. (доверенность от 14.08.2018); Шорохова И.В. (доверенность от 20.11.2018)
от ответчика: Алешин А.В. (доверенность от 20.06.2018 N 7); Зиннятуллин З.Р. (доверенность от 21.09.2019); Буянов И.В. (доверенность от 14.08.2018)
УСТАНОВИЛ:
Общественная организация - международного физкультурно-спортивного общества "СПАРТАК" имени Николая Петровича Старостина (далее - МФСО) обратилась с иском к обществу с ограниченной ответственностью "СПОРТИВНЫЙ КЛУБ "СПАРТАК" (далее - Клуб) о признании недействительным заключённого 30 июня 2016 года между Общественной организацией - Международное физкультурно-спортивное общество "Спартак" имени Николая Петровича Старостина и Обществом с ограниченной ответственностью "Спортивный клуб "Спартак" договора об отчуждении исключительных прав на товарные знаки и применении последствий его недействительности (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Решением суда от 24.10.2018 г. в удовлетворении исковых требований отказано.
При этом суд исходил из того, что истцом не доказано, что на момент совершения оспариваемой сделки Алёшин А.В. находился в трудовых отношениях с МФСО, а также суд исходил из того, что на момент совершения указанной сделки Алёшин А.В. не являлся учредителем, генеральным директором, либо участником Общества с ограниченной ответственностью "Спортивный клуб" Спартак", а учредителем, единственным участником и единоличным исполнительным органом ответчика по состоянию на 30.06.2016 г. являлся Сидорченко С.Н.; кроме того, суд первой инстанции указал на пропуск истцом срока исковой давности.
Истец не согласился с решением суда и подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права и необоснованность выводов суда первой инстанции.
Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 и 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда подлежит отмене, на основании следующего.
Как усматривается из материалов дела, 30 июня 2016 года между общественной организацией - Международное физкультурно-спортивное общество "Спартак" имени Николая Петровича Старостина и обществом с ограниченной ответственностью "Спортивный клуб "Спартак" заключён договор об отчуждении исключительных прав на товарные знаки, предметом которого является отчуждение в полном объеме исключительных прав на товарные знаки N N 274654, 507300, 103546, 103547, 81732, 81733, 176206, 176206, 7207, 531878.
Исковые требования мотивированы тем, что обладание Клубом исключительными правами на девять товарных знаков явно вводит в заблуждение граждан, которые всегда ассоциировали наименование "Спартак" и вышеописанную эмблему именно с Обществом "Спартак" (МФСО), с подготовленной им огромной плеядой выдающихся спортсменов, тренеров, спортивных администраторов и комментаторов.
В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Согласно пункту 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).
В силу статьи 1488 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору об отчуждении исключительного права на товарный знак одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать в полном объеме принадлежащее ей исключительное право на соответствующий товарный знак в отношении всех товаров или в отношении части товаров, для индивидуализации которых он зарегистрирован, другой стороне - приобретателю исключительного права, при этом согласно части 2 вышеуказанной статьи отчуждение исключительного права не допускается, если оно может явиться причиной введения потребителя в заблуждение относительного товара или его изготовителя.
Указанная норма под введением в заблуждение подразумевает случаи, когда информация о товаре, содержащаяся в товарном знаке, перенесенная на нового владельца, может создать искаженное представление о товаре или его производителе, способное повлиять на решение потребителя.
Гражданский кодекс не содержит перечень обстоятельств, которые могут пониматься как введение потребителя в заблуждение, и не содержит перечня тех случаев, которые могут рассматриваться как вводящие в заблуждение относительно товара или его изготовителя.
Примерный перечень случаев, которые могут быть отнесены к введению потребителя в заблуждение в смысле пункта 2 статьи 1488 Гражданского кодекса российской Федерации, содержится в пункте 9.9.9 Административного регламента исполнения Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам государственной функции по регистрации договоров о предоставлении права на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки, знаки обслуживания, охраняемые программы для ЭВМ, базы данных, топологии интегральных микросхем, а также договоров коммерческой концессии на использование объектов интеллектуальной собственности, охраняемых в соответствии с патентным законодательством Российской Федерации, утв. Приказом Минобрнауки РФ от 29.10.2008 г.
Из материалов дела следует, что 01 октября 1987 года наименование "Спартак" и вышеописанная эмблема Общества "Спартак" впервые были зарегистрированы в качестве товарных знаков, при этом к данному моменту деятельность Общества "Спартак" уже была прекращена.
Впоследствии владелец названных товарных знаков Московский городской футбольно-хоккейный клуб "Спартак" прекратил своё существование, его правопреемником выступил Футбольный клуб "Спартак" (Москва).
Решением Учредительного съезда по возрождению Спортивного общества "Спартак" от 28 октября 1991 года было создано Спортивное общество "Спартак" в качестве межреспубликанского общественного объединения, Устав которого был зарегистрирован Министерством юстиции РСФСР 21 ноября 1991 года, что подтверждается прилагаемым Свидетельством о регистрации Устава общественного объединения N 409 от 21 ноября 1991 года, и которое было объявлено правопреемником упразднённого в 1987 году Общества, что подтверждается прилагаемой Декларацией.
27 ноября 1991 года право исключительного пользования названными товарными знаками Футбольным клубом "Спартак" (Москва) было передано Центральному совету Спортивного общества "Спартак", что подтверждается Свидетельством номер 81733.
После распада СССР межреспубликанский статус Спортивного общества "Спартак", подтверждавший факт наличия его структурных подразделений на территории союзных республик Союза ССР, преобразовался в международный статус.
Решением II Съезда Международного спортивного общества "Спартак" от 19 апреля 1996 года Обществу "Спартак" было присвоено имя его основателя Николая Петровича Старостина, и оно получило современное наименование: Общественная организация - Международное физкультурно-спортивное общество "Спартак" имени Николая Петровича Старостина.
Как усматривается из Свидетельства номер 81733, 30 сентября 1998 года наименование владельца двух вышеуказанных товарных знаков было изменено, и Общественная организация - Международное физкультурно-спортивное общество "Спартак" имени Николая Петровича Старостина стала обладать правом исключительного пользования таковыми знаками.
В период с 1992 года по 2015 год на имя Общества в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации было зарегистрировано ещё семь товарных знаков, которые представляли собой различные разновидности и модификации двух базовых товарных знаков, зарегистрированных 01 октября 1987 года (наименование "Спартак" и эмблема Общества "Спартак").
На основании состоявшихся регистрации в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации N 103546 от 16 марта 1992 года, N 103547 от 16 марта 1992 года, N 176206 от 16 июня 1999 года, N 176207 от 16 июня 1999 года, N 274654 от 03 сентября 2004 года, N 507300 от 26 февраля 2014 года и N 531878 от 14 января 2015 года Обществу были выданы соответствующие Свидетельства на товарные знаки N 103546, N 103547, N 176206, N 176207, N 274654, N 507300 и N 531878.
Таким образом, обладание ответчиком исключительными правами на девять товарных знаков явно вводит в заблуждение граждан, которые на протяжении длительного времени ассоциировали наименование "Спартак" и вышеуказанную эмблему именно с МФСО (истцом).
Указание судом первой инстанции на то, что ни истцом, ни ответчиком под отчужденными товарными знаками фактически не выпускалось никакой продукции (товаров, работ, услуг) в данном случае не является основанием для неприменения пункта 2 статьи 1488 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 2 статьи 1488 Гражданского кодекса Российской Федерации отчуждение исключительного права на товарный знак по договору не допускается, если оно может явиться причиной введения потребителя в заблуждение относительно товара или его изготовителя.
Диспозиция указанной нормы права позволяет сделать вывод о ее применении не только при наличии свершившегося факта введения потребителя в заблуждение, но и при доказанности наличия самой угрозы введения в заблуждения.
Судом первой инстанции не дано правовой оценки этим обстоятельствам, а они являлись основаниями иска и служат самостоятельным основанием признания сделки недействительной как совершенной в нарушение закона (статьи 168, 1488 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица, либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 92 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким либо иным образом.
Применяя к спорным отношениям сторон положения пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции исходит из конкретных фактических обстоятельств настоящего дела, оценивает поведение сторон на предмет добросовестности (ст. 10 ГК РФ).
А именно, суд первой инстанции не учел, что из пунктов VI.7 и VI.8 Устава истца следует, что постоянно действующим руководящим органом Общества (МФСО) является Центральный совет Общества, который от имени Общества осуществляет права юридического лица и распоряжается всеми видами имущества Общества.
Подписание А.Б. Алёшиной оспариваемого договора явилось формой реализации Обществом как юридическим лицом своих имущественных прав, однако Центральный совет Общества не принимал решение об отчуждении Клубу принадлежавших Обществу исключительных прав на товарные знаки.
Кроме того, как следует из материалов дела, А.В. Алешин, являющийся единственным учредителем (участником) Клуба, должен был знать о вышеуказанных предусмотренных законом и уставом МФСО ограничениях полномочий председателя общества истца на совершение сделок, поскольку А.В. Алешин на момент заключения оспариваемого договора являлся сотрудником истца (том 2 л.д. 132, 133) и являлся сыном председателя истца - Алешиной А.Б. (т.3 л.д.21).
П
